Вячеслав Грецкий: «Начинаю сомневаться, не родственники ли мы с Уэйном»

Нападающий минского «Динамо» в эксклюзивном интервью KHL.ru — о прошедшем ФОНБЕТ Матче Звёзд КХЛ, родственных связях с канадской легендой и общении с Кириллом Капризовым. 

23-летний форвард ещё до старта звёздного уик-энда в Москве стал одним из его главных действующих лиц. Форвард «Динамо» со знаменитой фамилией стал победителем голосования болельщиков, обогнав самого Кирилла Капризова. Белорусского нападающего поддержали 2992 участника голосования, длившегося две недели. Как и Уэйн Гретцки, Вячеслав играет под 99-м номером, что только добавляет вопросов о его родственных связях с канадской легендой. 

«Перед выступлением с драниками началась паника» 

— Вячеслав, как вам атмосфера Матча Звезд?

— Первое впечатление: «Вау». Она точно превзошла все мои ожидания. Испытал шок и восторг. 

— Что произвело наибольшее впечатление?

— Больше всего запомнился первый конкурс (круг на скорость — прим. ред.), потому что волновался очень сильно. Стоял на линии, сердце колотилось, думал, что сейчас система откажет и рухну (улыбается). Ещё, конечно, было здорово, когда на раскатку выходили. Сначала на трибунах было мало народу, но потом уже на представлении участников собралось довольно много. 

— Ожидали увидеть много болельщиков минского «Динамо», учитывая, как голосовали за местных хоккеистов у вас на родине?

— Да, знал, что должны приехать. Перед Мастер-шоу искал их на трибунах глазами, в итоге увидел голубые цвета. Сразу стало приятно. 

— Расскажите, как пришла в голову идея с драниками.

— Идею предложил пресс-атташе минского «Динамо» Алексей Ковалёв. Сказал, что если болельщики меня выберут, то поедем в Москву с драниками. Вот и пришлось выкручиваться. Воплотить всё в жизнь помог мой друг Александр Осипков (вратарь минского «Динамо» — прим. ред.), он предложил голкипера покормить.

Думал: «Ну, если выберут, куда я поеду, для чего?». Подошел к нашему генеральному менеджеру Дмитрию Баскову за советом. Он сказал: «Давай подождём, не нервничай. Если люди проголосуют за тебя, то поедешь».

— Вы же ещё в национальном костюме вышли.

— Да, мне подсказали, что раз драники, то и костюм нужен. Перед самим выступлением у меня началась паника, потому что, оказалось, надо было согласовать номер с режиссёром, а мы этого не сделали. Но в итоге я подошёл в последний момент, рассказал суть номера, и вроде бы всё получилось, как надо. Загвоздка была ещё с самими драниками: они были похожи на какие-то картофельные сырники. В Беларуси их готовят совсем по-другому, но с собой же нельзя было привезти — испортились бы, и вратарь бы отравился.

— Заметила, что все игроки отказались от драников кроме Гудачека.

— Наверное, поняли, что не белорусские (смеётся). Зато Юлиус решил попробовать за всю команду.

— Любите вообще драники?

— Да, нам иногда дают на командных обедах или ужинах. Иностранцам, кстати, нравятся. Их со сметаной едят, кстати, на Мастер-шоу все забыли про неё. Но я так расстроился, что драники не как в Беларуси, что и не подумал о сметане.

«Я не проверял, являемся ли мы с Уэйном родственниками» 

— Вы впервые попали на звёздный уик-энд. Дух не захватывало от количества известных хоккеистов вокруг?

— В первые два дня нервничал. Так получилось, что ко мне на Мастер-шоу дважды подъезжал Вадим Шипачёв, подбодрил, сказал расслабиться и получать удовольствие. Я немного успокоился, вроде бы освоился.

— Со всеми ребятами из дивизиона Тарасова успели подружиться?

— Ну, не скажу, что подружились, но со всеми познакомились, пообщались. Все ребята очень приятные. Перед игрой обсуждали тактику. 

— Была очень удивлена, что при таком огромном внимании к вашей персоне, в инстаграме у вас всего около тысячи подписчиков. Разве вас не засыпали сообщениями фанаты? 

— Это сейчас стало так много. До начала голосования было около четырёхсот. После Мастер-шоу я очень долго отвечал на комментарии, до часа ночи, наверное. Старался всем написать. Сообщений было очень много, буквально каждую секунду приходили новые. Никогда такого у меня не было! 

