«Зимний лес»: разгром и избиение партизан
В партизанских мемуарах меня всегда смущал один момент. Воспоминания могли быть хорошими и плохими, но в них как-то очень легко партизаны одерживали победы над немцами: громили гарнизоны, уничтожали колонны, истребляли их сотнями и тысячами. Это странно, в свете того, что враги окружали партизан со всех сторон и превосходили их числом и вооружением. Наиболее подозрительно выглядела книга бывшего секретаря Минского подпольного обкома ВКП(б), Героя Советского Союза Р.Н. Мачульского «Вечный огонь». Он очень многое знал и о разном мог бы рассказать. Однако, скорее всего, книгу писали за него. Может быть, он что-нибудь наговорил или сделал поправки. Там такой концентрированный и беспробудный героизм, такое побивание немцев везде и всюду, что задаешься вопросом, как это минские партизаны сами не разгромили всю группу армий «Центр»?
Разумеется, что в истории партизанской войны были не только успехи. Но хватало поражений и неудач. Что неудивительно и совершенно неизбежно в силу самого положения партизан во вражеском тылу. Однако почему-то деталей и подробностей нам о грустном сообщать не желали.
Насколько можно судить из мемуаров И.Г. Старинова, вопрос касался высших партийных руководителей. Например, Л.З. Мехлиса. Те приказывали применять такие формы партизанской борьбы, которые, в сущности, лишь облегчали немцам разгром партизан. И вели к огромным потерям. Речь идет о требовании, например, чтобы партизаны сами отбирали оружие и боеприпасы у врага. За всё это было щедро уплачено кровью. А после войны стали сочинять красочные и эмоциональные рассказы, которые и теперь составляют основу истории партизанского движения во время войны.
Вот только один пример. Операция «Зимний лес» (Waldwinter) с 27 декабря 1942 года по 25 января 1943 года в треугольнике железных дорог между Витебском, Невелем и Полоцком.
Вот Александр Дюков пишет об этой операции в своем обзоре, упоминая целый ряд карательных операций в Белоруссии («Живой журнал» от 24 мая 2007 года):
Причем, не нужно думать, что это так Дюков придумал. На сайте «Я помню» есть воспоминания Якова Федоровича Меньшикова (попал в окружение, потом в плен, бежал, скрывался и летом 1942 года вступил в партизанский отряд), воевавшего в составе 4-й Белорусской партизанской бригады, располагавшейся в освобожденной зоне в этом самом треугольнике железных дорог. То есть он был непосредственным участником тех самых событий. Но и он пишет о боях 4-й партизанской бригады с немецкими частями 24 декабря 1942 года – 3 января 1943 года:
Потом у него потери немцев возросли уже до тысяч:
Кто угодно теперь может ссылаться на очевидца и участника. И описывать самые душещипательные картины про то, как немецкая операция провалилась, немцы потеряли тысячи и тысячи солдат и офицеров, пушки, танки, самолеты.
Дело в том, что у нас есть отчет командующего охранными войсками и командующего армейским тылом группы армий «Центр», генерала от инфантерии Макса фон Шенкендорфа об итогах этой операции, направленный командованию группы армий «Центр» 31 января 1943 года. В нем сказано (ЦАМО РФ, ф. 500, оп. 12454, д. 631, л. 43):
Собственные потери: 20 убитых, 79 раненых.
Вражеские потери: 670 убиты в бою, 957 расстреляны после допроса, всего 1627.
В ответ на вопль: «Они скрывали потери!», отвечу, что это секретный отчет, за точность сведений которых составители несли ответственность. Там могли быть некоторые неточности, но явно не (расхождение действительных цифр и показанных в отчете) на порядки. К тому же занижение потерь неизбежно вскрылось бы. Операции шли одна за другой, и если бы в каждой из них гибли бы сотни и тысячи, а в отчетах показывались бы небольшие потери, то вскоре охранные силы тыла группы армий пришли бы в небоеспособное состояние и это стало бы очевидно командованию. С вытекающими дисциплинарными последствиями. Так что, во время операции «Зимний лес» не было никаких сотен, ни тем более тысяч убитых немецких солдат и офицеров.
