Что стоит за желанием Китая отнять у России Сахалин?
КНР уже успешно забирает территории у своих соседей и наращивает военную мощь
России следует серьезно отнестись к публикации китайского издания, сообщившего о том, что КНР жалеет о потере Сахалина. Такое мнение «URA.RU» высказал заместитель директора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин. По его словам, власти КНР перестали скрывать свои территориальные аппетиты, которые постоянно растут,
В понедельник китайское издание Sohu сообщило о том, что Пекин жалеет об утрате Сахалина. По версии журналистов, в древние времена Сахалин находился под контролем Китая, однако позднее в обмен на обещание поддерживать Китай в борьбе против Британии и Франции Российская империя получила значительные территории на северо-востоке, в том числе и Сахалин. Журналисты указывают на то, что остров богат природными ресурсами — в частности, обнаруженные там нефтяные месторождения содержат около 7 млрд тонн черного золота — эти запасы способны принести 500 $ млрд.
В интервью «URA.RU» Храмчихин рассказал, почему появившуюся публикацию следует воспринимать как официальную позицию Китая и стоит ли расценивать КНР как союзника России.
— Александр Анатольевич, как следует относиться к появившейся публикации на китайском портале? Некоторые полагают, что это просто мнение журналистов, а не государственная позиция.
— В Китае у СМИ не может быть мнения по подобным темам. Не стоит забывать, что это отнюдь не демократическая страна со свободой слова. Поэтому о «мнении издания» может говорить только тот, кто ничего не понимает в том, что действительно происходит в Китае. Естественно, озвученная позиция — вполне официальное мнение, в КНР такая постановка вопроса считается нормальной, никого не шокирует. При том, что Китай фактически Сахалином никогда не владел. Может быть, до него доплывали отдельные китайцы, но КНР никогда не владела островом.
— Китай часто предъявляет территориальные претензии?
— Да, у Китая есть территориальные претензии практически ко всем, кто его окружает. Такая позиция никогда не менялась и, видимо, никогда не поменяется, до тех пор, пока существует эта страна. Почему появились вопросы именно к Сахалину — сказать сложно. Возможно, что все дело действительно в тех запасах нефти, которые имеются на острове. Китай лишь подтвердил, что территориальные претензии к России никуда не девались. На примере с Сахалином мы увидели попытку представить нас в качестве виноватых и вполне прозрачно дать понять, что мы китайцам должны. Но если сегодня уступить одно, то завтра им потребуется и второе, и третье, и пятое, и десятое.
— Насколько внушительны китайские территориальные аппетиты в отношении нашей страны?
— Как минимум речь идет о территориях, закрепленных в Нерчинском договоре [заключен в 1689 году, содержит информацию о границе между Россией и Китаем]. Сюда они, кстати, включают и Сахалин, хотя к тому моменту, когда подписывался этот договор, китайцы, судя по всему, даже не знали о существовании Сахалина. Но если провести линию, то да, становится понятно, что Сахалин тоже переходит к ним. Следует отметить, что Китаю удается добиваться прироста своих территорий: например, в 2004 году КНР Россией были переданы острова в течении реки Амур общей площадью более 300 квадратных километров. Есть данные, что приличные территории китайцы «откусили» от Киргизии и Таджикистана — правда, местными властями эти факты тщательно скрываются.
— Можно ли сейчас вести речь о том, что Китай фактически уже в фоновом режиме захватывает Россию: китайский бизнес проникает в наши регионы, в том числе депрессивные. Это такая тактика?
— В определенной степени да. Такая политика была всегда и никогда не менялась. Конечно, китайцев на том же Дальнем Востоке довольно много, но нельзя сказать, что их там [в регионах] больше, чем нас. Они считают инвестиционный климат в России неблагоприятным, и это тормозит подобную интеграцию. Но важно и то, что Китай постоянно наращивает собственную военную мощь.
— Как Китай сегодня воспринимает Россию. Это наш стратегический союзник или же потенциальный противник?
— Конечно, стратегическими союзниками мы не являемся, нас в большей степени объединяют какие-то выставочные, подчас совершенно декоративные мероприятия. К России в Китае относятся неоднозначно: так, они продолжают причислять нас к числу опасных противников. На протяжении последних пяти лет Россия у них обозначается иероглифом «воинственная нация». Они признают военную мощь России, которую следует бояться. Дело в том, что некоторое время назад китайцы считали, что мы вообще — ничто, а сейчас, видимо, изменили свое мнение.