Роженицы рассказали об ужасах роддома Нерюнгри

Представьте, что вы беременная женщина и попадаете в холодный роддом, заболеваете прямо перед родами. А в медучреждении нет обычного парацетамола, и вашим родным запрещают приносить лекарства. Жутко? Именно в такой ситуации оказались роженицы роддома Нерюнгри София Балицкая и Марина Назарова.

София Балицкая выписалась из Нерюнгринского роддома 14 декабря, всего роженица провела в госучреждении 16 дней. Сейчас они с малышом здоровы, но девушка до сих не может забыть кошмары, с которыми столкнулась в самый важный период жизни. После того, как девушка забила тревогу о невыносимых условиях, пассивное хамство медперсонала возросло до настоящей вражды.

«Ничего, все рожают!»

Так, София поступила в роддом на сохранение 29 ноября. Ее положили в отделение патологий на 2 этаже. В палате девушке досталась сломанная кровать. Матрасом служили два жестких мата. А через дырку наволочки София увидела подушку в разводах и пятнах крови. Помимо этого в палате было очень холодно. На следующий день она поняла, что заболевает.

– Перед сном по ощущениям у меня была температура примерно 38 °C. Но я не пошла на пост, потому что не было сил. На утро я проснулась вся мокрая, пошла в сестринский пост. Сказала, что чувствую себя плохо. Медсестра не торопилась помочь мне, ответила: «Ну, я тоже заболела. Сюда всяких больных женщин привозят, даже с улицы. Ничего, все рожают!» Измерили температуру 37 °C. Оказалось, что у них не было ни жаропонижающего, ни обезболивающих, ни капель в нос. Единственное, мне дали антибиотик амоксиклав. Все остальные лекарства мне привез муж, как и обогреватель.

Там нигде не было зеркал, кроме сестринской, куда мы роженицы боялись заходить, чтобы не дай Бог нас не обвинили в краже. На мое замечание ответили: «Смотрись в телефон».

На 8 декабря назначили кесарево сечение, к счастью, я уже выздоровела. Но после жалобы я столкнулась с пренебрежительным, местами язвительным отношением со стороны медперсонала. «Ой, это вам наши подушки не понравились?» – такого рода фразы звучали в каждом углу. Последней каплей стало то, что во время выписки я невольно услышала телефонный разговор медсестер.

«Ты где?» – спросила медсестра рядом со мной, у нее был очень громкий динамик телефона. – «Бегом поднимайся на выписку!».

«Я эту уродку выписывать не собираюсь!» – закричала медсестра на том конце трубки.

Меня как кипятком окатило. Медсестра увидела мою реакцию и пока она отходила, я еще услышала свою фамилию. Затем, когда эта женщина поднялась, я спросила ее, кого она назвала уродкой.

«Это я коллеге», – оправдывалась она.

Затем как мы встретили моих родственников, они быстренько всучили ребенка и закрыли перед носом дверь. Я даже не успела сообразить сфотографироваться. В итоге фотографий с выписки у нас нет.

Я знаю, что после жалобы к ним приходили с проверкой Роспотребнадзор и прокуратура. Наверное, после этого я стала у них знаменитостью, и все меня заочно возненавидели, раз так некрасиво обо мне отозвалась медсестра, которую я в первый раз увидела на выписке. У меня до сих пор остался неприятный осадок, – рассказала София.

«Только с таблетками от мамы мне стало легче»

По словам наших собеседниц, в роддоме простыли многие обитательницы холодных палат. Женщины самостоятельно пытались утеплить окна, заколачивая их одеялом. После родов Софию перевели на солнечную сторону отделения для матери и ребенка. Там уже было тепло. А другой роженице Марине Назаровой с младенцем из палаты №6 повезло меньше. То есть новорожденный находился прямо напротив продуваемого окна. У мамы после кесарево случилось осложнение – высокая температура.

– После операции я окончательно разболелась, у меня забрали ребенка. Мне дали парацетамол только один раз, когда температура достигла рекорда – 39,4 °C, пожалели. И на постоянной основе были еще два вида таблеток, которые казалось не помогали совсем. Не разрешали, чтобы родные привезли мне таблетки.

Но моя мама смогла пронести лекарства, спрятав их, так как все передачи проверяли. Только с таблетками от мамы мне стало легче.

Через несколько дней мне начали приносить ребенка на кормление, но не отдавали. Так как его кормили смесью, хотя я просила не делать этого, малыш отвык от груди. То есть было довольно странно, типо: «Мы вам ребенка не отдадим, но вы его грудью, пожалуйста, кормите». В итоге они его семь часов не кормили, бедняжка совсем оголодал и взял грудь. С тех пор на грудном вскармливании. Заведующая Успанова велела не отдавать ребенка. Потом, когда я выздоровела мне его отдали по распоряжению педиатра, – рассказала Марина Назарова.

Выписка Марины

Все окна в госучреждении пластиковые, которые считаются самыми теплыми. Но видимо их установили неправильно. В роддоме Нерюнгри ничего не меняется уже много лет. 7 лет назад София Балицкая привозила обогреватель жене брата с новорожденным племянником. Год назад тот же обогреватель привозили следующему племяннику. На лицо вопиющая халатность руководства родильного дома – проблему холода можно было решить летним монтажом окон.

***

Отметим, что негативных отзывов о роддоме Нерюнгри полно на мамских форумах и соцсетях. Раньше тут еще водились крысы. И таких историй из райцентров, к сожалению, очень много. Становится понятно, почему якутянки предпочитают рожать в Перинатальном центре в Якутске.

Исполняющий обязанности прокурора Нерюнгри Константин Семенов отказался от комментариев. В Роспотребнадзоре сообщили, что данные переданы в прокуратуру. В приемной главного врача тоже отказались говорить о каких-либо изменениях в лучшую сторону, а затем перестали брать трубку.

Напомним, что тгк Sakhaday первым сообщил об условиях в роддоме Нерюнгри. После нашей публикации прокуратура начала проверку.