Таким образом, возникает серьезное сомнение в точности и правдивости партизанских мемуаров, особенно в части немецких потерь. Если нам тут рассказывают, что набили их тысячи, чуть ли четверых на один штык накалывали, а в отчете оказалось всего 20 убитых за целый месяц операции, то эти рассказы следует причислить к категории «охотничьих рассказов».
Дюков еще пишет:
Обратите внимание на «убили 1627 местных жителя». Это не Дюков так придумал. Он и другие авторы цитируют того, кто первым так написал. А тот, в свою очередь, читал документ и совершил над ним фальсификацию, выдав количество убитых партизан за количество истребленных мирных жителей.
Немецкий документ ясен по смыслу: «670 Banditen im Kampf gefallen» и «957 Banditen nach Verhör erschossen». Убитые в бою – убиты в перестрелке или сразу после нее, в преследовании. Расстрелянные после допроса – кто был захвачен и сознался, что был в отряде, того и расстреляли. Ну или на кого показали, как на партизана. В этом отчете есть место, которое позволяет судить, что некоторая часть населения этой территории поддержала немцев:
То есть, немцы находили деревни пустыми, а через несколько дней после начала операции население стало выходить из леса. Вот среди них и могли быть люди, указывавшие немцам, кто есть партизан.
Уже из сопоставления потерь немцев и партизан в ходе операции «Зимний лес» видно, что это был полный разгром партизан. Сколько их было в треугольнике на начало операции – сказать трудно. Есть сведения о том, что в нем было несколько партизанских бригад: 3-я и 4-я Белорусские, бригада «За Советскую Белоруссию», им. Короткина (Сиротинская) и им. В.И. Ленина.
Генерал фон Шенкендорф отчитался о разгроме бригад Марченко (3-я Белорусская бригада), Короткина-Фомченко (им. Короткина) и Романова (бригада «За Советскую Белоруссию»). 4-й Белорусской бригаде, видимо, действительно удалось вырваться из кольца.
Сколько было партизан перед началом операции, также сказать непросто. Бригады даже в 1944 году включали в себя 600–1000 бойцов. А Меньшиков вспоминает, что в 4-й Белорусской бригаде, в которой он воевал, осенью 1942 года было около 2000 человек. Думается, что всего партизан было около 4–5 тысяч человек.
Численность противостоявшей ей 286-й охранной дивизии (в составе которой были 61-й охранный, 122-й охранный полки, батальон 8-го полицейского полка, батальон 213-го артиллерийского полка и части усиления) можно оценить примерно в 10 тысяч человек.
По численности у немцев было преимущество, но не подавляющее. С учетом того, что партизаны располагались в лесах, которые сами по себе являются своего рода укреплением и затрудняют действия наступающих сил.
Однако, решающая причина поражения народного ополчения состояла в том, что партизаны были очень плохо вооружены.
В отчете генерала фон Шенкендорфа перечислены трофеи: 10 минометов, 14 пулеметов, 31 пистолет-пулемет, 2 противотанковых ружья, 114 винтовок. Также указывается солидное количество ручного стрелкового оружия. Видимо, имеются в виду пистолеты. А также большое количество патронов и взрывчатки.
Это очень негусто. Учитывая, что только в боях погибло 670 партизан. И принимая во внимание, что в отчете немцев говорится про уничтожение 62 партизанских лагерей и 335 бункеров (видимо, землянок). То есть и на партизанских складах оружия не было.
Правда, в отчете указывается, что много оружия партизанами было спрятано или выброшено в снег. Что тоже довольно ясно говорит о разгроме.
Навскидку, включая также пистолеты, с оружием была примерно треть партизан, участвовавших в боях.
Вот она, стратегия Мехлиса, что партизаны должны отобрать оружие у врага, в действии. Столь плохо вооруженные отряды, конечно, не имели шансов отбиться.
