Все лучшее — в прошлом: литературные итоги 2025 года в трендах книжного рынка
Только за первые девять месяцев уходящего года в России было издано 76 059 наименований книг. Одни из них гремели, другие терялись в общем потоке, но совершенно точно можно выделить несколько важных трендов. Писатель и литературный обозреватель Денис Лукьянов рассказывает о главных тенденциях 2025-го и рекомендует то, что стоит прочитать на зимних каникулах.
Абсолютный Невермор: больше готики
После «Бедных-несчастных» (2023, реж. Йоргос Лантимос) и «Уэнздей» (2022…) Тима Бертона стало очевидно: готика снова в моде. Постепенно интерес к новому прочтению жанра появился и в литературе. Отчего мы вновь потянулись к старым замкам, мрачности и потусторонним ужасам? Готика, особенно современная, — прежде всего про эстетику: завораживающая мистическим флером, узнаваемая, она притягивает нас и немного пугает. Ключевое тут — «немного», ведь любое готическое произведение так или иначе строится на феномене «приятного ужаса»: оно должно не столько напугать (с этим прекрасно справляются хорроры), сколько заворожить соприкосновением с мрачным, необъяснимым, иномирным. Собственно, все у той же «Уэнздей» и «Франкенштейна» дель Торо это получается на славу.
Что почитать?
«Загадочная история Аллана Уэйна» Риты Хоффман. Роман становления о молодом священнике, прибывающем на практику в маленький городок, где исчезают люди. Там он сталкивается с настоящими чудовищами — и узнает, что он родом из семьи потомственных монстроборцев. Готика Хоффман полна экшена, узнаваемых тропов, колоритных (и отчасти знакомых) персонажей. Порой роман напоминает видеоигру, сделанную с уважением к классике жанра. Заскучать не получится.
«Отравленные земли» Екатерины Звонцовой. Жизнь придворного врача императрицы Марии Терезии, Герарда ван Свитена, стала основой для историй о поп-культурном персонаже Ван Хельсинге, именитом охотнике на вампиров. Звонцова же вдохновляется ею для мистического триллера в историческом сеттинге: ван Свитен, верящий в науку и разум, приезжает в далекю и диковатую Моравию, чтобы развеять слухи о вампирах. Но слухи оказываются правдой. Роман изящно стилизован, неспешен и пугающ. Написан он в эпистолярном жанре, что отсылает собственно к «Дракуле» Брэма Стокера, а еще построен на аутентичном историческом материале: вампиры тут списаны со средневековых манускриптов — никаких холеных аристократов и молодых качков. Если же смотреть шире, «Отравленные земли» — история о борьбе провинции и столицы, знания и суеверий, тьмы и света. И, что важнее, размышление о тьме внутри, которая слишком часто берет верх над всем остальным.
Где-то я это уже видел: переосмысление знакомых сюжетов
Снова стоит начать с кинематографа: экранизации перестали буквально следовать тексту книг. Теперь практически любой фильм или сериал по книге — прежде всего ее переосмысление, а не иллюстрация.
Литературу это не могло не затронуть. Основой книг-переосмыслений становятся мифы, сказки и, что случается особенно часто последние год-два, классические произведения. Например, «Война и потусторонний мир» Дарьи Раскиной, где в «Войну и мир» добавлены элементы фэнтези. Авторы и читатели ищут новую оптику, открывают хрестоматийные истории с незнакомой стороны, экспериментируют и все чаще задают очень правильный вопрос: «А что, если?..» Впрочем, любая «классическая» история еще с древнейших времен раз в несколько поколений переосмысляется: так мифы становились трагедиями, затем — большой литературой, а после — базой для поп-культуры.
Что почитать?
«Белая королева» Евгении Сафоновой. Это шкатулочный роман, то есть история внутри истории. Центральная — переложение приключений Кая и Герды. «Вложенные» в нее — переосмысленные европейские сказки, от «Спящей красавицы» до «Красной Шапочки». Местная Герда отправляется вызволять Кая из рук королевы фей, а по дороге встречает других персонажей и выслушивает их истории. Сафонова приближает роман к первоисточникам стилистикой и атмосферой: текст ритмизированный, мрачный, а жизни старых персонажей на новый лад звучат еще жутче — они более драматичные, психологически выверенные. «Белая королева» — книга о том, как пережить утрату и не потерять себя, когда от боли рвет нутро.
