Бомбардир, который вошёл в историю
Александр Николаевич Тихонов родился в Ростове-на-Дону 21 октября 1963 года. Выпускник ростовской школы-интерната № 10 спортивного профиля. Нападающий. Один из самых результативных игроков своего поколения.
В составе «Ростсельмаша» дебютировал в 1981 году. Сезоны 1986-1988 годов провёл в «Торпедо» (Таганрог). В семидесяти восьми матчах забил сорок три гола. Затем вернулся в «Ростсельмаш», цвета которого защищал до 1993 года. Главное достижение – выход команды в высшую лигу российского футбола. Забил первый гол в истории чемпионатов России. Суммарно в составе «Ростсельмаша» провёл двести тридцать игр, забил пятьдесят девять голов.
В сезонах 1994–1995 годов выступал в составе СКА (Ростов-на-Дону), сыграл двадцать девять матчей и забил десять голов.
Профессиональную карьеру игрока завершил в команде «Торпедо» (Арзамас) в 1997 году. Тренерскую деятельность начал в 2001 году и продолжает работать с юными футболистами.
Мы регулярно, очень внимательно и с огромным интересом, смотрели с ним матчи чемпионатов мира, Европы, СССР. Отец старался, чтобы это было не просто боление за какие-то команды, всегда привносил элементы анализа той или иной ситуации, тонкостей технического мастерства игроков. Мне было, наверное, лет восемь, когда он обратил внимание на очень важную деталь: гораздо увереннее я работал с мячом левой ногой, понятное дело, и в игре делал упор на то, что получается лучше. Мы играли на площадке, собиралось много детей, папа всегда был рядом, что-то объяснял, подсказывал, поддерживал каждого и всех вместе.
А мне преподнёс такой сюрприз – на месяц запретил в ходе этих жарких мальчишеских баталий даже прикасаться к мячу левой ногой. Он судил эти игры, если я дотрагивался до мяча левой ногой, сразу следовал свисток, всё трактовалось так, будто бы я допустил нарушение правил. Думаю, благодаря этому нестандартному педагогическому ходу отца для меня всю карьеру игрока не было особой разницы, левой ногой сыграть или правой. До одиннадцати лет я не занимался ни в какой футбольной школе или секции, но при этом игра и совершенствование в ней наполняли всю мою жизнь.
– В десять лет мне очень повезло в жизни – произошла встреча с моим первым тренером Владимиром Даниловичем Нечепуренко, – продолжает Александр Тихонов. – Мы, как всегда, проводили очередную игру на площадке, расположенной в Западном микрорайоне. А тренеры школы-интерната № 10 Егоров и Нечепуренко, видимо, объезжали места импровизированных мальчишеских дворовых баталий. После игры тренеры интерната поинтересовались, есть ли у меня желание продолжить учёбу в этой школе. Ответил утвердительно. Отец был рядом и поддержал мое стремление. Учился я в тот момент в пятом классе, мы с отцом отправились на просмотр. Но там выяснилось, что надо прийти в следующем году, принимают только в шестой класс.
Отец поинтересовался, хочу ли я, чтобы в будущем меня показали по телевидению. Конечно, ответил утвердительно, это была мальчишеская мечта: чтобы показали именно на футбольном поле, в игре. Он улыбнулся и сказал: тебя не примут в интернат, если за этот год ты не научишься набивать мяч десять раз головой и сто раз ногами. Поначалу не получалось, но я упорно старался. И через месяц-другой стало понятно, что эта работа приносит серьёзную пользу, с мячом стал работать значительно увереннее, разнообразнее. Просмотр на следующий год проходил на стадионе «Динамо», было больше пятидесяти сверстников. Перед сдачей различных нормативов нам просто дали поиграть в футбол. Понятно, что все волновались, и я не был исключением. Позже отец сообщил мне, что уже в ходе игры Владимир Данилович Нечепуренко сказал ему: вы можете не переживать, ваш сын уже принят.