Второе преимущество немцев состояло в том, что командир 286-й охранной дивизии, генерал-майор Йоханн-Георг Рихерт (дивизия часто называлась по его фамилии, в том числе и в этом отчете) был опытным командиром. Участник Первой мировой войны, награжден Железным крестом обоих степеней. После войны служил в Рейхсвере и Вермахте. В 1939 году оберст Рихерт назначен командиром 23-го пехотного полка 11-й пехотной дивизии. Участвовал в наступлении на Новгород и в оборонительных боях на Волхове в конце 1941 года. За эти сражения он получил высокую награду – Немецкий крест в золоте и чин генерал-майора. В июне 1942 года назначен командиром 286-й охранной дивизии. Видимо, считался специалистом по боям в лесистой местности и потому назначен командовать контрпартизанскими операциями.
К тому же Рихерт командовал немецкими силами в операции «Зимний лес» единолично. А против него было пять бригад и пять командиров, у которых не было объединенного штаба. Вероятно, это и позволило ему разбить лучшие партизанские отряды в боях в конце декабря 1942 – начале января 1943 года. А потом перейти к избиению практически безоружных партизан, рассеявшихся по лесам. Общий итог операции: три партизанские бригады разбиты и рассеяны, вся территория очищена.
И еще по поводу остальных трофеев 286-й охранной дивизии. В отчете указывается, что войска большую часть операции пользовались трофейным продовольствием, и израсходовали 167,4 тысяч порций мяса, 139,8 тысяч порций овощей и 42,1 тысяч порций фуража из трофейных запасов. Еще осталось значительное количество фуража и картофеля, которые не вывезли. Обычно считается, что эти запасы были награблены в деревнях. Однако, вряд ли несколько тысяч партизан смогли бы перезимовать в лесу без продовольствия. Так что по большей части трофейное продовольствие было взято, видимо, с партизанских баз. Продуктов хватило бы охранной дивизии примерно на две недели, а фуража на неделю или около того.
Также было захвачено 2014 человек трудоспособного населения, которое было отправлено затем в Дулаг-125 в Полоцке, где их подвергали пропагандистской обработке. Однако, в отчете говорится, что большая часть мужского населения ушла вместе с партизанами. И об их дальнейшей судьбе немцам ничего не было известно. Часть населения (особенно нетрудоспособное) осталось в деревнях. Но сколько его было – в отчете не сказано. И вряд ли получится узнать более точные данные. В любом случае, в разоренном районе (сначала кормившем партизан, а потом разграбленном немцами) лишенные запасов продовольствия жители сильного голодали.
В сущности, партизаны поплатились за свою беспечность. За неподготовленность района к обороне, за отсутствие общего командования и штаба, за острую нехватку оружия и явную недооценку противника. При этом было много нападений на железные дороги. Партизаны, видимо, надеялись на то, что немцы зимой в лес не полезут и получится относительно спокойно перезимовать. В общем, сделали ошибки.
Все эти факты гибели партизан тщательно скрывались. Вместо этого распространялись рассказы о повсеместном избиении немцев, с многократно преувеличенными вражескими потерями.
Хотя, что тут скрывать? В партизанской войне хватало неудач и поражений. Но из них делались соответствующие выводы. И впоследствии, в том числе на основе этого опыта, партизаны научились оборонять свои освобожденные районы, рейдировать, маневрировать и выходить из-под ударов. Народ победил в Великой войне.
Прежде чем лгать и сочинять мифы, а также разного рода «охотничьи рассказы», надо помнить, что сказал первый президент Чехословакии Томаш Масарик:
Ложь в любом случае разрушительна, чем бы она ни оправдывалась.
Разумеется, что в истории партизанской войны были не только успехи. Но хватало поражений и неудач. Что неудивительно и совершенно неизбежно в силу самого положения партизан во вражеском тылу. Однако почему-то деталей и подробностей нам о грустном сообщать не желали.
Насколько можно судить из мемуаров И.Г. Старинова, вопрос касался высших партийных руководителей. Например, Л.З. Мехлиса. Те приказывали применять такие формы партизанской борьбы, которые, в сущности, лишь облегчали немцам разгром партизан. И вели к огромным потерям. Речь идет о требовании, например, чтобы партизаны сами отбирали оружие и боеприпасы у врага. За всё это было щедро уплачено кровью. А после войны стали сочинять красочные и эмоциональные рассказы, которые и теперь составляют основу истории партизанского движения во время войны.
Немецкие потери: мифические и действительные
Вот только один пример. Операция «Зимний лес» (Waldwinter) с 27 декабря 1942 года по 25 января 1943 года в треугольнике железных дорог между Витебском, Невелем и Полоцком.
