Как распознать будущего стрелка и предотвратить трагедию: американский опыт
Скулшутинг в Америке
Массовое убийство в школе «Колумбайн» (Columbine High School) в маленьком американском городке Литтлтон штата Колорадо, произошедшее 20 апреля 1999 года, стало поворотным событием. Оно разрушило иллюзию безопасности школы и показало, что угроза может исходить от обычных детей, живущих по соседству. Напомним, что тогда двое учеников старших классов в течение 50 минут убили 13 человек (12 учеников и одного учителя) и ранили еще более 20. Большая часть жертв погибла в школьной библиотеке. После перестрелки с полицией там же покончили с собой оба нападавших. Эта массовая трагедия не была первой, но именно после «Колумбайна» проблема вооруженных нападений в школах приобрела глобальный масштаб, а само это слово стало нарицательным.
Вооруженное насилие в школах имеет в Америке очень давнюю историю. Считается, что первым задокументированным случаем стрельбы в заведении, где учатся дети, стал инцидент в Пенсильвании в 1764 году, то есть еще до образования США. Тогда четверо индейцев ворвались в помещение школы, застрелили учителя и убили около 10 учеников. В 1840 году в Университете Виргинии произошел первый случай стрельбы уже именно в исполнении ученика. До 1999 года стрельба в школах чаще была «точечной» (месть конкретному учителю или сверстнику), но случались и беспорядочные расстрелы. В 1966-м такую бойню устроил студент Университета Техаса – он открыл огонь со смотровой площадки башни университета, убив 16 человек и ранив 31.
Но, повторимся, все эти случаи скулшутинга не носили системного характера. Кроме того, следует понимать, что под американским термином «скулшутинг» подразумеваются инциденты с использованием не только огнестрельного, но и холодного оружия, а также самодельных взрывных устройств.
Именно после случая в «Колумбайне» скулшутинг в США приобрел характер эпидемии. Американские СМИ совершили тогда невольную ошибку, создав вокруг убийц нездоровый хайп, что породило феномен подражания. Полиция тоже сделала крупную промашку, пробездействовав снаружи школы в течение целого часа. После этого тактика в подобных случаях во всем мире изменилась на «немедленное вмешательство» (Active Shooter Protocol).
После «Колумбайна» американская статистика показывает резкий рост инцидентов: если в начале 2000-х фиксировалось по 10–30 случаев за учебный год, то к 2021–2022 годам этот показатель превысил 300. По данным Национального центра статистики образования (NCES) и K-12 School Shooting Database, с 2000 по 2022 год в школах США произошло более 1375 инцидентов со стрельбой, в которых погибли 515 человек и 1161 получили ранения.
Таким образом, статистика констатирует, что проблема скулшутинга стала носить именно массовый и системный характер. И во многом – из-за подражателей.
Фото: © Михаил Захаров / «Татар-информ»
Движение «Колумбайн» запрещено в России
2 февраля 2022 года Верховный суд РФ признал так называемое «Международное молодежное движение „Колумбайн“» террористической организацией. Генпрокуратура РФ заявила, что движение координируется через интернет, отрицает моральные ценности и пропагандирует насилие и суицид как способ достижения целей. Любая деятельность, связанная с этим «движением», пропаганда его идей, создание сообществ в соцсетях или хранение символики теперь уголовно наказуемы – вплоть до пожизненного заключения за организацию. Кроме того, еще с 2018 года в России действует закон, позволяющий блокировать тематические сообщества в соцсетях без решения суда, если они признаны опасными для детей.
Важно понимать, что запрещено не само упоминание исторического события 1999 года, а именно идеология, оправдывающая или героизирующая нападения на школы.
Первым случаем «классического», с использованием огнестрельного оружия, скулшутинга в России считается стрельба в московской школе №263, произошедшая 3 февраля 2014 года
Фото: ru.wikipedia.org
Скулшутинг в нашей стране
С 2000 года проблема вооруженного насилия в российских школах прошла путь от практически полного отсутствия подобных инцидентов до серии резонансных трагедий, которые и вынудили власти признать движение «Колумбайн» террористическим.
Первым случаем «классического», с использованием огнестрельного оружия, скулшутинга в России считается стрельба в московской школе №263, произошедшая 3 февраля 2014 года. Тогда 15-летний ученик, не считавшийся ранее проблемным подростком, застрелил учителя географии и прибывшего по вызову полицейского. Этот случай стал «точкой отсчета» для России, ведь до него считалось, что школьная стрельба – чисто американская проблема, невозможная в РФ.
