«Ночные ведьмы»
«Ночные ведьмы» Автор Алексей Тенчурин 588-й ночной легкобомбардировочный авиационный полк. Авиационный полк был сформирован в октябре 1941 года по приказу НКО СССР № 0099, от 8 октября 1941 года, «О сформировании женских авиационных полков ВВС Красной Армии». Командиром полка была назначена капитан Евдокия Бершанская, лётчица с десятилетним стажем. Евдокия Бершанская (фото из открытых источников) Авиаполк отличался от прочих формирований тем, что был полностью женским. Созданные согласно тому же приказу, два других женских авиаполка в ходе войны стали смешанными, но 588-й авиаполк до своего расформирования остался полностью женским: только женщины занимали все должности в полку от механиков и техников до штурманов и пилотов. 23 мая 1942 года полк вылетел на фронт, куда и прибыл 27 мая. Тогда его численность составляла 115 человек — большинство в возрасте от 17 до 22 лет. 588-й ночной авиационный полк (фото из открытых источников) Первый боевой вылет состоялся 12 июня 1942 года. Приказом НКО СССР № 64, от 8 февраля 1943 года, за мужество и героизм личного состава, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками, полку было присвоено почётное звание «Гвардейский» и он был преобразован в 46-й гвардейский ночной бомбардировочный авиационный полк.. «Наш учебный самолёт создавался не для военных действий. Деревянный биплан с двумя открытыми кабинами, расположенными одна за другой, и двойным управлением — для лётчика и штурмана. (До войны на этих машинах лётчики проходили обучение). Без радиосвязи и бронеспинок, способных защитить экипаж от пуль, с маломощным мотором, который мог развивать максимальную скорость 120 км/час. На самолёте не было бомбового отсека, бомбы привешивались в бомбодержатели прямо под плоскости самолёта. Не было прицелов, мы создали их сами и назвали ППР (проще пареной репы). Количество бомбового груза менялось от 100 до 300 кг. В среднем мы брали 150—200 кг. Но за ночь самолёт успевал сделать несколько вылетов, и суммарная бомбовая нагрузка была сравнима с нагрузкой большого бомбардировщика.» И. В. Ракобольская, Н. Ф. Кравцова. "Нас называли ночными ведьмами." Безвозвратные боевые потери полка составили 23 человека и 28 самолётов. Несмотря на то, что лётчицы гибли за линией фронта, ни одна из них не считается пропавшей без вести. Самым трагичным в истории полка стала ночь на 1 августа 1943 года, когда было потеряно сразу четыре самолёта. Немецкое командование, раздражённое постоянными ночными бомбёжками, перебросило на участок действий полка группу ночных истребителей. Это стало полной неожиданностью для советских лётчиц, которые не сразу поняли почему бездействует вражеская зенитная артиллерия, но один за другим загораются самолёты. Когда пришло понимание, что против них выпустили ночные истребители Messerschmitt Bf.110, полёты были прекращены, но до этого немецкий лётчик-ас, только утром ставший кавалером Рыцарского креста Железного креста Йозеф Коциок успел сжечь в воздухе вместе с экипажами три советских бомбардировщика, на которых не было парашютов. Ещё один бомбардировщик был потерян из-за огня зенитной артиллерии. В ту ночь погибли: Анна Высоцкая со штурманом Галиной Докутович, Евгения Крутова со штурманом Еленой Саликовой, Валентина Полунина с штурманом Глафирой Кашириной, Софья Рогова со штурманом Евгенией Сухоруковой. Немецкое командование, которое сначала воспринимало сведения о появлении в составе советской авиации целого женского авиационного полка как продукт советской пропаганды, стало бояться наших летчиц как огня. И это очень точное сравнение, поскольку в результате ударов с воздуха взрывались и дотла сгорали самые разные объекты немецкой военной инфраструктуры, от транспортов до штабов. Руфина Гашева (слева) и Наталья Меклин (фото из открытых источников) Немцы