Вот Александр Дюков пишет об этой операции в своем обзоре, упоминая целый ряд карательных операций в Белоруссии («Живой журнал» от 24 мая 2007 года):
«Беспощадные бои шли вдоль реки Оболь около деревень Лухначи, Равенец, Шилино, за деревнями Катляны, Токарево, Патеры, Заходы и др., где партизаны смогли нанести тяжелые потери вражеским мотомеханизированным, бронетанковым и пехотным подразделениям. После кровопролитных боев большинству партизанских формирований удалось прорваться через железную дорогу Полоцк – Невель и вывести за собой в Рассонский район тысячи местных жителей».
Причем, не нужно думать, что это так Дюков придумал. На сайте «Я помню» есть воспоминания Якова Федоровича Меньшикова (попал в окружение, потом в плен, бежал, скрывался и летом 1942 года вступил в партизанский отряд), воевавшего в составе 4-й Белорусской партизанской бригады, располагавшейся в освобожденной зоне в этом самом треугольнике железных дорог. То есть он был непосредственным участником тех самых событий. Но и он пишет о боях 4-й партизанской бригады с немецкими частями 24 декабря 1942 года – 3 января 1943 года:
«Дорого обошлось гитлеровцам это наступление. В боях с 24 декабря 1942 года по 3 января 1943 года они потеряли убитыми не одну сотню своих солдат и офицеров».
Потом у него потери немцев возросли уже до тысяч:
«Таким образом, и эта широко задуманная карательная экспедиция против партизан не принесла немецкому командованию желаемого результата, немцы потеряли в боях не одну тысячу своих солдат и офицеров. В некоторых деревнях фашисты оставили немецко-полицейские гарнизоны, но они через неделю были разгромлены партизанами».
Кто угодно теперь может ссылаться на очевидца и участника. И описывать самые душещипательные картины про то, как немецкая операция провалилась, немцы потеряли тысячи и тысячи солдат и офицеров, пушки, танки, самолеты.
Дело в том, что у нас есть отчет командующего охранными войсками и командующего армейским тылом группы армий «Центр», генерала от инфантерии Макса фон Шенкендорфа об итогах этой операции, направленный командованию группы армий «Центр» 31 января 1943 года. В нем сказано (ЦАМО РФ, ф. 500, оп. 12454, д. 631, л. 43):
Собственные потери: 20 убитых, 79 раненых.
Вражеские потери: 670 убиты в бою, 957 расстреляны после допроса, всего 1627.
Лист из отчета об операции, в которой перечисляются потери и трофеи
В ответ на вопль: «Они скрывали потери!», отвечу, что это секретный отчет, за точность сведений которых составители несли ответственность. Там могли быть некоторые неточности, но явно не (расхождение действительных цифр и показанных в отчете) на порядки. К тому же занижение потерь неизбежно вскрылось бы. Операции шли одна за другой, и если бы в каждой из них гибли бы сотни и тысячи, а в отчетах показывались бы небольшие потери, то вскоре охранные силы тыла группы армий пришли бы в небоеспособное состояние и это стало бы очевидно командованию. С вытекающими дисциплинарными последствиями. Так что, во время операции «Зимний лес» не было никаких сотен, ни тем более тысяч убитых немецких солдат и офицеров.
Четверых на один штык накалывали
Таким образом, возникает серьезное сомнение в точности и правдивости партизанских мемуаров, особенно в части немецких потерь. Если нам тут рассказывают, что набили их тысячи, чуть ли четверых на один штык накалывали, а в отчете оказалось всего 20 убитых за целый месяц операции, то эти рассказы следует причислить к категории «охотничьих рассказов».
Дюков еще пишет:
«В ходе операции оккупанты убили 1627 местных жителя, 2041 человек вывезли на каторжные работы в Германию, полностью спалили деревни Аржавухово, Белое, Чарбомысли с большинством жителей, захватили 7468 голов скота, 894 коней, около 1 тысячи штук птиц, 4468 тон зерна, 145 тонн картофеля, 759 тонн льносемян и льнотресты и многое другое».