После этого случая скулшутинг стал набирать обороты в России – с начала 2016 года зафиксировано как минимум 16 случаев нападений с использованием различных видов оружия, повлекших гибель или ранения людей. В ответ на эти события в стране были радикально ужесточены правила оборота оружия и усилены требования к охране образовательных организаций. Последний по времени случай произошел в Нижнекамске два дня назад – ученик напал с ножом на сотрудников и учеников школы. Сообщалось о пострадавшей уборщице.
В 2025 году российские власти усилили меры профилактики, предотвратив 47 терактов с участием молодых людей, часть из которых имела целью учебные заведения. Как видим, несмотря на предпринимаемые меры, опасность скулшутинга не ослабевает, проблема носит ярко выраженный системный характер.
С 2000 года проблема вооруженного насилия в российских школах прошла путь от практически полного отсутствия подобных инцидентов до серии резонансных трагедий
Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»
Поиск объяснений
Выдвигалось множество объяснений, почему происходят школьные убийства. Распространенные объяснения связаны с такими проблемами, как влияние жестоких компьютерных игр и фильмов, трудности в общении со сверстниками, депрессия и суицидальные мысли, доступность оружия, последствия травли в школе и одиночного образа жизни, когда дети не вовлекались в школьные активности и имели мало социальных контактов.
Все эти факторы могут сыграть свою роль, но сами по себе не объясняют, почему происходит скулшутинг.
Например, нет простой связи между продемонстрированным насилием в СМИ, в компьютерных играх и фильмах с одной стороны и убийством – с другой. А если бы была, то убийцами становились бы миллионы тех, кто играет в жестокие игры или смотрит жестокие фильмы. И все-таки жестокие образы и контент могут стать мощным триггером для уже расшатанной психики подростков.
Именно расшатанная психика детей является питательной почвой для проявления кровавого насилия в школах. Есть ярко выраженная связь между школьной стрельбой и угнетенным психологическим состоянием. Очень многие из школьных насильников страдали от депрессии и суицидальных наклонностей. Многие считали себя неудачниками и завидовали сверстникам, которые казались им счастливее и успешнее. Эта зависть часто перерождалась в ненависть, гнев и мысли об убийстве. Сочетание тяги к убийству и самоубийству особенно опасно, потому что трудно предотвратить нападение, когда убийце все равно, выживет он или умрет. Это как пытаться остановить смертника с бомбой.
Тем не менее подавляющее большинство подростков не идут на насилие, несмотря на то что сегодня та же депрессия обычное для них (и не только для них) явление. Дети справляются со своими трудностями, не совершая убийства или самоубийства. Так что можно говорить, что в случаях скулшутинга депрессия важная причина, но не решающая. Она, как и суицидальные наклонности, является крайним случаем расшатанной детской психики.
Частой причиной расстройства психики у ребенка служит буллинг со стороны других детей. По данным опросов ВЦИОМ, от 25 до 38 процентов россиян сталкивались с травлей во время учебы в школе. Если верить новостям, школьные террористы – жертвы издевательств, которые хотят отомстить за жестокое обращение.
Но и такой мотив не дает четкого ответа. Ситуация куда сложнее, ведь злоумышленники редко убивали тех, кто их мучил. Чаще всего стрелки открывали огонь по толпе, не целясь в кого-то конкретного. Как может насилие в адрес случайных людей быть местью за травлю конкретным личностям?
Проблему скулшутинга часто связывают с влиянием жестоких компьютерных игр и фильмов
Фото: © Михаил Захаров / «Татар-информ»
Что говорит американская психология
Итак, простого и ясного ответа на вопрос «Почему происходит скулшутинг?» нет. К таким трагедиям приводит сложное совпадение факторов среды, семьи и личности, разных у каждого злоумышленника.
В книге клинического психолога, доктора медицинских наук Питера Лангмана «Почему дети убивают: что происходит в голове у школьного стрелка» (Why Kids Kill: Inside the Minds of School Shooters, опубликована в 2009 году) приводится обобщенный массив факторов, могущих подтолкнуть подростка к роковому поступку: убийственный гнев, суицидальные переживания, неполноценность, попытки утвердить мужественный образ с помощью насилия, зависть к людям с высоким статусом, жажда славы, хрупкое самовосприятие, высокая реактивность на стандартные обиды и фрустрации, мазохистские тенденции к злопамятности и раздуванию причиненного вреда. Во всех случаях отсутствовала эмпатия.
