Как русские казаки сражались против Наполеона
Стремительная и выносливая казачья конница буквально истерзала «Великую армию» французов.
«Казаки — это самые лучшие легкие войска среди всех существующих. Если бы я имел их в моей армии, я прошел бы с ними весь мир», — так Наполеон отзывался о русской казачьей коннице, с которой ему пришлось столкнуться в ходе вторжения «Великой армии» в Россию в 1812 году. Чем же она так поразила французского императора?
Прирожденные воины
В начале XIX века казачье сословие в основном занималось охраной государственных границ империи. Эти иррегулярные войска отличались высокой боеготовностью, строгой дисциплиной, чувством товарищества, верностью друг другу и своим атаманам.
С раннего детства казаки обучались верховой езде, владению разного рода холодным и огнестрельным оружием, хотя более всего предпочитали пики (которые они именовали «дротиками»). В свободное от занятий по хозяйству время они устраивали военные игры, изучали и отрабатывали тактические приемы, которые их предки позаимствовали из военного искусства кочевых народов.
Весьма красочную характеристику казаку дал все тот же Бонапарт: «Он хорошо сложен, силен, ловок, сметлив, хороший кавалерист и неутомим. Он рожден на коне, вырос среди гражданских войн и на равнине представляет собой то же самое, что бедуин в пустыне, что горный житель в Альпах. Он никогда не живет в доме, не спит в постели и на заходе солнца меняет место ночлега, чтобы не проводить ночь в месте, где он мог быть замечен неприятелем».
Казачья тактика
Основным боевым порядком казачьей конницы в бою была так называемая «лава», которую использовали еще монгольские завоеватели. Масса всадников двигалась на врага россыпью в одну или несколько шеренг, как казалось, совершенно хаотично. На самом же деле, объединенные в звенья по 10-12 человек казаки действовали в этой «лаве» как слаженный механизм, где каждый всадник знал свою роль.
«Не знаешь, как против них действовать; развернешь линию — они мгновенно соберутся в колонну и прорвут линию; хочешь атаковать их колонной — они быстро развертываются и охватывают ее со всех сторон…» — сокрушались офицеры «Великой армии».
Конечно, выстоять в открытом бою против тяжелых французских кирасиров легковооруженным казакам было весьма сложно. В основном они вступали в схватку с легкой кавалерией противника, осуществляли разведку, диверсии, устраивали засады, захватывали «языков», наносили удары по тылам вражеской армии и перерезали ее коммуникаций.
Прикрывая русскую армию
Около 40 тысяч казаков находилось в русской армии на начало Отечественной войны 1812 года. Основную массу составляли представители Донского казачьего войска атамана Матвея Платова, к которым присоединились черноморские казаки, а также татарские, калмыцкие и башкирские конные полки.
23 июня, накануне полномасштабного вторжения «Великой армии» в пределы Российской империи, 300 польских улан 5-го армейского корпуса переправились через пограничную реку Неман с целью провести разведку местности. Здесь их немедленно атаковал казачий разъезд, отступивший после короткого боя. С поляками у казаков в ходе военной кампании сложились особые отношения.
Избегая генерального сражения, разрозненные русские армии отступали вглубь территории империи под натиском превосходящих сил противника. Мобильные казачьи полки прикрывали отход основных сил, нанося французам неожиданные чувствительные удары. Как подметил генерал Леонтий Беннигсен, «они пользуются малейшей оплошностью неприятеля и немедленно заставляют его в том раскаиваться».
Если ситуация позволяла, казаки вступали с врагом в открытый бой. 9 июля у деревни Мир (сегодня в центральной Белоруссии) они применили против польских улан тактический прием «вентерь». Инсценировав отступление, казаки заманили их в засаду под удар своих основных сил.
Бой продолжился на следующий день. Поскольку «вентерь» с наученным горьким опытом врагом больше не сработал Платов атаковал его «лавой». «Сильное сражение продолжалось часа четыре, грудь на грудь… из шести полков неприятельских едва ли останется одна душа, или, может, не сколько спасется… У нас урон невелик», — отчитывался командованию атаман.
Бородино
Двадцать казачьих полков и две казачьих конноартиллерийские роты приняли 7 сентября участие в грандиозном Бородинском сражении. В ходе него они не раз сходились в яростных схватках со своими давними знакомыми из 5-го польского армейского корпуса, однако звездным часом для казаков стал дерзкий рейд в тыл левого фланга французских войск.
Добившись разрешения главнокомандующего русской армией Михаила Кутузова «съездить в тыл к противнику», донские казаки Платова вместе с кавалеристами резервного корпуса генерала Федора Уварова скрытно переправились через реку Колочу и внезапно обрушились на французов, вызвав среди последних хаос и смятение.
Количество атакующих не превышало шести тысяч человек, однако не знавший этого Наполеон был вынужден отвлечь на них свое внимание и приостановить натиск на позиции русской армии, что дало ей несколько часов передышки. Выиграв для войск ценное время, разграбив обозы и захватив пленных, конница Платова и Уварова отступила.
Добивание противника
Казаки первыми среди русских войск вошли в Москву после бесславного ухода из нее французской армии 19 октября. Они немедленно приступили к тушению пожаров, захоронению трупов, поиску и аресту сотрудничавших с врагом лиц, задержанию мародеров и преступников.
Ранним утром 25 октября в районе Малоярославца у казаков был шанс захватить в плен самого императора. Совершенно неожиданно для противника они атаковали его артиллерийские позиции, обоз и вступили в бой с гвардейским корпусом, среди которого находился Наполеон со своей свитой. Не зная о своей удаче, казаки сосредоточились на грабеже обоза и отступили при появлении французских подкреплений.
«Император чуть было не был взят в плен посреди своей гвардии! Сто раз уже говорилось, что гвардия сражается хорошо, но охраняет плохо. Действительно, ночью казаки находились в 300 шагах от батальона гренадеров!... Только необычайное мужество его конвоя и прибытие гвардейских конных гренадер и драгун спасло Наполеона от плена», — описывал это событие канадский историк XIX века Джордж Денисон.
Глаза и уши русских войск, казаки преследовали некогда «Великую армию» в ходе ее бегства на запад, время от времени нанося противнику внезапные болезненные уколы. По случаю изгнания французов за пределы империи царь Александр I поздравил атамана Платова: «Заслуги Ваши и подвиги подначальных Вам казачьих войск пребудут незабвенны. Имя их сделалось страшно неприятелю».
Удалось казакам ярко проявить себя и в ходе последовавшей вскоре военной кампании в Европе. Так, во время «Битвы народов» под Лейпцигом в октябре 1813 года они спасли от плена или даже смерти императора Александра и шведского короля Карла Юхана Бернадота, когда к ним прорвалась кавалерия маршала Иоахима Мюрата.
Неудивительно, что казаки были одними из первых в русской армии, кто в марте 1814 года вместе с царем вошел в Париж. Во французской столице и завершился их тяжелый, но героический боевой путь.