Падение Берлина: как Красная армия поставила победную точку в войне

В канун 75-летия Великой Победы «Вечерняя Москва» продолжает рассказывать о героических страницах истории Великой Отечественной войны. Сегодня мы расскажем о финале Берлинской стратегической наступательной операции. Начавшись в апреле 1945-го прорывом сильно укрепленной обороны противника, она завершилась штурмом столицы Германии и полной капитуляцией ее гарнизона. Красная армия поставила в конце войны победную точку.

2 мая 1945 года после кровопролитного штурма советскими войсками была захвачена столица фашистской Германии.

К началу апреля 1945 года Красная армия в широкой полосе вышла к центральным районам Германии и ее дивизии находились в 60–70 километрах от Берлина. В эти же дни с запада наступали войска союзников. Президент США Франклин Рузвельт еще задолго до этого ставил своим военным задачу: «Мы должны дойти до Берлина. США должны получить Берлин.

Советы могут забирать территорию к востоку». Премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль был того же мнения: «Главная и подлинная цель англо-американских армий — Берлин».

Дивизии союзников шли к германской столице, не встречая особого сопротивления немцев, главные силы фашистских войск упорно оборонялись на пути Красной армии. Но над поверженным Берлином поднялось наше Знамя Победы.

Море огня

В 5 часов утра 16 апреля 1945 года в полной темноте началась артиллерийская подготовка. Только на фронте наступления главной ударной группировки 1-го Белорусского фронта маршала Советского Союза Георгия Жукова артиллерия в течение 20 минут выпустила 500 000 снарядов и мин всех калибров. Одновременно наносили удары бомбардировщики — на противника было сброшено более 1500 тонн бомб.

Эффективность этих ударов была большой, но немецкие войска все равно оказывали яростное сопротивление. Отступать им было некуда: позади находился Берлин. По всему фронту разгорелись ожесточенные бои.

Полки 8-й гвардейской армии генерал-полковника Василия Чуйкова двинулись в атаку при свете 51 прожектора. Их свет слепил немцев и в то же время освещал дорогу наступающим.

Почти одновременно с пехотой двинулись передовые бригады 1-й гвардейской танковой армии генерал-полковника Михаила Катукова. Прорвав первую линию обороны противника, советские войска вышли к Зееловским высотам. Бои за них шли с невероятным ожесточением, но была прорвана и эта линия обороны. Успешно шло наступление и войск 1-го Украинского фронта маршала Советского Союза Ивана Конева. Ударная группировка прорвала главную полосу обороны немецких войск на участке шириной 26 км и продвинулась в глубину на 13 км.

«Кто пришел первым, тот и уносит добычу»

Захватить столицу врага — это значит войти в историю. А какой полководец не любит «лавров»?

Когда 20 апреля стало ясно, что дивизии 1-го Украинского фронта идут к Берлину быстрее, чем войска 1-го Белорусского, Георгий Жуков приказал командующему 2-й гвардейской танковой армией генерал-полковнику Семену Богданову: «Пошлите от каждого корпуса по одной лучшей бригаде в Берлин и поставьте им задачу не позднее 4 часов утра 21 апреля любой ценой прорваться на окраину Берлина и немедля донести для доклада т. Сталину и объявления в прессе».

Иван Конев не «отставал»: командующие 3-й и 4-й танковыми армиями получили распоряжение: «Войска маршала Жукова в 10 км от восточной окраины Берлина. Приказываю обязательно сегодня ночью ворваться в Берлин первыми».

«Конкуренция» между командующими советскими фронтами не говорит о том, что врага «заваливали трупами». Наоборот, система опорных пунктов и узлов сопротивления врага сначала «заливалась» огнем артиллерии и бомбо-штурмовыми ударами авиации, и только затем наступали танки и пехота. Правда, потери и при этом были большими. Немцы бились за свою столицу отчаянно. Но наша сила ломила их силу, и вечером 21 апреля первые танки 3-й и 5-й ударных армий 1-го Белорусского фронта ворвались на северные окраины Берлина. Утром 22 апреля с юга в город пробились 3-я гвардейская танковая и 28-я армии 1-го Украинского фронта. С востока и юго-востока в Берлин с боями вошли части 8-й гвардейской армии.

