Первоуральский Робин Гуд и самое громкое убийство в истории города!
7 июня 1771 года на плотике, напротив нынешнего инновационного культурного центра, совершилось самое громкое убийство в истории Первоуральска: беглый крепостной крестьянин А.С. Плотников, уроженец села Новое Усолье Соликамского уезда, известный так же как «атаман Рыжанко» или «атаман Золотой», убил шайтанского заводчика Ефима Ширяева.
Вот как это случай живописал Константин Боголюбов в повести «Атаман Золотой»:
«Люк приоткрылся и Ефим Алексеевич спустился, за ним слезла и любовница.
— Волоките его на плотину. Пущай народ судит.
— Немало кровушки нашей попил…- раздавались из толпы гневные голоса.
— По двадцать часов заставлял робить…
— А сколько девок испоганил…
— Небось сейчас и про палку забыл…
Ширяев был жалок и отвратителен. Мелкая дрожь била его тело, однако, боясь расправы, он все еще надеялся, что помилуют, и, плача, просил:
— Православные! Простите за все обиды и притеснения, какие я вам чинил. Пощадите! Отдам все имущество и уеду с завода.
Толпа кричала:
— Стреляй в него, атаман! Будь проклят аспид!
Андрей поднял пистолет и выстрелил в упор. Ширяев ткнулся лицом в землю».
Первоуральский краевед Нина Акифьева в книге «История Первоуральска от Демидовых до Бергов 1732 – 1918» это событие описывает так:
«9 июня 1771 года местные жители Иван Никишев, Иван Бисеров, Федот Бажуков, Аверьян Шишмарев, Василий Карпов, жители деревни Талица – Филлип, Алексей и Пахом Балдины, а так же пришлые люди — Никифор Лисьих, Дионисий Кочнев, есаул Мясников, возглавляемые 27-летним атаманом Рыжанко (Андрей Степанович Плотников), совершили нападение на господский дом и убили Ефима Ширева.
До перестройки нападение на дом владельца завода в Шайтанке большинство авторов рассматривали как «народной восстание», после перестройки о нем чаще стали писать как о чисто уголовном преступлении.
Нина Акифьева по этому поводу рассуждает:
«Несмотря на то, что события, произошедшие в Шайтанском заводе 9 июня 1771 года, не имели ярко выраженной антигосударственной окраски, автор не может согласиться с трактовкой данной акции как банального преступления. Масштабность же события (всего по делу было осуждено около 150 человек) свидетельствует в пользу крестьянского бунта. Андрей Плотников (Золотой атаман) во всей этой истории выглядит скорее как классический Робин Гуд, чем как банальный бандит с большой дороги».
А вот как убийство Ширяева описывал самый авторитетный первоуральский летописец, священник Александр Топорков в книге «О Васильево-Шайтанском заводе»:
«Видя безуспешность заступников, Ширяев вновь упал на колени перед разбойниками и, рыдая как ребенок, умолял оставить ему жизнь. На это раз плач и стенания несчастного, по-видимому, тронули злодея и он спросил Ширяева: «А что, Ефим Алексеевич, будешь ли добр к крестьянам, не станешь ли их жестоко сечь и большими окладами работ окладывать?»
Ширяев поспешил ответить, что не только не только ничего подобного впредь не решится делать, но завтра же утром, оставив свое имение уедет из завода навсегда. Когда Рыжанко, — по-видимому, готов уже был пощадить Ширяева, заводской надзиратель Нарбутовских, сидя у окна конторы, услышав о чем идет речь, закричал: «Бейте, режьте, рубите, жгите его, не оставляйте живым»! Помолчав некоторое время, Рыжанко взял пистолет, и обращаясь к своей жертве, спросил: «А сколько стоит этот пистолет?» — «Двадцать пять рублей», — ответил Ширяев. Рыжанко медленно зарядил пистолет и навел его на несчастного. Раздался выстрел, и Ширяев пал на землю, обливаясь кровью».