Нечепуренко был замечательным человеком во всех смыслах, прежде всего очень хорошим психологом. Умел подобрать ребят с яркими футбольными качествами и сплотить их в настоящую команду. Его установки на игру тоже были психологически тонкими. Мне, к примеру, он никогда не говорил бежать вправо или влево, куда открываться, просто концентрировал внимание: «Как играешь, так и продолжай». Наверное, его устраивало то, как я действовал. И это давало мне уверенность в своих силах, раскрепощало, позволяло импровизировать, что на поле очень важно.
– Когда дело подходило к выпуску, Владимир Данилович что-то советовал?
– Он был уверен, что мне нужно идти дальше по линии профессионального футбола. Ещё в интернате учился, в шестнадцать лет чуть-чуть поиграл в дубле СКА. Но прошло буквально полгода, и я перешёл в «Ростсельмаш», поехал с командой на сбор.
– Тогда команду возглавлял Владимир Григорьевич Новик, ещё один великолепный человек, о котором никогда не забуду. Он тоже был хорошим психологом. Переход из юношеского футбола во взрослый для меня начался тяжеловато. Пришёл в «Ростсельмаш» в 1981 году, вокруг взрослые мужики, у меня даже начал формироваться какой-то комплекс, появилась неуверенность в себе. Думал: почему ничего не получается? Владимир Григорьевич, конечно, понимал, в чём корень проблемы. В какой-то момент посадил рядом и говорит: «Саша, всё очень просто. Да, они взрослые, не надо придавать этому столько значения, тем более комплексовать. Выходи и играй так, как ты это делал в интернате, на возраст партнёров вообще не обращай внимания». Это мне очень помогло.
Из молодых тогда ещё пришёл Сероп Маркарян, он воспитанник юношеских команд «Ростсельмаша», мы не раз играли друг против друга в первенствах города. Володя Лушин, он 1962 года, учился с нами в интернате. Тогда было обязательным, что двое игроков до восемнадцати лет должны были играть. Постепенно адаптировались к нагрузкам взрослого профессионального футбола. Регулярно участвовали в сборах, где серьёзный акцент делался на физическую подготовку.
Несчастливое
колено
Карьера Тихонова в «Ростсельмаше» шла по нарастающей, он регулярно забивал, всё больше проявлял себя как игрок техничный, думающий, способный сыграть нестандартно. Иметь такого форварда для команды всегда крайне полезно, особенно если рядом есть партнёры, способные понимать его манёвры на поле, в нужный момент исполнить удобную передачу под завершающий удар. И он чётко наносил такие удары, частенько решая судьбу матчей. Но реалии футбольной жизни таковы, что самые логичные расчёты и ожидания могут быть перечёркнуты в одно-единственное мгновение. Причиной тому, конечно же, травмы.
Тихонову трижды делали операцию на левом колене. Первая была в 1984 году, после травмы, полученной в Новороссийске.
Вторую операцию пришлось делать в 1992 году. Команда вышла в высшую лигу чемпионата России. На старте в десяти играх Александр сумел забить семь голов. Забил он и в Нижнем Новгороде, где команда добилась важной ничьей – 1:1. Команда уехала в Ростов, а Тихонова отвезли в столицу, в ЦИТО. Тогда он сказал родным и друзьям, что больше никаких операций не будет, но в 1996-м ему вновь прооперировали всё то же левое колено.
Всё это, конечно, не могло не сказываться на его карьере в большом футболе. И важно, чтобы болельщики и молодые игроки знали о мужестве и преданности футболу, проявленных Александром.
– Как ему удавалось создать в команде такую атмосферу?
– Это человеку дано или не дано. Он сам по себе был очень сильным человеком, глубоко порядочным, мог найти общий язык с каждым воспитанником, понять, что надо конкретному коллективу, как его создать и укрепить. Знал, какая атмосфера должна быть в команде. Много всего было, но таких людей, как Валерий Николаевич Синау, ещё поискать надо.
– А Энвер Умярович Юлгушов?
– Считаю, что то поколение было очень сильным. И как тренеры, психологи, наставники, а самое главное – как люди. Чего-то плохого там и быть не могло. Они же вместе работали. Юлгушов тоже очень сильный человек, он всё видел, понимал, что, когда, как и для чего необходимо сделать. Это люди, которые всегда с тобой. Даже сейчас, когда мы уже немолодые, всё равно помним о них всегда. Вспоминаем с огромной теплотой и благодарностью. Их жизнь – пример для нас. Поэтому хотелось бы, чтобы молодое поколение воспитывалось на таких замечательных примерах. Память о них нужно ценить, хранить и бережно передавать молодёжи.
