Северодвинец Сергей Афанасьев в очередной раз отправился на велосипеде по дорогам Великой Отечественной
0
17
Сергей Афанасьев в Каминном зале «Вечёрки». Фото Владимира Ларионова-мл.
На этот раз – по боевому пути авиаполка «Нормандия-Неман».
«Минск. Заварили раму», - четвертого мая пришёл от Сергея Афанасьева фотопривет. Значит, всё по плану. Проехал Калининград, Вильнюс. Впереди был Витебск и - до Иванова. По боевому пути авиаполка «Нормандия-Неман». На велосипеде. Тем же путём, но не рядом, едет и бывший коллега по «Звёздочке» Александр Марковский.
Сергея Фёдоровича в городе хорошо знают, а если что – он напомнит. Душа шестидесятидвухлетнего мужчины рвётся вперёд, и он за ней успевает. «Счастлив тот, кто говорит Богу спасибо за каждый день». Я не спросила, работает ли эта его формула в личной жизни, но по всему видно, ответ должен быть положительным. Религии у Сергея Фёдоровича, электромонтёра «Звёздочки», две. Вторая - туризм. Недавно молитву для неё написал.
«В кого пошёл? Мама моя прошла пол-Европы в войну». Велосипед – тоже любовь с детства. Отец однажды поехал на рынок гармошку себе покупать. А купил «Урал». Как было мне не полюбить велосипед?
«На каком теперь ездите?» - интересуюсь для проформы. Сергей Фёдорович понимает, что можно кратко: «На классном».
«Я её жалею, будто сироту…»
Мы встретились перед его отъездом в Калининград, на старт велопробега. Боевой путь «Нормандии-Неман» выбран, потому что пролегает через родной Орёл. «Хочется постоять у родных могил». Это в бывшей деревне Губарёвке. Как Союз рассыпался, так и деревня следом, до полного нуля, рассказывает Сергей Фёдорович. И пишет в «Думах вслух об Орловщине и о России» (57 страниц рифмованного текста): «Я её жалею, будто сироту, просящую напрасно подаянье…» И ещё так: «Деревня растаяла, её оплакивают дожди…»
Дополнительные иллюстрации - в фотоальбоме, который тоже принёс для рассказа о себе и родниках (ударение на первой «о»).
- Мы с дочкой этот альбом сделали. Она у меня тоже спортсменка, на днях вернулась с чемпионата Европы по регби... Это я на фотографии, когда работал в школе учителем.
- Учителем физкультуры?
- Географии, восемнадцать лет. Это мой батя, Фёдор Иванович. Пришёл контуженным с войны. Потом колхозный бык пробил ему грудь и лёгкое. А это мама, Любовь Кузьминична Афанасьева. Любой-фронтовичкой её в деревне звали.
Фронтовой повар
На войну призвали девятнадцатилетней девчонкой, в сорок третьем. В те дни в семье слёз было много, вперемешку радостных и горьких.
- Из-под Сталинграда 8 мая пришёл с войны мой дядя Филя – Филипп Кузьмич. Без глаза – пуля прошла, и с четырнадцатью ранениями на груди и шее, через рубашку шрамы видны были. Следом его отец, а мой дед Кузьма Егорович инвалидом вернулся, на коляске его возили. А 17 июня - второй мамин брат, Семён Кузьмич, тоже в пух и прах израненный под Сталинградом. И в этот же день забрали в Красную армию маму.
Сначала курсы поваров под Ельцом. Потом на фронт, к полевой кухне. С нею и прошла-проехала, меняя кашеварские принадлежности на автомат, в составе 307-й стрелковой дивизии, до Кёнигсберга. «Ребята вокруг встанут, а я с котлом посерёдке», - про стряпню во время боя рассказывала мама. Бог миловал, только в Польше однажды полкотла отстрелило.
- Были у мамы орден и медали, но брат заиграл их, ему, младшему, всё разрешалось, не то что нам.
- Мама, значит, строгой была.
- Нет, добрая. Самое большее – голос могла повысить, но тогда уже всё… Готовила мама очень хорошо. Все строители, которые в деревне работали, у нас питались. А сама больше всего любила апельсины и сёмгу. Мы с сестрой для неё дефицит доставали, сестра работала в казёнке. Знаете, что такое казёнка? Тогда переводить не буду.
Цели и задачи
- Это мы с мамой в Малых Корелах, - листает путешественник альбом. - Она приезжала в Северодвинск. И полюбила Север. Только переживала: «Ой, если опять война, вас же первыми бомбить будут!»
О событиях предыдущего велопробега, по пути маминой стрелковой дивизии, от Ельца до Калининграда - в дневнике путешественника за 2017 год. У Сергея Фёдоровича прошлое всё задокументировано. И будущее записано в новом походном дневнике в виде целей, задач и девиза «За жизнь детей, за счастье Родины моей». Посвящается нынешний пробег юбилею «Звёздочки», её профсоюзной организации, Юрию Гагарину, погибшему с ним Владимиру Серёгину и 30-летию ЛДПР.
- Вы член партии?
- Нет, но ярый помощник. А они мне помогают.
- У вас и встречи в пути по плану, с официальными лицами. Но интереснее обычно незапланированное.
- Вот, почитайте отзывы.
- «Его укусила моя собака. Мы мило побеседовали о жизни и путешествии», - читаю вслух отзыв (в переводе) встреченного на российской дороге шведа. - Это вас собака укусила?
- Меня. Тяпнула сильно, показала хозяину, что службу знает.
- А вот ещё: «Родные Ягры! Моему восторгу нет предела. 20 лет не была на родине. Встреча с вами - это подарок». Фамилия и к ней дописано «поморка белорусская».
- В Белоруссии сижу я вот в этой кепке, - бейсболка с названием нашего острова у Сергея Фёдоровича тоже с собой. – Женщина подходит: «Вы с Ягр?» И как заплачет… «Спасибо, что снег не привёз», - это мэр Брянска написал. А вот это – немцы. До сих пор понять не могу, что. Кому только не давал для перевода.
«До Парижу далеко?»
- Тысячи километров на велосипеде. С мозолями возвращаетесь?
- Готовиться надо. И в одних трусах не ездить.
- Смешное наверняка тоже случается?
- Смешное… С нами в велогонках раньше участвовал Вячеслав Александрович Попов, тогда начальник штаба Северного флота. До чего мужик интересный! Кто-нибудь шёл по дороге, он притормаживал и тихо так спрашивал: «Немцы в деревне есть?» Или: «До Парижу далеко?» А вечером у костра рассказывал, какие были ответы.
- Самое лёгкое в непростых путешествиях?
- Дорога домой.
Но это у Сергея Фёдоровича по плану только в начале июня.
Ольга ЛАРИОНОВА
"Вечерний Северодвинск", 19-2019
Заголовок в газете: «Маму в деревне звали Любой-фронтовичкой»