24 апреля войска двух советских фронтов установили взаимодействие в районе Бонсдорфа, завершив окружение франкфуртско-губенской группировки противника, которая могла прийти на выручку берлинского гарнизона. 25 апреля 2-я и 4-я гвардейские танковые армии соединились западнее Потсдама.

«Мышеловка» захлопнулась. Берлин был окружен.

Каждый дом — крепость

Уничтожение берлинской группировки врага — 200 000 солдат, более 3000 орудий и минометов, 250 танков — было сложнейшей задачей. Хотя для Германии война была уже проиграна, Гитлер приказал сопротивляться до последнего. В фольксштурм были призваны тысячи пожилых горожан и подростков. Это были «одноразовые» бойцы: автоматов им не давали, выдали только фаустпатроны, чтобы каждый мог сжечь один русский танк и погибнуть «во славу рейха».

Немцы дрались фанатично. Приходилось брать штурмом практически каждый дом, превращенный в крепость. С 26 апреля по 2 мая бои в городе не прекращались ни днем, ни ночью. Основной способ преодоления сопротивления противника заключался в широком применении штурмовых отрядов. Стрелковые подразделения, усиленные артиллерией, танками и саперами, рассекали немецкую оборону на множество изолированных друг от друга узлов сопротивления. По опорным пунктам били прямой наводкой артиллеристы, на всю глубину обороны бомбили летчики. В уличных боях широко применялись гвардейские минометы. В воспоминаниях многих советских летчиков сказано, что пилоты в небе над Берлином не так боялись огня фашистских зениток, как залпов собственных «Катюш». Реактивные снаряды летали «стаями», выжигая дотла целые городские кварталы.

Благодаря превосходству в силе, а также накопленному опыту ведения боя в условиях города советские войска неуклонно продвигались вперед.

Штурм Рейхстага

К вечеру 28 апреля подразделения 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта вышли к Рейхстагу. Подступы к нему прикрывались рекой Шпрее и хорошо укрепленными большими зданиями. Но казавшихся непреодолимыми препятствий в Берлине и до этого было много, но их — преодолели!

Днем 30 апреля началась артподготовка штурма. На прямую наводку вышли 152-мм и 203-мм гаубицы. Пока враг не опомнился после разрывов крупнокалиберных снарядов, подразделения 79-го стрелкового корпуса пошли в атаку и ворвались в Рейхстаг.

…8 мая 1945 года, перед подписанием акта о полной и безоговорочной капитуляции Германии, немецкий генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель, увидев, помимо советских, британских и американских генералов, еще и французских, невольно спросил: «Как? И эти нас тоже победили?..»

Кроме «Сражающейся Франции» де Голля и полка «Нормандия-Неман», в войне участвовали и другие французы. Воюя на стороне фашистской Германии, они в 1941-м пытались взять Москву, в 1942-м расстреливали белорусских партизан, в 1944-м оборонялись против советских войск в Польше. По иронии военной судьбы, в 1945-м «главное здание» Германии защищали большей частью не немцы, а французские фашисты из дивизии СС «Шарлемань».

Надо признать: держались они до последнего, бой шел буквально за каждую комнату, за каждый лестничный пролет. Но советские штурмовые группы шли и шли вперед. На здании появились красные флаги, а в ночь на 1 мая над Рейхстагом бойцами 150-й стрелковой дивизии было водружено полотнище, которое сегодня мы чтим как Знамя Победы. К утру 2 мая последние защитники Рейхстага капитулировали.

Русская каша

1 мая в руках немцев остался только правительственный квартал, где находились имперская канцелярия и бункер ставки Гитлера. В штаб 8-й гвардейской армии прибыл начальник генштаба сухопутных войск Германии генерал Ганс Кребс. Командарму Василию Чуйкову он сообщил о самоубийстве Гитлера и о предложении «нового правительства» Германии заключить перемирие. Герой Сталинграда Чуйков ответил категорическим отказом и потребовал безоговорочной капитуляции.