Во второй раз я пошёл в СКА опять же благодаря Валерию Николаевичу Синау. По-другому не скажешь: он позвал – надо помочь. И я с удовольствием пришёл к нему. Хотя тогда в СКА было финансово тяжело. Евгений Ермолов был президентом, помогал по мере возможности, ему тоже большое спасибо. Когда Синау ушёл из СКА, и я ушёл, никуда больше не поехал бы, но в Арзамас позвал опять-таки Валерий Николаевич Синау. Когда он стал тренером Нижнего Новгорода, я ему помогал как тренер по работе с линией атаки.
«Мне снятся футбольные сны»
– Можете подробнее рассказать о партнёрах по «Ростсельмашу»?
– Их было очень много, и каждый достоин того, чтобы рассказать персонально, но этому надо посвящать отдельную книгу. Могу сказать о тех, кто понимал меня с полувзгляда, всегда чувствовал и выдавал в нужный момент очень удобные передачи. В Таганроге это был Константин Коваль. С Сергеем Андреевым было в этом смысле тоже очень комфортно взаимодействовать. Алексей Середа очень хорошо понимал игру, с ним тоже было очень приятно взаимодействовать. Все в футболе мыслят по-своему, но когда человек понимает именно тебя, мысли одни, направление одно, намного легче всё получается.
Был один сезон, не помню, сколько игр сыграли, но запомнилось, что я забил шесть мячей – и все после прострелов Сергея Балахнина, который играл правым полузащитником,. Мы шутили. Он говорит: что, только я должен тебя обслуживать? Я ему: низкий поклон тебе, наш дорогой капитан. Он в ответ: раз так, и я тебе поклон отвешу. На поле он всегда сражался до последнего, был капитаном, который играет важную роль не только на поле, но и за его пределами, мог создать благоприятную атмосферу в коллективе, настроить на игру. Так что он тоже был ярким примером отношения к делу, самоотдачи, работоспособности, преданности клубу.
– А первый матч «Ростсельмаша» в российской высшей лиге, сыгранный 29 марта 1992 года, помните?
– Когда забил первый гол в истории чемпионатов России, это, конечно, памятно. Играли в Ростове с «Шинником» из Ярославля. Юра Дядюк выдал передачу, а я забил. Мы выиграли – 2:0. Так что Дядюк тоже поучаствовал в первом голе чемпионатов России. Он потом очень много игр сыграл, был капитаном команды.
– Что считаете самым значимым достижением с командой?
– Прежде всего это выход в высшую лигу. Всё-таки первый раз за свою достаточно долгую историю «Ростсельмаш» попал в футбольную элиту страны. Так получилось, что на старте того сезона мне удалось сыграть десять игр, забил, по-моему, семь голов, а после матча в Нижнем Новгороде меня увезли на операцию в Москву. Это тоже в памяти осталось.
– Неосуществлённая спортивная мечта?
– Не стал чемпионом России.
– Снились ли вам спортивные сны?
– Да. Наверное, всем, кто поиграл в футбол, они снятся. Много чего снится: как забиваешь голы, но особенно – когда не забиваешь. Вот это уже хуже. Когда забиваешь – всё хорошо, а когда промажешь, в голове сразу возникает: как ты мог, это никуда не годится, потом понимаешь, что это только сон…
В составе «Ростсельмаша» дебютировал в 1981 году. Сезоны 1986-1988 годов провёл в «Торпедо» (Таганрог). В семидесяти восьми матчах забил сорок три гола. Затем вернулся в «Ростсельмаш», цвета которого защищал до 1993 года. Главное достижение – выход команды в высшую лигу российского футбола. Забил первый гол в истории чемпионатов России. Суммарно в составе «Ростсельмаша» провёл двести тридцать игр, забил пятьдесят девять голов.
В сезонах 1994–1995 годов выступал в составе СКА (Ростов-на-Дону), сыграл двадцать девять матчей и забил десять голов.