Я всегда играл в хоккей, потому что мне очень нравилось. Хочу этим всю жизнь заниматься. Понял, что всё серьёзно, когда подписал первый профессиональный контракт. Осознал, что за своё любимое дело могу получать деньги.

— Вы никогда не расстраивались, что к вам проявляют интерес только из-за вашей фамилии?

— Да чего расстраиваться? Уже привык. Я же фамилию не выбирал. 

— Не думали никогда поменять её, чтобы избавиться от сравнений с Уэйном?

— Нет, об этом я никогда не думал. 

— Не обижались на тренеров, когда вас Уэйном называли?

— Уже в детстве тренер стал так называть, и я это спокойно воспринимал. Своё имя я слышал реже, чем Уэйн. Крэйг Вудкрофт (главный тренер минского «Динамо» — прим. ред.) тоже иногда называет меня Уэйн. Это так, в шутку. 

— Вы играете под 99-м номером, таким же, под каким играл Уэйн...

— Я хотел 12-й номер, но выдали свитер с 99-м. Так что я не выбирал номер. Не пойду же просить дать другой. Раз дали такой, значит, надо. 

— В социальных сетях «Динамо» писали, что вы можете быть дальними родственниками, так как дедушка Уэйна Гретцки до эмиграции в Канаду жил неподалеку от белорусского города Гродно, где родились вы. Вам не хотелось проверить наверняка и изучить родословную?

— Меня постоянно об этом спрашивают. Я уже не могу сказать «нет». Так часто задают этот вопрос, что сам начинаю сомневаться. Честно, я не проверял, являемся ли мы дальними родственниками или нет. Может быть, клуб займётся этим и проверит в архивах. Мои родные сказали, что мы с Уэйном не родственники, поэтому я так всем и отвечаю. Если скажу, что мы родня, а потом окажется, что нет, то будет некрасивая ситуация. 

— В Гродно вообще люди знают такую фамилию, гордятся, что в их краях выросли предки легенды?

—В Гродно очень любят хоккей, на «Неман» всегда собирается полный стадион, три тысячи зрителей прыгают на трибунах и громко болеют. Ну, и про то, что дедушка Гретцки здесь вырос, тоже знают. 

Я считаю, что каждый игрок имеет право высказаться. У него такое мнение, у кого-то другое. Меня это не задевает, потому что я ни при чём — голосовали же болельщики.

— Вы рассказывали, что в детстве равнялись на известных белорусских хоккеистов. Неужели не смотрели хайлайты игр однофамильца?

— Когда появился компьютер, то, конечно, включал видео игр Уэйна. Но больше следил за другими. За Андреем Костицыным, когда он в «Монреале» играл. Сейчас мы в одной команде, а раньше он стоял у меня на заставке рабочего стола в компьютере. Каждое утро я просыпался и смотрел, кто забил — Костицын или Грабовский. Больше всего запомнилось, как Грабовский забил за «Торонто» гол головой (в сезоне 2010/11 — прим. авт.). 

— В каком возрасте у вас компьютер появился?

— Лет в 12-13. Я сразу начал смотреть хайлайты НХЛ, но самое интересное, что следил только за белорусами. В то время они выступали на высоком уровне, были топ-игроками. 

— Вы в детстве смотрели на Костицына как на кумира, а тут вы в одной команде. Какие ощущения?

— Уже не смотрю как на кумира (улыбается). Просто смотрю как на сильного игрока, у которого можно многому научиться. Андрей мне давал пару советов, как лучше играть.

«Сбегал на тренировки через форточку» 

— Расскажите, как вы вообще пришли в хоккей? Читала, что на вас повлиял четвертьфинал на Олимпиаде-2002 Беларусь — Швеция (4:3), а именно шведская форма. Чем она вас так зацепила?

— Я просто очень люблю жёлтый цвет. Первый раз тогда увидел такую красивую форму: жёлтая, с коронами. Мне она запомнилась, бегал, рассказывал всем про этот матч, потом попросил папу отвезти меня на каток. Так получилось, что в группу я пришёл одним из последних — мне уже было семь лет. Пришлось догонять, но, вроде бы, получилось. 

— А потом полуфинал, где Беларусь проиграла Канаде 1:7 смотрели?

— Не смотрел. Только на хорошее попал. 

— Многие хоккеисты рассказывали, что в детстве сталкивались с трудностями. У вас были сложности с экипировкой или поездкой до катка?

— Форму было достать тяжело, что-то выдавали в школе, что-то приходилось покупать. Родители не всегда могли меня отвезти на тренировку, поэтому в довольно раннем возрасте начал сам ездить на общественном транспорте с баулом. Я рвался на тренировки, даже когда болел. Мама говорила сидеть дома и лечиться. Мы жили на первом этаже, и я через форточку сбегал на тренировки. 

