От киверов до краповых беретов: Росгвардия отмечает первый юбилей

27 марта 2021 года в Российской Федерации официально отмечается пятилетие Росгвардии и одновременно 210-летие Внутренней стражи, предшественника современных войск национальной гвардии. Дата определена не случайно: 27 марта 1811 года был издан указ, передислоцировавший разрозненные до того губернские роты и команды в губернские центры и объединивший их в батальоны.

Создание внутренней стражи именно как отдельного рода войск (изначально подчиненного императору) стало первым в мире опытом объединения военных для исполнения полицейских (жандармских) функций. После войны 1812 года по этому пути пошли многие страны, изучившие опыт Российской империи. Но наша страна была первой.

Судьба особого назначения

«Первым командиром внутренней стражи стал граф Евграф Комаровский. Собственно, именно Евграф Комаровский, будучи инспектором крепостей в свите Его императорского величества, и стал инициатором создания внутренних войск: он, разъезжая по городам, пришел к выводу, что эффективное управление гарнизонных и инвалидных (ветеранских) команд возможно только при едином командовании (централизации, как сказали бы сейчас) гарнизонами и наделении их четко очерченным кругом задач и полномочий», – рассказывает кандидат исторических наук Игорь Сандалов, ведущий научный сотрудник Центрального музея войск национальной гвардии.

Евграф Комаровский The Picture Art Collection/Vostock Photo

Мало кому известно, но именно войска внутренней стражи первыми вступили в бой с армией Наполеона в 1812 году: Гродненский внутренний гарнизонный батальон пытался уничтожить плавучие переправы французов через реку Неман, а прапорщик этой части Николай Ившин считается первым погибшим русским офицером в той Отечественной войне. «При формировании батальона в 1811 году в него влилась Гродненская инвалидная команда, состоявшая из ветеранов Суворовских походов», – уточняет Игорь Сандалов.

Корпус внутренней стражи просуществовал до 1862 года и в период реформ военного министра графа Дмитрия Милютина был ликвидирован: на его базе были созданы местные войска, а часть подразделений передали Корпусу жандармов (одновременно с передачей железнодорожных жандармских команд, подчинявшихся до этого времени министру путей сообщения).

Но внутренняя стража Российской империи продолжала нести службу, охраняя покой обывателя. Формально они к внешним войнам не привлекались, но (как и сегодня) бойцы и офицеры отправлялись к местам боевых действий в командировки: на Крымскую войну, на Японскую, на Первую мировую. И всегда показывали себя с лучшей стороны.

Вооруженный полицейский патруль на улицах Петрограда, февраль 1917 года РИА Новости

После Февральской революции 1917 года Отдельный корпус жандармов был ликвидирован, как и все местные войска: штаты передали в военное министерство. И до Октябрьской революции никакого внятного решения сформулировано так и не было – военные всячески стремились избавиться от полицейских функций, но МВД не спешило принимать воинские подразделения, тем более что постановлением Временного правительства чинам полиции и жандармерии запретили пожизненно занимать выборные должности, в том числе и в войсках. К тому же сказывалось отсутствие опыта. Так продолжалось до 25 октября 1917 года – Великой октябрьской социалистической революции.

Сразу после захвата власти большевики создают отряды рабоче-крестьянской милиции для охраны порядка и Всероссийскую чрезвычайную комиссию (ВЧК) по борьбе с контрреволюцией и саботажем (которые выполняют те же функции, что и ликвидированные МВД и Отдельный корпус жандармов, но на принципиально иной идеологической базе).

Однако уже в первые дни новая власть понимает, что милиции и ВЧК нужны не только профессионалы сыска, но и воинские подразделения. Поэтому в феврале–марте 1918-го при ВЧК создаются первые вооруженные охраны, а также части особого назначения – ЧОН. Интересно, что уже в июне того же года все вооруженные части местных советов и народных комиссариатов соединяют в единый кулак, который тоже носит название «Корпус» – Корпус войск ВЧК.

Чуть позже к ним присоединят войска пограничной охраны ВЧК – так фактически возродится внутренняя стража. Функции этих войск, по сути, были теми же самыми, что и до революции: охрана важных промышленных объектов, железнодорожных линий и морских и речных портов, помощь при наведении порядка, организация эвакуации при наводнении и других стихийных бедствиях.