Многие из этих факторов подпитывали поразительную эгоцентричность. Например, отсутствие эмпатии создает разрыв между собой и всеми остальными. Нарциссизм означает крайнее увлечение собой – часто за счет благополучия остальных. Из-за гнева люди верят в свою правоту и бесчувственны к чужим страданиям. Депрессия и переживания сужают восприятие; поглощенные своими всеохватными болью и беспомощностью, они теряют мир из виду. Паранойя – сильное сужение восприятия ради самосохранения, чего бы оно ни стоило окружающим.
«Миры стрелков сжимались до их потребностей: не имели значения друзья; не имели значения родители; не имели значения права и чувства других; не имела значения их смерть. Стрелки находились в психологическом кризисе», – отмечает в своей книге Лангман.
Совершенные убийства были не неизбежным продуктом характера этих подростков, а действиями в состоянии кризиса. Если бы их поддерживали во время кризиса, нет оснований полагать, что позже они стали бы убийцами.
Подростки умеют вести свою отдельную жизнь, которую их родители никогда не увидят
Фото: © Михаил Захаров / «Татар-информ»
Как предотвратить скулшутинг
Следовательно, предотвратить скулшутинг можно, если родители, учителя, школьные психологи внимательно наблюдают за психологическим состоянием каждого ребенка. И это не пустой совет, таким образом уже предотвращено немало нападений на школы.
Тот же Питер Лангман дает несколько рекомендаций:
– Знать своего ребенка. Самая важная задача для родителей – знать своего ребенка. Конечно, это легче сказать, чем сделать, особенно с тинейджерами. Подростки умеют вести свою отдельную жизнь, которую их родители никогда не увидят. Тем не менее важно сохранять поддерживающие и заботливые отношения. Открытое общение позволит вам быстро реагировать при возникновении проблем. Знать друзей своего ребенка, куда он ходит, чем занимается, какие сайты смотрит, что постит на своих страницах и так далее – все это может предотвратить массу неприятностей.
– Родителям следует обращать внимание на сигналы со стороны в отношении их ребенка. Если родителям сообщают, что его поведение может представлять угрозу, им следует отнестись к этому максимально серьезно. Тревога может быть ложной, а может оказаться и вопросом жизни и смерти. И здесь самая большая ошибка со стороны родителей – слепо защищать ребенка, ничего не предпринимая и закрывая глаза на угрозы, что потом может аукнуться в тысячекратном размере. Если родители не знают, как поступать в такой ситуации, можно обратиться за помощью к школе или отвести ребенка на психологическое обследование.
– Считайте угрозу серьезной, пока не доказано обратное. Угрозу расправой игнорировать нельзя – здесь лучше перестараться, чем проигнорировать. Детям необходимо говорить, на что обращать внимание и что делать при потенциальной угрозе.
– Любой может остановить скулшутинг. Возможные нападения часто предотвращали школьники, потому что они знали, что должны передать услышанную информацию родителям или школьной администрации. Впрочем, школьники не единственные, кто предотвращал стрельбу. Любой бдительный гражданин может стать героем и спасти человеческие жизни.
– Распознавайте возможную репетицию нападения. Среди школьных стрелков распространена практика репетировать в воображении то, что они сделают. Репетиция может принимать формы рисунков, мультфильмов, видеозаписей или рассказов. И она часто становится публичной и транслируется в интернете. Вовремя отреагировать на такие обозначенные приготовления – значит спасти жизни.
– Оценка угрозы. Школам нужно ввести процедуры оценки угрозы. Однако наличие угрозы не всегда хороший индикатор насилия, потому что многие дети разбрасываются угрозами. ФБР выработало четкие критерии риска угроз. Возможно, самое важное в поведении стрелка – то, что в ФБР называют утечкой, то есть разоблачение своих планов. Один тип утечки – когда преступник пытается привлечь к нападению друга. Другой тип – когда преступник просит кого-то (как правило, друзей) не приходить в школу в определенный день. Что еще составляет поведение стрелка? Изучение планов и схем школы – поведение стрелка. Приобретение оружия или материалов для бомб – поведение стрелка. Обучение стрельбе, ножевому бою или испытание самодельных взрывных устройств – поведение стрелка. Школам нужна система раннего предупреждения. И самая эффективная система – это глаза и уши учеников. Если кто-то и знает о неладном, то это сами ученики. Подготовка учеников к распознаванию признаков потенциального насилия может значительно повысить безопасность школ.
И все же главная предохранительная мера от скулшутинга – это положительная атмосфера в самой школе. Создавая позитивную школьную культуру, сокращая конфликты и издевательства, принимая меры для социальной сплоченности учеников, школы смогут активно предотвращать нападения.