Общая ситуация

В ходе Тарутинского марша (Как французы потеряли русскую армию) русская армия оторвалась от противника, выиграла время на отдых и пополнение. Русская армия в Тарутино, в 80 км от Москвы, куда войска прибыли 21 сентября (3 октября) 1812 года, контролировала Старую Калужскую, Тульскую и Рязанскую дороги. Кутузов предупредил возможное движение противника на Калугу. Также русские войска оказывали давление на французов в Москве.

Для лагеря русской армии было выбрано весьма удобное место южнее реки Нары. С фронта позиция была защищена рекой и артиллерийскими батареями; правый фланг располагался на высотах и ограждался оврагом, также был прикрыт артиллерией. Левый фланг примыкал к густому лесу и прикрывался рекой Истьей, а тыл армии – сплошным лесным массивом.

Тем временем положение Великой армии Наполеона в Москве быстро и резко ухудшилось. Армия была деморализована грабежом старой русской столицы. Части буквально на глазах превратились в банды грабителей, барахольщиков, которые пеклись только о своей добыче. Большая часть Москвы сгорела в страшном пожаре, она не годилась для зимовки. Кроме того, город постепенно окружали летучие конные отряды, партизаны и казаки, выбивая французских фуражиров. Для добычи продовольствия и фуража приходилось снаряжать большие отряды. То есть кормиться за счёт окружающей территории было сложно. Для охраны коммуникаций приходилось выделять значительные силы. Надежда Бонапарта начать мирные переговоры с царем Александром быстро исчезла. Русский государь игнорировал предложения французов.

Наполеон понял, что нужно срочно уходить, пока предпосылки катастрофы не стали явью. Наиболее заманчивой дорогой была южная, через Калугу на Волынь. Там можно было найти провиант и соединиться с австрийскими и саксонскими войсками Шварценберга и Ренье. Но для этого нужно было снова разбить армию Кутузова, также на южном фланге были русские армии Тормасова и Чичагова. А австрийцы раздражали своей пассивностью. Ещё можно было идти севернее Смоленской дороги, к Нижнему Неману, где были подготовлены крупные запасы. Здесь можно было опереться на поддержку 2-го и 6-го корпусов Удино и Сен-Сира в Полоцке. Кроме того, можно было уходить по знакомой Смоленской дороге, но там местность была разорена войной.

В это время русский главнокомандующий Кутузов разработал план разгрома противника. На южном фланге войска Чичагова и Тормасова должны были как можно быстрее соединиться и оказать давление на правый фланг противника, выходить на Смоленскую дорогу, перехватывая французские коммуникации и заходя в тыл Наполеону. На северном фланге войска Витгенштейна должны были сковать силы неприятеля на линии Западной Двины.

В итоге Кутузов готовился разгромить главные силы противника в районе между Днепром, Березиной и Западной Двиной. Армия Кутузова атаковала в центре, войска Тормасова, Чичагова и Витгенштейна – с юга и севера.

План операции

Авангард Мюрата с 24 сентября расположился, наблюдая за русской армией, недалеко от села Тарутино на реке Чернишне (приток Нары). Французская группировка состояла из следующих частей: 5-й корпус Понятовского, все 4 кавалерийских корпуса Великой армии (но после Бородина в них осталось мало сабель). Под началом Мюрата было 20–26 тыс. солдат при 197 пушках. Фронт и правый фланг растянутого расположения сил неаполитанского короля были защищены реками Нарой и Чернишней, левое крыло выходило на открытое место, где только лес отделял французов от русских позиций.

Около двух недель позиции русской и французской армий соседствовали. Противоборствующие стороны соседствовали некоторое время без боестолкновений. А. П. Ермолов отмечал:
Получив данные разведки, что противник, видимо, оставит Москву, русское командование решило атаковать французский авангард, громя врага по частям. Этому способствовал тот факт, что левый фланг группировки Мюрата, упирающий в Дедневский лес, фактически не охранялся. Наступление запланировали на 4–5 (16–17) октября 1812 года. Однако из-за ошибок управления (приказ вовремя не передали) армия в это время не выступила. Кроме того, разведка донесла о движении противника по Старой и Новой Калужским дорогам (позднее выяснилось, что это ошибочные сведения). Кутузов отложил наступление до 6 (18) октября.