Профессиональную карьеру игрока завершил в команде «Торпедо» (Арзамас) в 1997 году. Тренерскую деятельность начал в 2001 году и продолжает работать с юными футболистами.
«Ваш сын принят»
– В моей жизни футбол был с раннего детства, – вспоминает Александр Тихонов. – Отец очень любил спорт в целом, а футбол был его главной страстью. Он и сам играл, и меня приобщал очень активно и последовательно.Мы регулярно, очень внимательно и с огромным интересом, смотрели с ним матчи чемпионатов мира, Европы, СССР. Отец старался, чтобы это было не просто боление за какие-то команды, всегда привносил элементы анализа той или иной ситуации, тонкостей технического мастерства игроков. Мне было, наверное, лет восемь, когда он обратил внимание на очень важную деталь: гораздо увереннее я работал с мячом левой ногой, понятное дело, и в игре делал упор на то, что получается лучше. Мы играли на площадке, собиралось много детей, папа всегда был рядом, что-то объяснял, подсказывал, поддерживал каждого и всех вместе.
А мне преподнёс такой сюрприз – на месяц запретил в ходе этих жарких мальчишеских баталий даже прикасаться к мячу левой ногой. Он судил эти игры, если я дотрагивался до мяча левой ногой, сразу следовал свисток, всё трактовалось так, будто бы я допустил нарушение правил. Думаю, благодаря этому нестандартному педагогическому ходу отца для меня всю карьеру игрока не было особой разницы, левой ногой сыграть или правой. До одиннадцати лет я не занимался ни в какой футбольной школе или секции, но при этом игра и совершенствование в ней наполняли всю мою жизнь.
– В десять лет мне очень повезло в жизни – произошла встреча с моим первым тренером Владимиром Даниловичем Нечепуренко, – продолжает Александр Тихонов. – Мы, как всегда, проводили очередную игру на площадке, расположенной в Западном микрорайоне. А тренеры школы-интерната № 10 Егоров и Нечепуренко, видимо, объезжали места импровизированных мальчишеских дворовых баталий. После игры тренеры интерната поинтересовались, есть ли у меня желание продолжить учёбу в этой школе. Ответил утвердительно. Отец был рядом и поддержал мое стремление. Учился я в тот момент в пятом классе, мы с отцом отправились на просмотр. Но там выяснилось, что надо прийти в следующем году, принимают только в шестой класс.
Отец поинтересовался, хочу ли я, чтобы в будущем меня показали по телевидению. Конечно, ответил утвердительно, это была мальчишеская мечта: чтобы показали именно на футбольном поле, в игре. Он улыбнулся и сказал: тебя не примут в интернат, если за этот год ты не научишься набивать мяч десять раз головой и сто раз ногами. Поначалу не получалось, но я упорно старался. И через месяц-другой стало понятно, что эта работа приносит серьёзную пользу, с мячом стал работать значительно увереннее, разнообразнее. Просмотр на следующий год проходил на стадионе «Динамо», было больше пятидесяти сверстников. Перед сдачей различных нормативов нам просто дали поиграть в футбол. Понятно, что все волновались, и я не был исключением. Позже отец сообщил мне, что уже в ходе игры Владимир Данилович Нечепуренко сказал ему: вы можете не переживать, ваш сын уже принят.
Нечепуренко был замечательным человеком во всех смыслах, прежде всего очень хорошим психологом. Умел подобрать ребят с яркими футбольными качествами и сплотить их в настоящую команду. Его установки на игру тоже были психологически тонкими. Мне, к примеру, он никогда не говорил бежать вправо или влево, куда открываться, просто концентрировал внимание: «Как играешь, так и продолжай». Наверное, его устраивало то, как я действовал. И это давало мне уверенность в своих силах, раскрепощало, позволяло импровизировать, что на поле очень важно.
– Когда дело подходило к выпуску, Владимир Данилович что-то советовал?
– Он был уверен, что мне нужно идти дальше по линии профессионального футбола. Ещё в интернате учился, в шестнадцать лет чуть-чуть поиграл в дубле СКА. Но прошло буквально полгода, и я перешёл в «Ростсельмаш», поехал с командой на сбор.
