Зачем Пётр Великий отдал Китаю Дальний Восток

В 40-е годы XVII века русские проникли в долину Амура и впервые прошли по нему до устья. На Амуре они столкнулись с маньчжурами, которые в то время правили Китаем.

Первая русско-китайская война

Сорок лет шло противостояние. Сначала русские углубились довольно далеко в Маньчжурию. Но потом маньчжуры, у которых высвободились руки после окончательного покорения Китая, стали вытеснять русских.

Кульминацией этого конфликта стала двухлетняя героическая оборона Албазина в 1685-1686 гг. Этот город был основан русскими в большой излучине Амура в 1651 году. В 1672 году Албазин получил воеводское управление.

Войска империи Цин, как стал называться Китай под властью маньчжурской династии, в 1685 году взяли Албазин, однако после их ухода русские возобновили город. В следующем году цинцы вновь осадили Албазинский острог. Русские отбили все штурмы.

Цинцы прекратили осаду, когда между Россией и Китаем в 1686 году было заключено перемирие. По условиям мирного договора, подписанного в Нерчинске 27 августа 1689 года, русские обязывались оставить Албазин. И не только его, но и все земли Приамурья. Всё на восток до Охотского моря, что лежало к югу от Станового хребта, Россия признавала владением Китая.

Китай получил одной угрозой войны всё, что хотел

Посол Фёдор Головин был отправлен для заключения договора ещё царевной Софьей и её фаворитом князем Василием Голицыным в 1686 году. Только спустя два года он доехал до китайской границы и вступил в переговоры с цинцами о заключении «вечного мира».

Цинская сторона предпринимала различные меры морального и силового воздействия на русскую делегацию, беспрестанно держа в готовности войско и грозя нападением. У России не было возможности, да и особого желания, поддержать свои интересы силой. Вдобавок русская делегация во многом зависела от иезуитов – посредников при переговорах, так как только они владели китайским языком и служили переводчиками.

Подписанный договор был фактически продиктован русским представителям китайской стороной и иезуитами и не оставлял выбора. Головин вернулся в Москву, когда Софья была уже свергнута её юным братом Петром и заключена в монастырь. Но Пётр утвердил все решения Головина и щедро наградил его и его сотрудников в дипломатической миссии. В дальнейшем Пётр очень высоко жаловал и ценил Головина, возвёл его в сан боярина, присвоил ему первый в России чин генерал-фельдмаршала, сделал графом.

Пётр был волен не утверждать подписанный Головиным договор. У Китая, в случае возобновления войны, не было возможности продвинуться дальше. Китай на Нерчинских переговорах получил одной угрозой войны всё, что хотел и что он, в другом случае, мог бы получить (как показала оборона Албазина) только десятилетиями упорной войны. Но Пётр оставил Нерчинский договор в силе. Он просуществовал до 1858 года, сковывая Россию на востоке, пока естественный рост Российской империи не заставил перешагнуть его рамки.

Увлечение Петра европейскими делами

Историки как-то мало обращали внимания на этот аспект деятельности Петра Великого: почему в самом начале своего самостоятельного царствования он согласился на огромные уступки Китаю и тем самым больше чем на полтора века отложил освоение Россиею Дальнего Востока.

Попробуем выдвинуть свои объяснения этому поведению царя.

Проще простого предположить, что молодой царь не знал и не понимал значения Дальнего Востока для России. А также, что он, будучи ещё неопытен в государственных делах, полностью доверял опыту Головина и его оценке ситуации. Но это будет недостаточное объяснение.

Пётр, конечно, не обращал внимания на Дальний Восток, потому что был увлечён задачами России на юге и западе – завоеванием выхода к Чёрному и Балтийскому морям. Это полностью лежало в русле внешней политики его предшественников. Ещё отец Петра царь Алексей Михайлович воевал со Швецией за выход к Балтийскому морю (ради чего даже прервал победно развивавшуюся войну с Польшей) и пытался строить флот на Западной Двине. Затем Россия с 1672 года находилась в состоянии войны с Османской империей и её вассалом – Крымским ханством. По-видимому, вся русская правящая элита считала невозможным вступать в противоборство с каким-то далёким Китаем, не закончив дел с Турцией и Крымом.

Влияние иезуитов

Очень важной дипломатической задачей для достижения победы над Турцией считалось в России устройство тесного союза с католическими державами – Польшей, Австрией и Венецией, являвшимися злейшими противниками Османской империи. Это была идея «Священной лиги» или «крестового похода», направленного на освобождение христианских народов Балкан и Причерноморья от мусульманского «ига». Её усиленно продвигал папский престол.

Уже с XVI века делались попытки сделать Россию ударной силой этого «крестового похода». Воцарение Лжедмитрия I – ставленника определённых католических кругов – в Москве в 1605-1606 гг. стало наиболее значительной попыткой такого рода. Как известно, Лжедмитрий был убит боярами вскоре после того, как тот объявил сборы войска для похода на Турцию.

Примечательно, что против придания России важной роли в таком мероприятии всегда выступала Польша. Но в XVII веке Польша становилась всё слабее, между тем как мощь России росла. Россия выдвинулась на первое место среди потенциальных противников Турции. Иезуиты как самые верные слуги Ватикана всегда прилагали большие старания к вовлечению России в конфликт с Турцией и пропагандировали идею «Священной лиги» христианских государств.

Этот аргумент – актуальность союза России с католическими державами против магометан – иезуитские посредники очень ловко и активно использовали на переговорах Головина с цинцами в Нерчинске. По сути, русская внешняя политика руководствовалась тогда этой иезуитской идеей. Её разделяли и Головин, и сам Пётр I. Они ничего не могли возразить и противопоставить ей. Поэтому война с Турцией в союзе с католиками была для них предпочтительнее и важнее отстаивания собственных интересов России на Дальнем Востоке против Китая.