24 февраля 1918 года Всероссийский центральный исполнительный комитет (ВЦИК) принял постановление о формировании первого автобронеотряда при ВЧК. А уже 7 марта коллегия ВЧК приняла решение об объединении всех отрядов ВЧК и установлении для них единых принципов организации и использования. 18 марта коллегия подтвердила решение о слиянии всех отрядов в единый Боевой отряд ВЧК.

Но сил было еще недостаточно, и 8 апреля Ф.Э. Дзержинский обратился к командующему Московским военным округом с просьбой передать ВЧК Красный советский финляндский отряд. 22 апреля Всероссийский центральный исполнительный комитет дал согласие на откомандирование в распоряжение ВЧК 1-го Всероссийского отряда из Твери. Одновременно с созданием Боевого отряда формировались отряды при Чрезвычайных комиссиях на местах. Их численность устанавливалась исполкомами местных Советов по согласованию с ВЧК и, как правило, составляла 30 человек, которые объединялись в отдельные отряды (по губерниям).

В состав отрядов входили пехота, кавалерия и артиллерия. Отряды формировались из добровольцев, нередко при непосредственном участии Дзержинского. К концу мая 1918-го в распоряжении ВЧК находился боевой отряд (800–1000 человек) в составе 6 рот численностью по 125 человек в каждой, 50 кавалеристов, 60 пулеметчиков, 40 артиллеристов, 80 самокатчиков и 3 броневика.

«В Петрограде на складах были обнаружены несколько тысяч комплектов кожаных тужурок для автомобильных войск Российской империи, но так и не поступивших в войска, – рассказывает Игорь Сандалов. – Их реквизировали на нужды революции и передали в ВЧК, чтобы одеть бойцов милиции и ВЧК. Так и появилась та самая знаменитая комиссарская кожанка, ставшая одним из символов революции».

После окончания Гражданской войны, в годы «мирного социалистического строительства» были проведены организационные реформы: на смену ВЧК пришло Государственное политическое управление (ГПУ) при НКВД, а в 1931 году Конвойная стража Республики была преобразована в конвойные войска. В 1934 году внутренние и пограничные части объединили в Войска внутренней и пограничной охраны при НКВД СССР.

1 сентября 1939 года в СССР был принят «Закон о всеобщей воинской обязанности» – именно в нем впервые было прописано, что Внутренние войска являются составной частью Вооруженных сил СССР.

В Великую Отечественную войну войска НКВД вступили в бой с фашистами одними из первых – такова была особенность службы. Например, в Брестской крепости оборону вместе с другими подразделениями РККА держал 132-й отдельный батальон конвойных войск НКВД.

И во время войны, и после нее Внутренние войска продолжали нести и основную свою задачу: охрана важных промышленных объектов, транспортных магистралей, охрана общественного порядка. А с 70-х годов к этому прибавились обязанности по охране атомных электростанций, в том числе Чернобыльской.

Солдаты внутренних войск, прибывшие в Фергану для решения межэтнических конфликтов, 1989 год Андрей Соловьев/ТАСС

В 1969 году министр внутренних дел Николай Щелоков утвердил основной отличительный (ведомственный) цвет в форме Внутренних войск – им вновь после полувекового перерыва официально стал краповый (темно-бордовый). Вскоре появился и отличительный знак спецназа СССР – краповый берет.

Распад СССР прямо не сказался на деятельности Внутренних войск, но в 1992 году из МВД в Министерство юстиции забрали всё управление исполнения наказаний вместе с конвойными подразделениями. Теперь заключенных охраняют бойцы ФСИН. Крымский мост и другие артерии, соединяющие полуостров с материком, защищены и технически, и секретностью: если о каких-то системах безопасности можно прочитать в открытых источниках (например, о палах – огромных бетонных кольцах, защищающих опоры от внешних повреждений), то о многом другом посторонним знать нельзя. Надо понимать, что Крымский (или Керченский, как называют его за границей) мост уникален не только как инженерное сооружение, но и как политический символ.

«Боевые пловцы ежедневно осматривают все подводные сооружения, а также само дно, – рассказывает старший лейтенант Вадим М., помощник командира морского дивизиона по водолазной подготовке. – Ищем и случайные повреждения, и следы пребывания посторонних. Ну и взрывоопасные предметы: со времен Великой Отечественной войны на дне Черного моря осталось множество неразорвавшихся мин и снарядов»