Русский штаб переценивал силы врага в два раза (насчитывали 45–50 тыс. французов). Поэтому в сражении должны были принять участие основные силы армии. В состав правого фланга под руководством Беннигсена вошли 2-й, 3-й, 4-й пехотные корпуса, 10 казачьих полков, части 1-го кавалерийского корпуса. В состав левого фланга и центра под началом Милорадовича были включены 5-й, 6-й, 7-й, 8-й пехотные корпуса и две кирасирские дивизии. Кутузов оставался с резервами в лагере и осуществлял общее руководство.

Главный удар по левому крылу противника должны были нанести корпуса Беннигсена. Войска делились на три колонны и резерв. Первую колонну составила конница под началом Орлова-Денисова: 10 казачьих полков, один конно-егерский, два драгунских, один гусарский, один уланский полк. Орлов-Денисов должен был обойти через Дедневский лес левый фланг французских войск и выйти им в тыл у деревни Стремиловой.

Вторая колонна в составе пехотных частей 2-го корпуса Багговута атаковала левое крыло неприятеля с фронта у деревни Тетерино (Тетеринка). В третью колонну вошёл 4-й пехотный корпус Остермана-Толстого. 4-й корпус должен был атаковать центр французских войск, также расположенный у деревни Тетерино. В резерве был 3-й пехотный корпус Строганова, 1-й кавалерийский корпус Меллер-Закомельского. Резерв подкреплял 2-ю колонну Багговута.

Войска Милорадовича должны были сковать боем правое крыло противника. Кроме того, армейские партизанские отряды Дорохова и Фигнера наносили удар в тыл противника. План был хорош, но его реализация зависела от синхронности и успешного взаимодействия русских войск.

Сражение

Беннигсен и Толь не смогли вовремя начать наступление. Только колонна Орлова-Денисова вовремя прибыла на место и начала наступление. Две другие колонны заплутали в ночном лесу и опоздали. В 7 часов утра русские казаки ударили по дивизии Себастиани и застали врага врасплох. Орлов-Денисов отметил подвиг 42 урядников казачьих полков, которые,
Французы в панике бежали, бросив 38 орудий. Казачьи полки вышли к Рязановскому оврагу, по которому шла дорога на Спас-Куплю. Левое крыло от полного разгрома спас сам Мюрат, он организовал контрудар, собрал бежавших. Казаков встретила кавалерия Клапареда и Нансути и оттеснила.

В это время напротив Тетеринки стали появляться части 2-го пехотного корпуса. Они начали наступление, не дожидаясь выхода из леса остальных войск. Французы были уже готовы к нападению и упорно отбивались. Багговут организовал атаку на Рязановское дефиле, по которому шёл путь отхода французских войск. Маршал Мюрат, понимая всю опасность положения, собрал войска и выбил русских егерей из оврага. Багговут погиб в этом бою.

Беннигсен не решился повторить атаку и стал ждать подхода третьей колонны и резерва. Это позволило Мюрату под прикрытием артиллерии вывести главные силы, обозы и часть артиллерии к Спас-Купле. Когда к полкам 2-го корпуса присоединились части 4-го и 3-го корпусов, было уже поздно, противник уже уходил. Сражение завершилось поражением войск Мюрата. Французы отступили. Русские батареи подавили оставшуюся французскую артиллерию. Отступление противника быстро превратилось в бегство. Русская конница преследовала врага до Воронова.

Войска правого фланга вообще не вступили в бой. Кутузов, получив известия о движении войск Наполеона, остановил корпуса правого крыла. Также главнокомандующий не стал преследовать войска Мюрата.

Полностью разгромить французский авангард не удалось из-за ошибок командования, как в планировании, так и в ходе самого сражения. В частности, в бою участвовала только небольшая часть русской армии – 12 тыс. человек. Но в целом это была победа, укрепившая боевой дух русской армии.

Французы потеряли около 4,5 тыс. человек убитыми, ранеными и пленными (по другим данным – 2 тыс. человек, в том числе 1,5 тыс. пленными), 38 орудий и часть обоза. Потери русских составили около 1 200 человек.

Известие о Тарутинском бое заставило Наполеона Бонапарта в тот же день начать отход из Москвы.