Что увидела в камере автозака. Журналиста Sputnik жестко задержали в Гродно
ГРОДНО, 11 авг – Sputnik, Инна Гришук. Журналистку Sputnik Инну Гришук из Гродно задержали с применением физического насилия и чуть не разбили телефон во время разгона митингующих у областной филармонии вечером 10 августа. Около часа сотрудница агентства провела в камере автозака, который ездил по городу и собирал задержанных, была доставлена в гродненскую тюрьму, но вскоре отпущена без составления протокола. Журналист рассказала подробности инцидента.
«Весь вечер в разных частях Гродно проходили задержания. Я старалась держаться в стороне, но в этот вечер понять, кого и когда начнут задерживать было сложно, автозаки и бронированные военные машины могли подъехать, казалось, бойцы в черной амуниции хватали всех подряд», – рассказывает Инна Гришук.
После девяти часов вечера журналистка находилась у развязки по улице Горновых недалеко от филармонии, снимала на фото и видео происходящее. Здесь собралось несколько сотен людей, проезжающие машины сигналили. В какой-то момент часть людей собрались в колонну и двинулись по проезжей части кольца, перекрыв при этом на время движение. Люди кричали «Жыве Беларусь», распыляли разноцветные фаеры, пытались делать сцепку. Пройти по кольцу получилось два или три раза. Минут через 20 приехали бронированные машины, автозаки, из них выскочили бойцы ОМОН и спецназа, начали догонять бросившихся в рассыпную митингующих.
«Эпицентром событий стали все прилегающие к кольцу территории. Хватали тех, кто убегал, выборочно тех, кто снимал на телефон», – говорит журналистка агентства.
«Меня задержали практически сразу, бронированная машина остановилась рядом, убежать не было возможности. И я надеялась, что человека в жилетке с надписью «Пресса» трогать не станут. Один боец в черном, пробегая мимо, специально подскочил и толкнул плечом, чуть не сбил с ног, другой ударил по ногам сзади то ли ботинком, то ли резиновой палкой, оставив черный след на коже и платье. Третий стал бить по руке, пытаясь выбить из рук телефон. Когда не получилось, схватили под руки и потащили», – вспоминает журналист.
Сотрудница агентства громко говорила, что она пресса, представляет российское государственное издание. У нее сначала попросили документ, подтверждающий аккредитацию издания, но что-то показать не хватило времени. Девушку буквально швырнули в микроавтобус, выдернули из рук телефон и также швырнули куда-то на пол. Когда телефон удалось найти, другой сотрудник снова его выдернул, стал тыкать в экран пытаясь что-то выключить, командовал быстрее спрятать в сумку. Уже через полминуты журналистку переместили в автозак, закрыли в камеру за решетчатую дверь, вещи забрали.
В автозаке журналистка попросила ее отпустить, сказала, что покажет редакционное задание. Просила, чтобы сотрудники в форме поискали журналистское удостоверение, которое сорвалось с шеи во время задержания. На это услышала: «В тюрьме все покажете».
В автозаке пришлось провести примерно 40 минут. Внутри зеленой будки автозака – камеры, которые закрываются металлическими дверями с отверстием диаметром примерно пять сантиметров на уровне лица. Те камеры, которые удалось рассмотреть, оказались размером примерно 50 на 40 сантиметров, в таких помещали по два человека. Люди постоянно жаловались, что им душно, просили воды.
«Мне досталась VIP-камера, она была трехместной, в ней была не сплошная, а решетчатая дверь. Через нее могло поступать чуть больше воздуха. В железной будке было очень душно. У наших охранников запотели стекла на шлемах, стекло входной двери они периодически вытирали, чтобы посмотреть, что происходит снаружи. Я сидела напротив входной двери, когда дверь открывали, поступал воздух с улицы и становилось чуть легче дышать», – говорит журналист.
Первым в автозак привели мужчину, он громко возмущался сразу и все последующие полчаса. Говорил, что он возвращался с работы, стоял на светофоре, чтобы перейти дорогу, стыдил сотрудников милиции. Когда этому мужчине согласились дать воды, он сначала отказался. Воду подавали через то самое маленькое круглое отверстие в металлической двери.
«Я что, собака, чтобы так воду пить»? – возмущался мужчина.
Автозак проехал через Старый мост к танку, развернулся на развязке и и снова вернулся к филармонии. Здесь сделал несколько остановок. Из сообщений по рации было слышно, что люди убегали к Неману, к табачной фабрике, к улице Лелевеля и хлебозаводу в районе карданных валов. Среди задержанных оказался 16-летний парень, он просил, чтобы его отпустили или хотя бы дали позвонить родителям.
Но у всех задержанных на входе в автозак забирали все сумки, телефоны, рюкзаки. Эти вещи складировали на скамейке и на полу. Телефоны периодически звонили, на одном из них долго шел входящий от контакта «МАМА». Кто-то из камеры долго просил вызвать врача или дать салфетку, чтобы вытереть кровь. Одному парню стало плохо, его пересадили к журналистке.
Спустя примерно 40 минут автозак припарковался у ворот тюрьмы на улице Кирова. Всем приказали приготовиться: «Руки за спину». В открытых воротах показался небольшой дворик тюрьмы, там было пару десятков людей в зеленой камуфляжной форме. Задержанных выпускали из автозака по одному, подгоняли громкими криками: «Быстрее, быстрее, спускайся», толкали в плечи. Один мужчина сильно хромал, с трудом вышел из автозака.
Журналистка выходила последней. Люди в камуфляже увидели жилетку «Пресса», кто-то более добрым голосом сказал: «Девушка, тихо, пресса». Потом подбежали, чтобы проверить, есть ли карманы.
«Меня не толкали, не подгоняли, дали возможность спокойно выйти. Всех, кто ехал в автозаке, куда-то увели. Я насчитала 19 человек. Меня отвели в сторонку, здесь был 16-летний подросток и парень, которому стало плохо, он сидел на бетонной площадке. Мне сказали стать лицом к стене, руки на стену, смотреть по сторонам не разрешали. После душного автозака было трудно восстановить дыхание, а после увиденного и услышанного – тяжело сдерживать эмоции, слезы покатились сами. Какой-то мужчина сказал, что можно убрать руки со стены, успокоил, что все будет хорошо, что журналиста не обидят».
В тюрьме отношение к журналисту было вежливое, спрашивали, из какого издания, где паспорт, как позвонить в редакцию. Другие сотрудники интересовались, что происходит возле филармонии, много ли там людей, есть ли баррикады или нападения на сотрудников милиции. Вскоре принесли сумочку с вещами, которую успели отнести в какой-то корпус. Сделали копию паспорта и журналистского задания.
Напоследок со мной провели профилактическую беседу, посоветовали обходить стороной опасные места. Я пояснила, что опасно находиться в любой точке в городе, можно неожиданно оказаться в эпицентре событий. После этого меня выпустили за ворота тюрьмы», – говорит журналист.
Журналистское удостоверение наша сотрудница так и не нашла, на площадке, где проходило задержание, его не оказалось.