Обратите внимание на «убили 1627 местных жителя». Это не Дюков так придумал. Он и другие авторы цитируют того, кто первым так написал. А тот, в свою очередь, читал документ и совершил над ним фальсификацию, выдав количество убитых партизан за количество истребленных мирных жителей.
Немецкий документ ясен по смыслу: «670 Banditen im Kampf gefallen» и «957 Banditen nach Verhör erschossen». Убитые в бою – убиты в перестрелке или сразу после нее, в преследовании. Расстрелянные после допроса – кто был захвачен и сознался, что был в отряде, того и расстреляли. Ну или на кого показали, как на партизана. В этом отчете есть место, которое позволяет судить, что некоторая часть населения этой территории поддержала немцев:
«Die meisten Siedlungen wurden so gut wie menschenleer angetroffen. Mit dem Fortschreiten des Angriffes änderten sich diese Verhältnisse aber, wenige Tage nach dem Durchzug der Truppen kehrten Teile der Bevölkerung aus dem Wäldern, in die sie geflüchtet waren, zurück» (ЦАМО РФ, ф. 500, оп. 12454, д. 631, л. 44).
То есть, немцы находили деревни пустыми, а через несколько дней после начала операции население стало выходить из леса. Вот среди них и могли быть люди, указывавшие немцам, кто есть партизан.
Это был разгром и избиение
Уже из сопоставления потерь немцев и партизан в ходе операции «Зимний лес» видно, что это был полный разгром партизан. Сколько их было в треугольнике на начало операции – сказать трудно. Есть сведения о том, что в нем было несколько партизанских бригад: 3-я и 4-я Белорусские, бригада «За Советскую Белоруссию», им. Короткина (Сиротинская) и им. В.И. Ленина.
Генерал фон Шенкендорф отчитался о разгроме бригад Марченко (3-я Белорусская бригада), Короткина-Фомченко (им. Короткина) и Романова (бригада «За Советскую Белоруссию»). 4-й Белорусской бригаде, видимо, действительно удалось вырваться из кольца.
Сколько было партизан перед началом операции, также сказать непросто. Бригады даже в 1944 году включали в себя 600–1000 бойцов. А Меньшиков вспоминает, что в 4-й Белорусской бригаде, в которой он воевал, осенью 1942 года было около 2000 человек. Думается, что всего партизан было около 4–5 тысяч человек.
Численность противостоявшей ей 286-й охранной дивизии (в составе которой были 61-й охранный, 122-й охранный полки, батальон 8-го полицейского полка, батальон 213-го артиллерийского полка и части усиления) можно оценить примерно в 10 тысяч человек.
По численности у немцев было преимущество, но не подавляющее. С учетом того, что партизаны располагались в лесах, которые сами по себе являются своего рода укреплением и затрудняют действия наступающих сил.
Однако, решающая причина поражения народного ополчения состояла в том, что партизаны были очень плохо вооружены.
С оружием была всего треть партизан
В отчете генерала фон Шенкендорфа перечислены трофеи: 10 минометов, 14 пулеметов, 31 пистолет-пулемет, 2 противотанковых ружья, 114 винтовок. Также указывается солидное количество ручного стрелкового оружия. Видимо, имеются в виду пистолеты. А также большое количество патронов и взрывчатки.
Это очень негусто. Учитывая, что только в боях погибло 670 партизан. И принимая во внимание, что в отчете немцев говорится про уничтожение 62 партизанских лагерей и 335 бункеров (видимо, землянок). То есть и на партизанских складах оружия не было.
Правда, в отчете указывается, что много оружия партизанами было спрятано или выброшено в снег. Что тоже довольно ясно говорит о разгроме.
Навскидку, включая также пистолеты, с оружием была примерно треть партизан, участвовавших в боях.
Вот она, стратегия Мехлиса, что партизаны должны отобрать оружие у врага, в действии. Столь плохо вооруженные отряды, конечно, не имели шансов отбиться.
Генерал-лейтенант Йоханн-Георг Рихерт, командир 286-й охранной дивизии.
Командиры партизанских бригад: (вверху) Павел Минаевич Романов, командир бригады «За Советскую Белоруссию»; (внизу) Аркадий Яковлевич Марченко, командир 3-й Белорусской партизанской бригады.