Немцы не согласились. Тогда по оставшейся под их контролем территории был нанесен артиллерийский удар из всех имеющихся орудий. Потом советские войска пошли на штурм — последний и решительный.

Ранним утром 2 мая гарнизон Берлина прекратил сопротивление и сдался на милость победителей.

Победители выкатили на разбитые улицы Берлина полевые кухни с дымящейся кашей. В самый разгар боев, 25 апреля 1945 года, в предместья города прибыл эшелон, груженный продовольствием. Не для нашей армии — для гражданского населения столицы побежденного врага.

Огненный таран танкиста

Николай Шендриков воевал с августа 1941-го. В 1943-м награжденный за отвагу в боях орденами и медалями солдат был направлен на краткосрочные курсы младших офицеров в Сталинградское танковое училище, после окончания которого вернулся на фронт. Боевой счет командира танкового взвода — 14 танков, 7 орудий и 12 пулеметов противника. Танки, в которых сражался Шендриков, подбивались шесть раз. Гвардии младший лейтенант несколько раз был ранен и обгорел. Но после госпиталей он вновь возвращался в строй.

29 апреля 1945 года при штурме Берлина танковый экипаж Шендрикова уничтожил три десятка немецких автомашин с военными грузами. Прорывая укрепрайон на Кайзер-аллее, советские танкисты уничтожили три врытых в землю тяжелых танка и до полусотни солдат врага. Но и танк Шендрикова был подбит и загорелся, погибли члены экипажа. Тяжелораненый Николай Шендриков сел на место механика-водителя, направил горящую боевую машину на немецкое орудие и раздавил его вместе с расчетом. Герой не смог выбраться из горящего танка и погиб в огне.

За мужество и героизм, проявленные в борьбе с захватчиками, гвардии младшему лейтенанту Шендрикову Николаю Степановичу посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Почему Рокоссовский обиделся на Сталина

Берлинскую операцию должны были проводить войска 1-го Белорусского фронта, войсками которого командовал Константин Рокоссовский.

«Мы со своим коллективом начали отрабатывать элементы плана новой наступательной операции, — написал после войны маршал в мемуарах. — Но не суждено было мне в ней руководить войсками этого фронта».

Решением Сталина Рокоссовского внезапно сняли с должности и назначили командовать войсками, действовавшими в Восточной Пруссии.

«Дежурный офицер доложил, что меня вызывает Ставка. У аппарата был Сталин. Он сказал, что я назначаюсь командующим войсками 2-го Белорусского фронта.

Это было столь неожиданно, что я сгоряча тут же спросил: «За что такая немилость, что меня с главного направления переводят на второстепенный участок?»

Сталин ответил, что я ошибаюсь: тот участок, на который меня переводят, входят в общее западное направление, на котором будут действовать войска трех фронтов…

Сталин объявил, что на 1-й Белорусский фронт назначен Г. К. Жуков.

— Как вы смотрите на эту кандидатуру?

Я ответил, что кандидатура вполне достойная…»

Во время Берлинской операции войска 2-го Белорусского фронта Константина Рокоссовского сковали силы немецкой 3-й танковой армии, лишив ее возможности участвовать в битве за Берлин.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Виктор Сокирко, военный эксперт:

— В ходе блестящей по замыслу и исполнению Берлинской стратегической наступательной операции советские войска разгромили крупнейшую группировку войск противника, насчитывавшую около миллиона солдат, 3330 самолетов, 8000 орудий и минометов, свыше 1200 танков и штурмовых орудий. Успех был достигнут за короткое время — всего за 23 дня. Войска 1-го и 2-го Белорусских, 1-го Украинского фронтов разгромили 70 пехотных, 12 танковых и 11 моторизованных дивизий, 10 отдельных бригад, 31 отдельный полк, 12 отдельных батальонов и две военные школы врага. Это был «хребет» вермахта. Его переломали. После падения Берлина, разгрома главных военных сил и утраты жизненно важных районов Германия потеряла способность к сопротивлению и вскоре окончательно капитулировала.

Читайте также: Московский интернет-проект посвятили подвигу музейных сотрудников в годы ВОВ