Забыть подвиг – кощунство. Корифей журналистики - о войне и самоуважении
Он рос в фашистской оккупации, строил заводы, писал о людях труда, на его глазах менялся строй и рушилось мощное государство. Более четверти века он возглавлял краевое радио и благодаря своей профессии брал интервью у многих федеральных политиков. Ветерану и корифею краевой журналистики Валерию Коротченко 10 ноября исполняется 80 лет.
Ну какой он фашист?
Татьяна Фирсова, «АиФ-Красноярск»: Валерий Аврамович, вы практически всю свою жизнь отдали журналистике, но, судя по вашей биографии, первое высшее образование у вас инженерно-строительное. Вы осознанно выбирали свою первую профессию?
Валерий Коротченко: Конечно, потому что после войны самыми престижными были профессии военного, учителя, врача и инженера. Парни в основном выбирали технические направления, тем более у меня был старший товарищ, который учился в Полтавском инженерно-строительном институте. Моя специальность после войны была особенно востребована, в стране шло активное строительство предприятий, поэтому выбор был осознанным. Кроме того, родителям нужно было помогать, ведь я был шестым в семье.
– Как инженер стал журналистом?
– В институте пописывал стихи, однажды одно из них напечатали в газете студотряда. Когда работал на стройке Кия-Шалтырского нефелинового рудника, узнали о моих литературных способностях и пригласили в заводскую многотиражку «За нефелины». Потом стал корреспондентом шарыповской газеты «Серп и молот», через несколько месяцев назначили заведующим промышленного отдела. Постоянно ездил на стройки, писал на темы, которые хорошо знал. Отслужив армию, понял: нужно получить журналистское образование, и поступил на заочное отделение в Иркутский университет.
– Вы родились в 1941 году, когда началась Великая Отечественная война. Ваша семья до освобождения Украины находилась в оккупации. Помните это время?
– В основном по рассказам родителей. В нашей деревне орудовали полицаи из бандеровцев и мадьяр (так местные жители называли венгров). Немцы, как правило, наезжали для проверки из районного центра, где была их комендатура. Мадьяры зверствовали и были более жестокими, чем фашисты. Они сожгли нашу деревню, так как в наших краях было мощное партизанское движение. Жителей посадили на подводы и отправили за 150 км в другой район. Как рассказывала мама, люди думали, что их везут на расстрел, но оставили в живых.
Вернулись назад в 1943 году после освобождения Красной армией. Выкопали землянку, в которой жили до 1951 года. Помню, как пленные немцы, которые восстанавливали железную дорогу, расположенную неподалёку, ходили и просили у жителей еду. Однажды к нам заглянул совсем молодой немец, скорее всего, из последнего призыва. Стал показывать на рот. Мама достала из печи чугунок с картошкой, но он замотал головой, оказывается, у него сильно болели зубы из-за цинги. Мама дала ему несколько головок чеснока и травяной настой. Когда он ушёл, я упрекнул её за то, что она помогает фашисту. А у неё на глаза слёзы навернулись, сказала: «Сынок, ну какой он фашист, у него молоко на губах не обсохло. Его мать не знает, жив он или нет». Тогда год, как не было вестей от старшего брата, думали, его расстреляли. Слава богу, он остался жив, дошёл до Германии и воевал ещё на Дальнем Востоке. Поэтому мама и пожалела немца, хотя во время оккупации, как и все жители, прошла через тяжелейшие испытания.
«Мы остановили нацистскую военную машину»
– Не так давно один из популярных у молодёжи блогеров сказал, что не понимает, зачем тратить миллионы рублей на празднование Дня Победы.
– Это не просто величайшая глупость, это оскорбление ветеранов и памяти тех, кто отдал свои жизни за то, чтобы освободить мир от фашизма. Мы тратим миллиарды рублей чёрт знает на что, в том числе и на глупые шоу. После войны каждый год 9 Мая в нашей деревне ветераны, кто без руки, кто без ноги, собирались вместе, вспоминали о войне, плакали, ходили на кладбище, поминали погибших. Забыть о подвиге советских людей, когда вопрос стоял, жить или не жить нашему народу, – кощунство и святотатство. На Западе пытаются пересмотреть итоги Великой Отечественной войны и доказать, что не Советский Союз победил фашизм. Но давайте посмотрим, кто воевал на стороне вермахта против СССР. Практически вся Европа: Дания, Голландия Чехословакия, Польша, Финляндия, Болгария, Норвегия, Хорватия, Сербия, Латвия, Эстония, Австрия, Румыния, Венгрия, Франция, Италия. Только Чехословакия поставляла нацистам 40% вооружения. Да, авиаполк «Нормандия – Неман» сражался вместе с нашими лётчиками, но не стоит забывать, что под Москвой советскими войсками был уничтожен французский полк. А последними защитниками рейхстага в 1945 году были в том числе и французские эсэсовцы. Нас любят называть дикарями и азиатами, но именно мы остановили и победили нацистскую военную машину, а не Европа.
Не по Сеньке шапка
– Периодически слышим, что советская журналистика была сплошь пропагандистской. Правду замалчивали, а если и писали, то читать нужно было между строк.
– С таким же успехом можно сказать, что в СССР кроме сталинского режима и ГУЛАГа вообще ничего не было. Но оказывается, экономика Советского Союза была второй после США. В стране были построены тысячи предприятий, люди бесплатно получали образование, квартиры, медицинскую помощь и были уверены в завтрашнем дне. В истории других европейских стран было не меньше, а то и больше кровавых событий и войн.
Почему мы молимся на цивилизованную Европу, забывая о том, что французские духи были изобретены, чтобы заглушить запах грязного тела аристократов? Нельзя заниматься самоунижением. Конечно, без пропаганды не обходилось, порой замалчивались события, которые могли повлиять на общественное мнение. Нередко перестраховывались и не сообщали об авариях или ЧП. Но советская журналистика была профессиональной, корреспонденты писали превосходные материалы о людях, судьбах, трудовых достижениях. Да и критика была. Сейчас в изданиях не найдёшь фельетона, а тогда без него не выходил ни один номер газеты.
– Краевому радио вы отдали более четверти века, возглавив его в 1986 году. Это ведь начало перестройки. Сложно было вам, советскому журналисту и руководителю, который вышел из шинели СССР, принять происходящие изменения?
– Тогда не только журналисты, но и руководители многих предприятий края понимали: перемены нужны. Было немало ошибок и в планировании, и в развитии регионов, что тормозило движение вперёд. Когда пришёл Горбачёв и начал красноречиво рассказывать, что всё нужно менять, мы ему поверили. А вместо этого сдали все наши военные позиции Европе, разрушили армию, экономику. Взять один пример – Крастяжмаш, в который вбухали миллиарды, а потом завод обанкротили.
Я дважды записывал интервью с Горбачёвым. Он приезжал в Красноярский край на юбилей Астафьева, второй раз – в 1988 году, когда шёл на выборы. Скажу честно: удивляло, что человек с таким интеллектом управляет великой страной, как говорится в пословице: «Не по Сеньке шапка». Изменения должны были быть разумными, надо было перестроить, а не ломать. Нашему краю повезло, им управляли грамотные руководители: Владимир Долгих, Павел Федирко. Они думали не о карьере, а о своём регионе, хотя им приходилось работать в непростых условиях. Знаете, как появился новый радиотелецентр в Красноярске? Москва денег не выделяла, тогда Федирко заложил в план общежитие, и здание построили.