Кто и зачем стирает с карт русские названия?

До недавних времен на Западе первые упоминания о славянах вообще было модно относить не ранее чем к V в. н. э. Позже славянам сделали «уступку» — III или даже II века. Поскольку игнорировать «Гетику» готского историка Иордана было уже неприлично. А тот прямо сообщал о войнах своего национального героя Германариха против славян в эти времена. Так что славянам мировая историография милостиво уступила для существования II век. Но с условием — не западнее устья Дуная, в пределах от причерноморских степей до болот Припяти и Десны (максимум — верховье Днепра, да и то со скрипом). Вроде как для этих «дикарей» за глаза должно хватить.

При этом никому не приходит в голову простая мысль, что основные источники по истории славян и Руси либо просто уничтожены, либо, что более вероятно, изъяты из широкого употребления и хранятся в спецхране Ватикана. Так что не было никакого «затянувшегося на многие века отсутствия широких контактов с народом «рус» и «неимоверного разнообразия оценочных данных» об этом народе, как утверждают некоторые (в т. ч. отечественные) исследователи, а существовала многовековая затянувшаяся цензура на целостное и непротиворечивое изображение истории русского народа.

Профессор, председатель Комиссии по истории культуры Древней и Средневековой Руси РАН Валерий Чудинов отмечает: «Я очень хорошо помню 50-е годы ХХ века, когда в России невозможно было где-либо найти не карикатурное изображение Адольфа Гитлера и составить себе представление о развитии НСДАП Германии: все источники информации были изъяты цензурой, а лица, интересующиеся проблемой положения различных политических сил в Германии, могли быть заподозрены в неблагонадежности… То же самое мы имеем и в истории Средних веков: пришедшие на славянские земли германцы и италики завоевывали свое место под солнцем сначала огнем и мечом, уничтожая хозяев приютившей их земли, а затем и истребляя память о них. Сходная ситуация разыгрывается на наших глазах в Косово, где сербов, приютивших бежавших из соседней Албании жителей, эти же жители-албанцы стали сначала выдавливать, а затем и просто уничтожать. Уничтожению подверглись и все славянские святыни на этой территории, чтобы ни у кого не возникло сомнения, что косовские албанцы жили в этой местности ВСЕГДА, а не с середины ХХ века. Заметим, что остальные европейские народы, и прежде всего германские и италийские, встали на сторону ПРОТИВНИКОВ СЛАВЯН, т. е. просто продолжили ту линию, которую они проводили в течение многих столетий».

Было бы странным в такой ситуации найти у косовских албанцев какие-либо непротиворечивые данные о проживавших на этой территории сербах и об их святынях. Даже если чудом такие сведения и останутся, они будут противоречить массе других сведений, так что подлинную картину албанской экспансии восстановить по ним не удастся. Последующие поколения будут убеждены, что ШКИПИТАР (т. е. албанцы) тут проживали много тысячелетий. И сербы будут мимолетно упомянуты как народ «неизвестный» и «неименитый», варварский, языческий; его происхождение будет связываться прежде всего с «народами-монстрами края ойкумены».

Естественно, сербы будут показаны изуверами, извергами, людоедами и преступниками, но никак не защитниками собственной земли от варваров-пришельцев. Заметим, что такую же участь сербы уже один раз переживали, когда на том же Косовом поле они потерпели поражение от турок; и тогда у турок не было никаких сведений о предшествующих святынях этих славян, а даже если какие-то подлинные документы и попали в их руки (ведь Константинополь имел мощные исторические архивы), то они были уничтожены.

Как напоминает профессор Чудинов, «Екатерина Великая писала: «Но понеже архивными бумагами бани султанские топят, то, вероятно, и сия грамота к тому же давно употреблена, буде тамо лежала» (ИМП, с. 168). Топить архивными документами, ценность которых неисчислима, бани можно только в одном случае: когда это — документы врагов, память о которых не должна сохраняться. Слово «сербы» у европейцев стало пониматься как servi, т. е. слуги; а слово sclavi, т. е. славяне, и вовсе как рабы. Заметим, что такое уничижительное название исконных европейцев со стороны пришлых германцев и италиков возможно только в условиях победы пришельцев над хозяевами».

Но обратного не было, и германцы считались у славян немцами, т. е. народом, немовавшим, не говорившим на единственном языке того времени, на русском. Наши предки не считали какой-либо народ слугами или рабами, поскольку сами не знали рабовладения. Именно поэтому они пустили чужаков на свои земли, считая их такими же людьми, как и сами. Им не приходило в голову, что новые соседи со временем займутся истреблением и порабощением славян, а еще позже — и искоренением исторической памяти о славянах. Последнее деяние имеет четкое название, введенное после Второй мировой войны, хотя явление как таковое существовало и прежде — холодная война. В отличие от «горячей», эта война ведется в двух плоскостях — экономической и информационной.

Вот конкретный пример одного такого «боя» непрекращающейся информационной войны, который приводит Валерий Чудинов: «Исходя из форманта «рус/рос» в качестве корня слова, ученые произвели правильную расшифровку, например, названия области на южном побережье Балтийского моря — Пруссии, восходящее к давнему наименованию этой земли, Порусье, или же землей у реки Русс, как наименовался Неман в летописях и как он именовался на картах еще в начале ХХ века (и именуется на современных польских картах) (ГУС, с. 106). Полагаю, что здесь показан пример одного из блестяще выигранных немцами эпизодов холодной войны: река Русс стала рекой Неман, т. е. русская принадлежность местности уступила место немецкой, хотя само слово НЕМАН — русское (немцы называют себя Deutsche). Еще интереснее был выигран эпизод с Порусьем, т. е. с «землями вдоль Руси»: вначале пруссами стали называть пришлых прибалтов, а затем — занявших эту область немцев, которые выбили прибалтийских пруссов. Иными словами, отпадение Порусья от Руси произошло в два этапа. И тогда получается, что немцы воевали с пруссами, а к Руси это вроде бы вообще не имеет никакого отношения. Однако, докопавшись до подлинных исторических названий в двух данных эпизодах, ученые тем самым ослабили последствия такой картографической экспансии германцев. Ослабили, но не ликвидировали, ибо русские школьники на уроках географии все равно заучивают слова Пруссия и Неман, а не Порусье и Русс».

Источник:https://rusichi.info/688-kto-i-zachem-stiraet-s-kart-russkie...