Топорков подробно рассказал и за что именно убили заводовладельца Ширяева. Как утверждает Топорков со ссылкой на рассказы старожилов, Ширяев стал добрым только под угрозой смерти. Пока власть была в его руках он к жителям Шайтанки относился бесчеловечно – пощады не было никому. На заводе в сутки было всего две смены – одни работали в день, другие в ночь. Выходных не было. Наказания Ширяев практиковал изуверские. Уклоняющемуся от работы надевали кандалы, надевали на шею специальный ошейник к которому привязывали пудовую (16 кг) гирю или тяжелый чурбан и заставляли работать.
Музейный экспонат. Ошейник для рабочего, упоминаемый Топорковым
За всякий, даже пустяковый проступок, наказывали розгами, плетьми, палками. Пороли так, что нередко забивали до смерти.
Для женщин наказание было особенно изощренным: виновную садили в рогатку, имеющую вид клетки, по блокам и посторонам которой торчали железные спицы, препятствующие наклонятся, так что несчастная должна была сидеть неподвижно, и только на ночь подкладывали ей под задние спицы какую-нибудь одежду, чтобы она, сидя, могла заснуть.
Ширяев и лично истязал шайтанцев. Он имел обыкновение носить с собой костяную трость с железным прутом в середине и набитую песком, этой палкой без пощады бил рабочих завода.
Увлекаясь животными наклонностями, Ширяев, по рассказам старожилов, совершал такие поступки, о коих «стыдно не только говорить, но и думать».
Власти отнеслись к убийству Ширяева всерьез. Участники убийства вскоре были пойманы и 20 июня свезены в Шайтанку на казнь. В пяти местах поселка были врыты столбы, расставлены солдаты.
Участников бунта привязывали к столбу и били плетьми до тех пор пока те реагировал на удары. Если наказуемый терял сознание, то давали нюхать спирт и били дальше. Выжившим вырвали ноздри, выжгли клейма на лбу и ссылали в Нерчинск.
За пособничество так же били плетьми и жен участников бунта. А 17-летняя Евдокия Евдокимова была бита кнутом и выслана в Нерчинск только за то, что сожительствовала с Рыжанко.
Жену одного из бунтовщиков по причине беременности власти «пощадили»: вместо кнута – били плетьми.
Кроме того, ещё 76 жителей Шайтанского завода, которые в бунте не участвовали, были выпороты за то, что не защитили заводовладельца Ширяева.
Источник: «Толкучка» от 14 июня 2019г.
Вот как это случай живописал Константин Боголюбов в повести «Атаман Золотой»:
«Люк приоткрылся и Ефим Алексеевич спустился, за ним слезла и любовница.
— Волоките его на плотину. Пущай народ судит.
— Немало кровушки нашей попил…- раздавались из толпы гневные голоса.
— По двадцать часов заставлял робить…
— А сколько девок испоганил…
— Небось сейчас и про палку забыл…
Ширяев был жалок и отвратителен. Мелкая дрожь била его тело, однако, боясь расправы, он все еще надеялся, что помилуют, и, плача, просил:
— Православные! Простите за все обиды и притеснения, какие я вам чинил. Пощадите! Отдам все имущество и уеду с завода.
Толпа кричала:
— Стреляй в него, атаман! Будь проклят аспид!
Андрей поднял пистолет и выстрелил в упор. Ширяев ткнулся лицом в землю».
Первоуральский краевед Нина Акифьева в книге «История Первоуральска от Демидовых до Бергов 1732 – 1918» это событие описывает так:
«9 июня 1771 года местные жители Иван Никишев, Иван Бисеров, Федот Бажуков, Аверьян Шишмарев, Василий Карпов, жители деревни Талица – Филлип, Алексей и Пахом Балдины, а так же пришлые люди — Никифор Лисьих, Дионисий Кочнев, есаул Мясников, возглавляемые 27-летним атаманом Рыжанко (Андрей Степанович Плотников), совершили нападение на господский дом и убили Ефима Ширева.
До перестройки нападение на дом владельца завода в Шайтанке большинство авторов рассматривали как «народной восстание», после перестройки о нем чаще стали писать как о чисто уголовном преступлении.