— Я всегда играл в хоккей, потому что мне очень нравилось. Хочу этим всю жизнь заниматься. Понял, что всё серьёзно, когда подписал первый профессиональный контракт. Осознал, что за своё любимое дело могу получать деньги. 

— На что потратили первую зарплату?

— На мороженое (смеётся). А я практически не тратил зарплату. Помню, к середине месяца в раздевалке начинались разговоры: «Блин, когда уже зарплата?». Удивлялся, куда ребята деньги тратят. У меня всегда они оставались. 

Загвоздка была ещё с самими драниками: они были похожи на какие-то картофельные сырники. В Беларуси их готовят совсем по-другому, но с собой же нельзя было привезти — испортились бы, и вратарь бы отравился.

— Дебют в КХЛ запомнился?

— О, да. Заработал «-2». Надолго такое запоминается. Дебют у меня прошёл очень плохо, после двух пропущенных голов расстроился. Ещё много негатива пошло. Получилось так, что шайба мимо меня пролетела, многие писали, что я специально отвернулся. Но не объяснишь же всем людям, что это не так. Сразу понял, куда попал. 

— Какие болельщики в Минске?

— Они могут и сильно критиковать, и сильно поддерживать. Их понять можно — наше выступление в этом году никуда не годится. Любому болельщику хочется побед, это нормально. Мы понимаем эмоции и переживания фанатов. 

— Вас в Минске узнают?

— Пока нет. Если и подходят, то только возле арены. В Гродно, конечно, совсем по-другому. Там знают не только меня, но и всех ребят из местного клуба. Когда «Неман» в финал выходит, то город замирает — только и ждёт решающих матчей. 

— Вы в 11-м для себя матче набрали первое очко в КХЛ — отправили шайбу ногой своему партнёру Ивану Дроздову в игре с «Амуром». Не расстроились, что так курьёзно вышло?

— Шайба ко мне попала рикошетом от Китарова. Смотрю, что Ваня как раз по краю бежит, понимаю, что ему обязательно надо передачу отдать. Клюшка была в другом месте, а шайба прямо мне в ногу летела, вот я так и переправил её. Получилось удачно. Я был очень рад. Мне сказали, что я радовался сильнее, чем игрок, забивший гол. Теперь хочется и самому забить. Были моменты, до гола оставалось чуть-чуть. Надеюсь, скоро это произойдёт. Мне дают играть, так что шансы будут. Надо только не прекращать работать.

«Капризов сразу написал» 

— Почему вы сначала негативно восприняли идею болельщиков запустить флешмоб  #ГолосуйЗаГрецкого и #VoteForGretsky?

— Я в тот момент даже в состав минского «Динамо» не попадал, ездил в фарм-клуб, потом возвращался. На фоне этого появился флешмоб. Думал: «Ну, если выберут, куда я поеду, для чего?». Подошел к нашему генеральному менеджеру Дмитрию Баскову за советом. Он сказал: «Давай подождём, не нервничай. Если люди проголосуют за тебя, то поедешь». 

— Вам же было приятно обойти в голосовании болельщиков самого Кирилла Капризова?

— Это в очередной раз показало, как у Минске любят флешмобы и как поддерживают своих игроков. Наши болельщики самые активные, несмотря ни на что. 

— Вас задели слова Капризова, который сказал: «Лучше бы Михаила Григоренко взяли»?

— Честно, нет. Правда, в команде тогда начали шутить надо мной: «Ну, что? Готов к матчу с ЦСКА?» (смеётся). Я считаю, что каждый игрок имеет право высказаться. У него такое мнение, у кого-то другое. Меня это не задевает, потому что я ни при чём — голосовали же болельщики. 

— Откройте тайну, что Кирилл вам написал в директ инстаграма?

— После того, как началась шумиха, он действительно сразу написал. Ведь почему-то его слова преподносили с негативной стороны. Мне постоянно задавали вопросы с подтекстом, что Капризов — плохой. Но это не так. С Кириллом мы нормально пообщались, сразу же поняли друг друга. 

ДОСЬЕ 

Вячеслав Владимирович Грецкий 

Родился 23 декабря 1996 года в Гродно 

Карьера: «Неман» (Гродно, Беларусь), 2015-17 гг., ХК «Лида» (Беларусь), 2017-18 гг., «Динамо-Молодечно» (Беларусь), 2017-2019 гг., «Динамо» (Минск, КХЛ), 2019-20 гг.