107.17. Почему тунгусы не стали практиковать набеговую экономику?
0
224
Почему тунгусы не стали практиковать набеговую экономику?
Относительно аборигенных народов тайги - там было скорее уничтожение. тунгус занимал нишу крупного хищника, прежде всего медведя, и дальше жил в зависимости от состояния живности на подконтрольной территории. Если стабильно - жил на месте. Мор, пожары, сдвиг климата и миграция животных - шел за ними. Подросшие дети тунгуса уходили на новый участок.
Конкуренты уничтожались. Людей включая.
А, вот, применительно к южной границе была возможность сформировать набеговую экономику. Как правило отсталые народы такую экономику на границах с развитыми и формировали. Сами монголы, или кидани, или чжурчжени были таковыми набеговыми народами относительно Китая.
В климатической зоне южных тунгусов были прецеденты набеговой экономики относительно степных народов: лесные народы верховий Енисея, населения Сахалина относительно Юань. Даже Хлынов, то бишь Вятка, и его ушкуйники - это явления однотипные. Тайга порождала хищные социумы, кормившиеся с более развитых и южных. Ушкуйники вообще саму столицу Золотой орды как-то взяли.
Позднее именно тайга стала опорой русских землепроходцев и именно из тайги они двинулись на Маньчжурию.
Почему этого не практиковали именно тунгусы?
Относительно аборигенных народов тайги - там было скорее уничтожение. тунгус занимал нишу крупного хищника, прежде всего медведя, и дальше жил в зависимости от состояния живности на подконтрольной территории. Если стабильно - жил на месте. Мор, пожары, сдвиг климата и миграция животных - шел за ними. Подросшие дети тунгуса уходили на новый участок.
Конкуренты уничтожались. Людей включая.
А, вот, применительно к южной границе была возможность сформировать набеговую экономику. Как правило отсталые народы такую экономику на границах с развитыми и формировали. Сами монголы, или кидани, или чжурчжени были таковыми набеговыми народами относительно Китая.
В климатической зоне южных тунгусов были прецеденты набеговой экономики относительно степных народов: лесные народы верховий Енисея, населения Сахалина относительно Юань. Даже Хлынов, то бишь Вятка, и его ушкуйники - это явления однотипные. Тайга порождала хищные социумы, кормившиеся с более развитых и южных. Ушкуйники вообще саму столицу Золотой орды как-то взяли.
Позднее именно тайга стала опорой русских землепроходцев и именно из тайги они двинулись на Маньчжурию.
Почему этого не практиковали именно тунгусы?
Связанный с этим второй вопрос углубляет первый: почему территория от верховий Амура по его левым притокам и берегу до примерно его устья исторически практически никогда до прихода русских землепроходцев не становилась базой для набеговой экономики? Может быть, даже и вообще никогда.
Это отрезок меньше линии соприкосновения тунгусов и степных народов, создававших империи. Ответ относительно Амура не объяснит ненабеговость тунгусов. Но, может, пояснит что-то частное.
Даже "вал Чингиз-хана" при Ляо и Цзинь был развернут на степь и завершался на севере в верховьях Амура.
Ненабеговость тунгусов - их характеристика на очень долгое время. Возможно, на все время их заметного исторического существования. Вплоть до прихода русских землепроходцев и Нерчинского договора.
С точки зрения военно-стратегического анализа понятно, что это поведение тунгусов отвечало интересам всех степных империй. И прежде всего - Монгольской империи, при которой , вероятнее всего, произошло взрывное распространение тунгусов по тайге. Венсьма отвечало интересам и Юань, Мин, Цин.
Правда, с Цин могут быть вопросы: те отселяли с Амура население принудительно в силу Нерчинского договора. И тут могут всплыть какие-то особые обстоятельства.
Нет прямых оснований также рассматривать тунгусов как силу, посланную степными империями осваивать тайгу и обеспечивать стабильность их северной границы. Слишком разные империи. Между становлениями каждой из них бывали периоды беспорядка. Тунгусы никогда не воспользовались этими периодами неизбежной потери контроля над собой, если бы он был.
В крайнем случае, Амур и вообще южное приграничье тунгусов могло стать базой для местной вольницы. Не подчинявшейся ни тунгусским традициям, ни империям. Аналогу, например запорожцев и ушкуйников. Этого тоже не произошло.
Мое предположение - дело в особенностях тунгусского шаманизма и связанного с ним образа жизни. Заполнение открывшейся им экологической ниши - одиночная мясная охота при собственном производстве железных орудий охоты - было выгоднее набеговой экономики.
А, вот, почему именно Амур не стал базой для приграничного бандитизма - это особый вопрос. Напрямую с тунгусами, быть может, не связанный.
С точки зрения военно-стратегического анализа понятно, что это поведение тунгусов отвечало интересам всех степных империй. И прежде всего - Монгольской империи, при которой , вероятнее всего, произошло взрывное распространение тунгусов по тайге. Венсьма отвечало интересам и Юань, Мин, Цин.
Правда, с Цин могут быть вопросы: те отселяли с Амура население принудительно в силу Нерчинского договора. И тут могут всплыть какие-то особые обстоятельства.
Нет прямых оснований также рассматривать тунгусов как силу, посланную степными империями осваивать тайгу и обеспечивать стабильность их северной границы. Слишком разные империи. Между становлениями каждой из них бывали периоды беспорядка. Тунгусы никогда не воспользовались этими периодами неизбежной потери контроля над собой, если бы он был.
В крайнем случае, Амур и вообще южное приграничье тунгусов могло стать базой для местной вольницы. Не подчинявшейся ни тунгусским традициям, ни империям. Аналогу, например запорожцев и ушкуйников. Этого тоже не произошло.
Мое предположение - дело в особенностях тунгусского шаманизма и связанного с ним образа жизни. Заполнение открывшейся им экологической ниши - одиночная мясная охота при собственном производстве железных орудий охоты - было выгоднее набеговой экономики.
А, вот, почему именно Амур не стал базой для приграничного бандитизма - это особый вопрос. Напрямую с тунгусами, быть может, не связанный.