Нина Акифьева по этому поводу рассуждает:
«Несмотря на то, что события, произошедшие в Шайтанском заводе 9 июня 1771 года, не имели ярко выраженной антигосударственной окраски, автор не может согласиться с трактовкой данной акции как банального преступления. Масштабность же события (всего по делу было осуждено около 150 человек) свидетельствует в пользу крестьянского бунта. Андрей Плотников (Золотой атаман) во всей этой истории выглядит скорее как классический Робин Гуд, чем как банальный бандит с большой дороги».
А вот как убийство Ширяева описывал самый авторитетный первоуральский летописец, священник Александр Топорков в книге «О Васильево-Шайтанском заводе»:
«Видя безуспешность заступников, Ширяев вновь упал на колени перед разбойниками и, рыдая как ребенок, умолял оставить ему жизнь. На это раз плач и стенания несчастного, по-видимому, тронули злодея и он спросил Ширяева: «А что, Ефим Алексеевич, будешь ли добр к крестьянам, не станешь ли их жестоко сечь и большими окладами работ окладывать?»
Ширяев поспешил ответить, что не только не только ничего подобного впредь не решится делать, но завтра же утром, оставив свое имение уедет из завода навсегда. Когда Рыжанко, — по-видимому, готов уже был пощадить Ширяева, заводской надзиратель Нарбутовских, сидя у окна конторы, услышав о чем идет речь, закричал: «Бейте, режьте, рубите, жгите его, не оставляйте живым»! Помолчав некоторое время, Рыжанко взял пистолет, и обращаясь к своей жертве, спросил: «А сколько стоит этот пистолет?» — «Двадцать пять рублей», — ответил Ширяев. Рыжанко медленно зарядил пистолет и навел его на несчастного. Раздался выстрел, и Ширяев пал на землю, обливаясь кровью».
Топорков подробно рассказал и за что именно убили заводовладельца Ширяева. Как утверждает Топорков со ссылкой на рассказы старожилов, Ширяев стал добрым только под угрозой смерти. Пока власть была в его руках он к жителям Шайтанки относился бесчеловечно – пощады не было никому. На заводе в сутки было всего две смены – одни работали в день, другие в ночь. Выходных не было. Наказания Ширяев практиковал изуверские. Уклоняющемуся от работы надевали кандалы, надевали на шею специальный ошейник к которому привязывали пудовую (16 кг) гирю или тяжелый чурбан и заставляли работать.
Музейный экспонат. Ошейник для рабочего, упоминаемый Топорковым
За всякий, даже пустяковый проступок, наказывали розгами, плетьми, палками. Пороли так, что нередко забивали до смерти.
Для женщин наказание было особенно изощренным: виновную садили в рогатку, имеющую вид клетки, по блокам и посторонам которой торчали железные спицы, препятствующие наклонятся, так что несчастная должна была сидеть неподвижно, и только на ночь подкладывали ей под задние спицы какую-нибудь одежду, чтобы она, сидя, могла заснуть.
Ширяев и лично истязал шайтанцев. Он имел обыкновение носить с собой костяную трость с железным прутом в середине и набитую песком, этой палкой без пощады бил рабочих завода.
Увлекаясь животными наклонностями, Ширяев, по рассказам старожилов, совершал такие поступки, о коих «стыдно не только говорить, но и думать».
Власти отнеслись к убийству Ширяева всерьез. Участники убийства вскоре были пойманы и 20 июня свезены в Шайтанку на казнь. В пяти местах поселка были врыты столбы, расставлены солдаты.
Участников бунта привязывали к столбу и били плетьми до тех пор пока те реагировал на удары. Если наказуемый терял сознание, то давали нюхать спирт и били дальше. Выжившим вырвали ноздри, выжгли клейма на лбу и ссылали в Нерчинск.
За пособничество так же били плетьми и жен участников бунта. А 17-летняя Евдокия Евдокимова была бита кнутом и выслана в Нерчинск только за то, что сожительствовала с Рыжанко.
Жену одного из бунтовщиков по причине беременности власти «пощадили»: вместо кнута – били плетьми.
Кроме того, ещё 76 жителей Шайтанского завода, которые в бунте не участвовали, были выпороты за то, что не защитили заводовладельца Ширяева.
Источник: «Толкучка» от 14 июня 2019г.