«Как играешь, так и продолжай»
Так начался очередной важнейший этап футбольной карьеры Александра Тихонова. И кто знает, как сложились бы все последующие годы, если бы судьба не свела его с еще одним замечательным наставником.– Тогда команду возглавлял Владимир Григорьевич Новик, ещё один великолепный человек, о котором никогда не забуду. Он тоже был хорошим психологом. Переход из юношеского футбола во взрослый для меня начался тяжеловато. Пришёл в «Ростсельмаш» в 1981 году, вокруг взрослые мужики, у меня даже начал формироваться какой-то комплекс, появилась неуверенность в себе. Думал: почему ничего не получается? Владимир Григорьевич, конечно, понимал, в чём корень проблемы. В какой-то момент посадил рядом и говорит: «Саша, всё очень просто. Да, они взрослые, не надо придавать этому столько значения, тем более комплексовать. Выходи и играй так, как ты это делал в интернате, на возраст партнёров вообще не обращай внимания». Это мне очень помогло.
Из молодых тогда ещё пришёл Сероп Маркарян, он воспитанник юношеских команд «Ростсельмаша», мы не раз играли друг против друга в первенствах города. Володя Лушин, он 1962 года, учился с нами в интернате. Тогда было обязательным, что двое игроков до восемнадцати лет должны были играть. Постепенно адаптировались к нагрузкам взрослого профессионального футбола. Регулярно участвовали в сборах, где серьёзный акцент делался на физическую подготовку.
Несчастливое
колено
Карьера Тихонова в «Ростсельмаше» шла по нарастающей, он регулярно забивал, всё больше проявлял себя как игрок техничный, думающий, способный сыграть нестандартно. Иметь такого форварда для команды всегда крайне полезно, особенно если рядом есть партнёры, способные понимать его манёвры на поле, в нужный момент исполнить удобную передачу под завершающий удар. И он чётко наносил такие удары, частенько решая судьбу матчей. Но реалии футбольной жизни таковы, что самые логичные расчёты и ожидания могут быть перечёркнуты в одно-единственное мгновение. Причиной тому, конечно же, травмы.
Тихонову трижды делали операцию на левом колене. Первая была в 1984 году, после травмы, полученной в Новороссийске.
Вторую операцию пришлось делать в 1992 году. Команда вышла в высшую лигу чемпионата России. На старте в десяти играх Александр сумел забить семь голов. Забил он и в Нижнем Новгороде, где команда добилась важной ничьей – 1:1. Команда уехала в Ростов, а Тихонова отвезли в столицу, в ЦИТО. Тогда он сказал родным и друзьям, что больше никаких операций не будет, но в 1996-м ему вновь прооперировали всё то же левое колено.
Всё это, конечно, не могло не сказываться на его карьере в большом футболе. И важно, чтобы болельщики и молодые игроки знали о мужестве и преданности футболу, проявленных Александром.
Люди, которые всегда с тобой
– Очень сильные у нас тренеры были, – продолжает вспоминать свой путь в футболе Александр Тихонов. – Валерий Николаевич Синау – и тренер, и друг, это незабываемо, человек действительно всё делал от души. Его заботу о каждом игроке все ощущали постоянно и очень ценили. Неслучайно все мы называли его папой. Даже после того как все закончили играть, он никого не забывал, пытался всех объединить, собрать. Как сейчас делает Николай Григорьевич Сардак. Большей частью мы встречаемся несколько раз в году только благодаря ему. Низкий поклон ему за то, что он собирает нас. Видимся, общаемся, дружим, очень рады, что мы все вместе. Председатель ростовской областной федерации футбола – большой молодец. Не говорю уже о помощи, которую он оказывает ветеранам. Но самое дорогое, что не даёт забыть: мы всё равно остаёмся коллективом, который всегда с удовольствием встречается, общается. Благодаря ему и Валерию Николаевичу Синау, которого, увы ,уже нет с нами. Но его памяти посвящён традиционный турнир, на котором каждый из ветеранов донского футбола считает своим долгом побывать, принять в нём посильное участие.– Как ему удавалось создать в команде такую атмосферу?