«Джеймс» Персиваля Эверетта. Роман получил Пулицеровскую премию 2025 года. Это переложение «Приключений Гекльберри Финна» Марка Твена, рассказанное от лица беглого раба Джима. Смена оптики сохраняет твеновскую ироничность, динамичность и увлекательность, но меняет смысловое содержание. Оказывается, рабы специально выдумали свой просторечный язык и позволяют господам владеть собой, на деле будучи зачастую умнее и благороднее их. Нет, это не «повесточка», а книга о масках, которыми наполнена жизнь человека, — и собой быть не получается практически никогда. К тому же парадоксально смешной и печальный роман о свободе в самом широком смысле: жить, мыслить, быть собой.
Тотальная ностальгия: девяностые, нулевые, десятые
2025 год — четверть века. Идеальная точка, чтобы повернуться назад, осмыслить все произошедшее и наконец ответить на вопрос: «А что это такое было?» Современность трудно отрефлексировать из настоящего времени, ведь, вспоминая есенинскую формулу, «большое видится на расстоянье». Поэтому эпохи девяностых, нулевых и десятых оказались востребованы в литературе. Одну из номинаций премии «Большая книга» этого года отдали «Средней продолжительности жизни» Максима Семеляка — роману, скорее похожему на музыкальную пластинку с мелодией того времени.
Кроме того, включился механизм ностальгии, вокруг каждого десятилетия сложилась узнаваемая «эстетика», и авторам захотелось с ней играть.
Что почитать?
Серия книг Сергея Костина о Пако Аррайе. Главный герой этого цикла, Пако Аррайя, — секретный агент, американец (?) кубинского происхождения (?), завербованный… впрочем, сами узнаете кем. Много вопросов, много личин, много поддельных документов! Главное, что герой — прекрасный ироничный рассказчик, а еще альтер эго автора, которого однажды самого чуть не завербовали. Вот Костин и решил подумать, какой бы стала его жизнь, если бы он согласился. В каждом романе Пако отправляется в новую страну — от Франции до Афганистана — на особое задание. Но эти шпионские триллеры не литература из разряда бульварного чтива. Они увлекательны, но призывают читателя к диалогу. А еще чертовски ностальгичны: действие разворачивается в девяностые и ранние нулевые и, помимо общего «вайба» эпохи, в повествование вплетено много неочевидных мелочей типа процесса заселения в отель. Да-да, не через «Букинг».
«До кислотных дач» Яшмы Вернер. Главный герой попадает на дачу, населенную призраками, и каждую ночь тут не на жизнь, а на смерть проходят неоновые рейв-тусовки. Дача требует новых жертв, но позволит ли когда-нибудь освободиться старым? Олимпийки, бандитские разборки, магнитофоны — одним словом, пример романа, где эпоха максимально эстетизирована. Ностальгический подарок всем любителям соответствующих вайбов. И страшная взрослая сказка об ответственности.
Машина времени активирована: исторические сеттинги
Этой теме в «НОЖе» мы посвятили отдельный материал. Современные авторы все чаще перемещают действия своих романов в прошлое: от древнего Карфагена до Венеции XVII века. Во-первых, более привлекательной становится эстетика разных времен и народов: нас тянет к красивым платьям и венским балам, к загадочным арабским сказкам и жарким пустыням. Во-вторых, это отличный способ поговорить о настоящем и найти некие исторические параллели и закономерности. В-третьих, здорово «освежает» книгу, ведь перенос действия, допустим, во Францию XV века позволяет детективу выделиться на прилавке.
Что почитать?
«Невьянская башня» Алексея Иванова. Уральская готика в сеттинге России XVIII века. Главный герой, основатель уральской горнозаводской промышленности Акинфий Демидов, сталкивается с демоном огня на своем Невьянском заводе. Ему предстоит решить: победить чудовище или договориться ним? Это роман о становлении индустриальной России, о мастерах своего дела, о пламени искушения.
«На червленом поле» Марии Воробьи. Практически «Сто лет одиночества» в антураже Италии XVI века. Роман в жанре исторического магического реализма посвящен скандально известной семье Борджиа. Чудеса существуют бок о бок с суровой реальностью: интригами, убийствами, предательствами, испепеляющей любовью. Этот мастерски стилизованный роман строится вокруг большой культурологический темы: как человек средневековый стал человеком Возрождения, что в нем изменилось? И к чему его это привело?
Сообщение Все лучшее — в прошлом: <em>литературные итоги 2025 года в трендах книжного рынка</em> появились сначала на Нож.