Второе преимущество немцев состояло в том, что командир 286-й охранной дивизии, генерал-майор Йоханн-Георг Рихерт (дивизия часто называлась по его фамилии, в том числе и в этом отчете) был опытным командиром. Участник Первой мировой войны, награжден Железным крестом обоих степеней. После войны служил в Рейхсвере и Вермахте. В 1939 году оберст Рихерт назначен командиром 23-го пехотного полка 11-й пехотной дивизии. Участвовал в наступлении на Новгород и в оборонительных боях на Волхове в конце 1941 года. За эти сражения он получил высокую награду – Немецкий крест в золоте и чин генерал-майора. В июне 1942 года назначен командиром 286-й охранной дивизии. Видимо, считался специалистом по боям в лесистой местности и потому назначен командовать контрпартизанскими операциями.
К тому же Рихерт командовал немецкими силами в операции «Зимний лес» единолично. А против него было пять бригад и пять командиров, у которых не было объединенного штаба. Вероятно, это и позволило ему разбить лучшие партизанские отряды в боях в конце декабря 1942 – начале января 1943 года. А потом перейти к избиению практически безоружных партизан, рассеявшихся по лесам. Общий итог операции: три партизанские бригады разбиты и рассеяны, вся территория очищена.
И еще по поводу остальных трофеев 286-й охранной дивизии. В отчете указывается, что войска большую часть операции пользовались трофейным продовольствием, и израсходовали 167,4 тысяч порций мяса, 139,8 тысяч порций овощей и 42,1 тысяч порций фуража из трофейных запасов. Еще осталось значительное количество фуража и картофеля, которые не вывезли. Обычно считается, что эти запасы были награблены в деревнях. Однако, вряд ли несколько тысяч партизан смогли бы перезимовать в лесу без продовольствия. Так что по большей части трофейное продовольствие было взято, видимо, с партизанских баз. Продуктов хватило бы охранной дивизии примерно на две недели, а фуража на неделю или около того.
Также было захвачено 2014 человек трудоспособного населения, которое было отправлено затем в Дулаг-125 в Полоцке, где их подвергали пропагандистской обработке. Однако, в отчете говорится, что большая часть мужского населения ушла вместе с партизанами. И об их дальнейшей судьбе немцам ничего не было известно. Часть населения (особенно нетрудоспособное) осталось в деревнях. Но сколько его было – в отчете не сказано. И вряд ли получится узнать более точные данные. В любом случае, в разоренном районе (сначала кормившем партизан, а потом разграбленном немцами) лишенные запасов продовольствия жители сильного голодали.
Плата за беспечность
В сущности, партизаны поплатились за свою беспечность. За неподготовленность района к обороне, за отсутствие общего командования и штаба, за острую нехватку оружия и явную недооценку противника. При этом было много нападений на железные дороги. Партизаны, видимо, надеялись на то, что немцы зимой в лес не полезут и получится относительно спокойно перезимовать. В общем, сделали ошибки.
Немецкая карта партизанской активности на конец 1942 года. Вверху виден этот треугольник Витебск-Невель-Полоцк. Красные отметки - партизанские нападения на железные дороги с указанием количества нападений. Активность партизан этого района выделялась даже на фоне окрестностей Минска. Неудивительно, что против партизан этого треугольника немцы начали операцию. ЦАМО РФ, ф. 500, оп. 12454, д. 631, л. 35
Все эти факты гибели партизан тщательно скрывались. Вместо этого распространялись рассказы о повсеместном избиении немцев, с многократно преувеличенными вражескими потерями.
Хотя, что тут скрывать? В партизанской войне хватало неудач и поражений. Но из них делались соответствующие выводы. И впоследствии, в том числе на основе этого опыта, партизаны научились оборонять свои освобожденные районы, рейдировать, маневрировать и выходить из-под ударов. Народ победил в Великой войне.
Прежде чем лгать и сочинять мифы, а также разного рода «охотничьи рассказы», надо помнить, что сказал первый президент Чехословакии Томаш Масарик:
«Великое не может быть ложным».
Ложь в любом случае разрушительна, чем бы она ни оправдывалась.
- Автор:
- Верхотуров Дмитрий