прозвали их "Ночными Ведьмами" за то, что все боевые вылеты были исключительно ночными, а перед пикированием на вражеские позиции пилоты отключали моторы на своих бипланах По-2 и оставался слышим лишь негромкий шелест воздуха под крыльями, похожий на звук метлы «Наш полк посылали на выполнение самых сложных задач, мы летали до полного физического изнеможения. Были случаи, когда экипажи от усталости не могли выйти из кабины, и им приходилось помогать. Полет продолжался около часа — достаточно, чтобы долететь до цели в ближайшем тылу или на передовой противника, сбросить бомбы и вернуться домой. За одну летнюю ночь успевали сделать 5 — 6 боевых вылетов, зимой — 10 — 12. Работать приходилось и в кинжальных лучах немецких прожекторов, и при сильном артобстреле», — вспоминала Евдокия Рачкевич. Девушки не имели на борту парашютов, являясь буквально смертницами. В случае попадания снаряда в самолет им оставалось только героически погибнуть. Места, отведенные по технологии под парашюты, летчицы загружали бомбами. «…Около часа длится полет, а на земле ждут механики и вооруженцы. Осматривать, заправлять самолет, подвешивать бомбы они умели за три-пять минут. Трудно поверить, что молодые тоненькие девочки в течение ночи своими руками и коленками, без всяких приспособлений подвешивали каждая до трех тонн бомб. Эти скромные помощники летчиков показывали подлинные чудеса выносливости и мастерства. А механики? Целые ночи работали на старте, а днем — ремонт машин, подготовка к следующей ночи. Были случаи, когда механик не успевала отскочить от винта при запуске мотора и ей перебивало руку…» Из воспоминаний летчиц Девчонки оставались девчонками даже на войне. «В Белоруссии мы начали активно «болеть» вышивкой, и продолжалось это до конца войны. Началось с незабудок. Ах, какие красивые незабудки получались, если распустить голубые трикотажные кальсончики и вышить цветочки на летних тонких портянках! Из этого можно сделать и салфеточку, и на наволочку пойдет. Эта болезнь, как ветрянка, захватила весь полк… Прихожу днем в землянку к вооруженцам. Дождь ее промочил насквозь, льет изо всех щелей, на полу лужи. Посередине стоит девушка на стуле и вышивает какой-то цветочек. Только вот ниток нет цветных. И я писала сестре в Москву: «У меня к тебе очень важная просьба: пришли мне цветных ниток, а если бы могла сделать подарок нашим женщинам и прислать побольше. Наши девочки за каждую ниточку душой болеют, каждую тряпочку используют для вышивки. Сделаешь большое дело, и все будут очень благодарны». Из этого же письма: «А сегодня после обеда у нас образовалась компания: я сижу за вышивкой незабудок, Бершанская — роз, крестом, Анька вышивает маки, а Ольга читает нам вслух. Погоды не было…» Из воспоминаний летчиц «ЕСЛИ БЫ МОЖНО БЫЛО СОБРАТЬ ЦВЕТЫ ВСЕГО МИРА И ПОЛОЖИТЬ ИХ К ВАШИМ НОГАМ, ТО ДАЖЕ ЭТИМ МЫ НЕ СМОГЛИ БЫ ВЫРАЗИТЬ СВОЁ ВОСХИЩЕНИЕ СОВЕТСКИМИ ЛЁТЧИЦАМИ!» — писали французские бойцы полка «Нормандия-Неман». Женский полк освобождал Кавказ, Крым, Беларусь, Польшу, дошел до самого Берлина. Юные женщины совершили десятки тысяч вылетов на маневренных, на хрупких деревянных бипланах, без радиосвязи, без брони для летчика, без специальных прицелов. По неполным данным, полк уничтожил и повредил 17 переправ, 9 железнодорожных эшелонов, 2 железнодорожные станции, 46 складов, 12 цистерн с горючим, 1 самолёт, 2 баржи, 76 автомобилей, 86 огневых точек, 11 прожекторов. Было вызвано 811 пожаров и 1092 взрыва большой мощности. Вот такие вот девочки. Низкий им поклон, а ушедшим вечная память. Прочесть воспоминания их можно в книгах Натальи Меклин-Кравцовой «Нас называли ночными ведьмами» (написана совместно с Ириной Ракобольской) и «От заката до рассвета». Кстати о наших девочках поет известная шведская группа «Sabaton», а не так давно вышла русская версия этой песни.