Эпизоды из жизни десантников: От Учений к Тревоге

Летом, перед учениями «Неман-79», командир 7-й парашютно-десантной роты «Полтинника», гвардии старший лейтенант В. Е. Евтухович, будущий командующий ВДВ России (2007–2009), провел небольшое переформирование в связи с приходом молодого пополнения из гайжюнайской учебки. Это коснулось и нашей 572-й БМД. Номера машин к этому времени в полку поменяли с 200 на 500. Моего друга Сергея Бойкова перевели в третий взвод, а вместо него механиком-водителем стал Валера Акчурин, прослуживший полтора года. Сменился на машине и наводчик-оператор: вместо Володи Красавина комроты поставил пришедшего из учебки Сергея Лебедева.



В полку шла активная подготовка к учениям. Готовилась техника, проводились занятия по тактике, на полигоне шли дневные и ночные стрельбы. В один из дней командир роты объявил о проведении полевых занятий по обучению действиям в оборонительном бою. Рота совершила марш-бросок в лесной массив и начала занимать оборону. Копаем окопы в полный профиль, а командир роты Валерий Евгеньевич Евтухович проверяет и делает замечания. Заодно рассказывает о структуре американской армии и почему-то о бронекавалерийских дивизиях США.

Окопы практически готовы, соединены траншеями, и вдруг приезжает дежурный уазик с посыльным и приказом от командира полка, гвардии подполковника Георгия Ивановича Шпака: командиру 7-й роты срочно прибыть в расположение полка. На вопрос Евтуховича, что случилось, посыльный ответил, что он не знает.

А произошло вот что. Пока рота копала окопы, механики-водители во главе с техником роты, гвардии прапорщиком Владимиром Новицким, занимались техническим обслуживанием боевых машин, поскольку на учениях полк должен был сразу после десантирования форсировать реку Неман на БМД.

Мой новый механик-водитель, Валера Акчурин, залез в башню боевой машины на место наводчика-оператора и начал тренироваться заряжать 73-мм орудие «Гром 2А28». Заряжание орудия в БМД полуавтоматическое: вращающийся конвейер, в котором размещен боекомплект из 40 кумулятивных и осколочных выстрелов, с помощью электропривода подаётся на линию заряжания. Приводы наведения как электрические, так и ручные. Поскольку машина была не заведена, Акчурин тренировался в ручном режиме: зарядил орудие, покрутил привод вручную – ствол орудия повернулся вправо-влево, вверх-вниз; достал выстрел и вновь зарядил. Сбоку стоит аварийный электропривод – при заглушенном двигателе можно произвести выстрел из орудия с его помощью, нужно просто опустить вниз рычаг аварийки.


Непонятно, зачем Акчурин дёрнул этот рычаг, но раздался выстрел. Снаряд пробил ворота в боксе, ударился о металлические парковые ворота и взорвался рядом с находившейся там курилкой. К счастью, в этот момент в ней никого не оказалось. Иначе были бы жертвы. Почему не произошёл взрыв во время удара о ворота бокса? Для защиты взрывателя от случайных ударов на головку корпуса надет предохранительный колпачок с чекой. Перед заряжанием наводчик-оператор выдёргивает чеку и снимает колпачок. Акчурин этого не делал, поэтому взрыв произошёл с некоторой задержкой.

Очень серьёзное ЧП. Когда рота возвратилась в полк, Евтухович встретил нас около казармы с довольно грустным видом. Он приказал построиться, вкратце объяснил, что произошло, и дал команду заняться чисткой оружия.

Совсем недавно в нашем батальоне произошло событие, которое едва не завершилось трагедией: во время совершения прыжков с парашютом из самолёта ИЛ-76 в купол к рядовому Иванову, пулемётчику второго взвода нашей роты, влетел молодой десантник из 8-й роты. В результате купол парашюта погас, и боец из 8-й роты оказался запутанным в нём, словно в коконе.