– Это человеку дано или не дано. Он сам по себе был очень сильным человеком, глубоко порядочным, мог найти общий язык с каждым воспитанником, понять, что надо конкретному коллективу, как его создать и укрепить. Знал, какая атмосфера должна быть в команде. Много всего было, но таких людей, как Валерий Николаевич Синау, ещё поискать надо.
– А Энвер Умярович Юлгушов?
– Считаю, что то поколение было очень сильным. И как тренеры, психологи, наставники, а самое главное – как люди. Чего-то плохого там и быть не могло. Они же вместе работали. Юлгушов тоже очень сильный человек, он всё видел, понимал, что, когда, как и для чего необходимо сделать. Это люди, которые всегда с тобой. Даже сейчас, когда мы уже немолодые, всё равно помним о них всегда. Вспоминаем с огромной теплотой и благодарностью. Их жизнь – пример для нас. Поэтому хотелось бы, чтобы молодое поколение воспитывалось на таких замечательных примерах. Память о них нужно ценить, хранить и бережно передавать молодёжи.
Во второй раз я пошёл в СКА опять же благодаря Валерию Николаевичу Синау. По-другому не скажешь: он позвал – надо помочь. И я с удовольствием пришёл к нему. Хотя тогда в СКА было финансово тяжело. Евгений Ермолов был президентом, помогал по мере возможности, ему тоже большое спасибо. Когда Синау ушёл из СКА, и я ушёл, никуда больше не поехал бы, но в Арзамас позвал опять-таки Валерий Николаевич Синау. Когда он стал тренером Нижнего Новгорода, я ему помогал как тренер по работе с линией атаки.
«Мне снятся футбольные сны»
– Можете подробнее рассказать о партнёрах по «Ростсельмашу»?
– Их было очень много, и каждый достоин того, чтобы рассказать персонально, но этому надо посвящать отдельную книгу. Могу сказать о тех, кто понимал меня с полувзгляда, всегда чувствовал и выдавал в нужный момент очень удобные передачи. В Таганроге это был Константин Коваль. С Сергеем Андреевым было в этом смысле тоже очень комфортно взаимодействовать. Алексей Середа очень хорошо понимал игру, с ним тоже было очень приятно взаимодействовать. Все в футболе мыслят по-своему, но когда человек понимает именно тебя, мысли одни, направление одно, намного легче всё получается.
Был один сезон, не помню, сколько игр сыграли, но запомнилось, что я забил шесть мячей – и все после прострелов Сергея Балахнина, который играл правым полузащитником,. Мы шутили. Он говорит: что, только я должен тебя обслуживать? Я ему: низкий поклон тебе, наш дорогой капитан. Он в ответ: раз так, и я тебе поклон отвешу. На поле он всегда сражался до последнего, был капитаном, который играет важную роль не только на поле, но и за его пределами, мог создать благоприятную атмосферу в коллективе, настроить на игру. Так что он тоже был ярким примером отношения к делу, самоотдачи, работоспособности, преданности клубу.
– А первый матч «Ростсельмаша» в российской высшей лиге, сыгранный 29 марта 1992 года, помните?
– Когда забил первый гол в истории чемпионатов России, это, конечно, памятно. Играли в Ростове с «Шинником» из Ярославля. Юра Дядюк выдал передачу, а я забил. Мы выиграли – 2:0. Так что Дядюк тоже поучаствовал в первом голе чемпионатов России. Он потом очень много игр сыграл, был капитаном команды.
– Что считаете самым значимым достижением с командой?
– Прежде всего это выход в высшую лигу. Всё-таки первый раз за свою достаточно долгую историю «Ростсельмаш» попал в футбольную элиту страны. Так получилось, что на старте того сезона мне удалось сыграть десять игр, забил, по-моему, семь голов, а после матча в Нижнем Новгороде меня увезли на операцию в Москву. Это тоже в памяти осталось.
– Неосуществлённая спортивная мечта?
– Не стал чемпионом России.
– Снились ли вам спортивные сны?
– Да. Наверное, всем, кто поиграл в футбол, они снятся. Много чего снится: как забиваешь голы, но особенно – когда не забиваешь. Вот это уже хуже. Когда забиваешь – всё хорошо, а когда промажешь, в голове сразу возникает: как ты мог, это никуда не годится, потом понимаешь, что это только сон…