Тем не менее Иванов проявил себя отлично: он не растерялся и смог раскрыть запасной парашют. В конечном итоге оба десантника приземлились на одной запаске, отделавшись лишь ушибами и нервным расстройством.

Сегодняшний инцидент отличается: виновником оказался солдат нашей роты. К счастью, обошлось без жертв, однако происшествие требует проведения тщательного расследования.

На следующий день приехал майор из особого отдела дивизии. Акчурин объяснил, что он орудие не заряжал, а о том, что в стволе находится выстрел, не догадывался. На спуск он случайно наступил ногой, вылезая из башни. Скорее всего, изложить такую версию событий Акчурину посоветовал командир батальона, чтобы избежать тяжёлых последствий. Мы пошли в парк проводить следственный эксперимент. На месте проведения следственного эксперимента были комбат Виталий Забабурин, комроты Валерий Евтухович, командир взвода Александр Куиш, я, как командир отделения, техник роты прапорщик Владимир Новицкий, Валера Акчурин и майор особого отдела дивизии.


Акчурин ещё раз всё объяснил, прапорщик Новицкий что-то добавил, ведь всё произошло на его глазах, и он был старшим в команде механиков-водителей. С особистом разговаривал комбат, и было заметно, что он пытается сгладить углы, как-то подвести под неосторожность действия механика, объяснить, что тот неумышленно произвёл выстрел. Забабурин сам залез в башню, а затем, вылезая из люка, задел ногой рычаг спуска, сказав майору-особисту, что это действительно возможно: рычажок расположен очень неудобно. В итоге комбат сумел убедить особиста, что они с командиром роты смогут самостоятельно наказать механика. Отличный офицер был комбат Виталий Забабурин и человек порядочный. К сожалению, он рано ушёл из жизни.

Что касается наказания механика-водителя Акчурина, то оно обошлось лишь устным взысканием. Это произошло благодаря тому, что комбат и особист мирно решили вопросы, в результате чего ни для ротного, ни для комбата не последовало серьёзных последствий.

Вскоре после этого ЧП в полк приехала группа киностудии Министерства обороны для съёмок учебного фильма о воздушно-десантных войсках: о службе, быте и о том, как проходит обучение солдат ВДВ. По сценарию полк выбегает на физзарядку в форме № 3 (голый торс) и наматывает круги по плацу под популярную в войсках песню:

«Лишь недавно учились мы в классе десятом,
И часы проверяли по школьным звонкам,
А теперь привыкайте, ребята, к десантным,
Продуваемым всеми ветрами войскам.»

Бегаем, оператор работает. Затем снимают занятия на спортгородке и в учебном корпусе. Но всё как-то наигранно: по команде режиссёра сделать так, выполнить это, а вот здесь изменим.

Я говорю своему командиру взвода Александру Куишу: «Сказку снимают: постановка, всё гладко, красиво, отшлифовано, отполировано, далеко от реальности. В жизни всё не так». Взводный отвечает: «Понимаешь, они же снимают учебный фильм. Им нужно показать не то, что есть, а как это должно быть. По этому фильму в дальнейшем десантники должны учиться. Я не знаю, где его будут демонстрировать; быть может, в Рязанском училище покажут для будущих командиров, как им необходимо готовить бойцов».

Ни отснятый материал, ни фильм полностью нам не показали, да и позже никогда на экране его видеть не приходилось. Возможно, кадры из него и были использованы в каких-то учебных фильмах Министерства обороны. Эти плёнки лежат где-то в архивах киностудии, никому не нужные. Интересно было бы посмотреть на нас, восемнадцатилетних. Но как попасть в те архивы?

Съёмки прошли, группа уехала.


Полк начал готовиться к участию в ноябрьском параде в честь Великой Октябрьской социалистической революции. Затем состоялись сборы командующего ВДВ и подъём по тревоге в ночь с 10 на 11 декабря 1979 года, после чего нас ждал перелёт в экзотическую азиатскую страну.