"Порезы на обеих руках": что не так с версией о самоубийстве в СИЗО Махачкалы "сторонника Басаева"?
0
428
В СИЗО Махачкалы покончил с собой приговоренный к 14 годам строгого режима уроженец Ставрополья Загир Якубов, осужденный по обвинению в участии во вторжении в Дагестан в 1999 году. Супруга Якубова не верит в историю о самоубийстве и считает, что ему "помогли" уйти из жизни. Правозащитники подчеркивают, что версия применения насилия к осужденным по "террористическим статьям" должна рассматриваться как основная.
Погибшего в СИЗО-1 Якубова задержали в 2020 году вместе с Расулом Майлубаевым в Нефтекумском районе Ставрополья. По версии следствия, в 1999 году они оба были членами группы под руководством полевых командиров Шамиля Басаева и Хаттаба. Их обвинили в вооруженном нападении на населенные пункты Ботлихского района Дагестана и судили по статье о посягательстве на жизнь военнослужащих.
В январе 2023 года Верховный суд Дагестана вынес обвинительный приговор Майлубаеву и Якубову. Они получили по 14 лет колонии строго режима. Спустя полгода зампредседателя Общественной наблюдательной комиссии Дагестана Шамиль Хадулаев сообщил, что Якубова 20 июля нашли повешенным в камере СИЗО – это произошло за два дня до этапирования в колонию.
Вдова погибшего Анжела Ярыкова рассказала, что знала о происходящем в СИЗО – у Якубова при себе имелся телефон. О смерти мужа ей сообщили на следующее утро после одной из их ночных бесед.
"20 июля моя знакомая из СИЗО должна была занести ему сигареты. Она мне в полдесятого звонит, говорит, что его не могут найти. Я начала обзванивать всех – я же знаю, что его должны были увезти только на следующий день. Потом они мне перезвонили и сказали, что он порезался. Я спрашиваю, жив ли он. Они говорят – нет. Потом выяснилось, мало того, что он порезался, так он потом и повесился. Это мне сообщил сотрудник СИЗО", – вспоминает она.
По информации ОНК Дагестана, прокуратура уже провела проверку в СИЗО и "факт суицида был зафиксирован видеокамерами" – Якубов якобы повесился на ремне от сумки. В пресс-службе ведомства не ответили на запрос редакции относительно деталей этой проверки.
Жена Якубова утверждает, что после выдачи тела видела у него не только следы на шее, но и "порезы до сухожилий на обеих руках", а также синяки и ссадины.
"Если вену порезали, рука уже не функционирует никак. Как он мог вторую руку сам поранить? И на голове порезы, вся спина синяя. Я настаивала, что хочу приехать в Махачкалу, посмотреть видео, о котором мне говорят, что якобы он наносил себе какие-то увечья. Теперь они ссылаются на то, что прокуратура все записи изъяла", – добавляет она.
Призраки прошлого
Дело Якубова было лишь одним из ряда подобных: задержания "сторонников Басаева и Хаттаба" продолжаются по всей стране уже 20 лет. Официальной информации о таких делах всегда очень мало, поскольку ее дает единственное ведомство – ФСБ. Известные случаи преследований по статьям о посягательстве на жизнь военных и вооруженном мятеже часто сопровождаются грубыми процессуальными нарушениями.
16 июня 2021 года по обвинению в нападении на псковских десантников задержали уроженца Чечни Магомеда Алханова. Его, как и Якубова, судили по статье о посягательстве на жизнь военнослужащих. На суде его адвокат Евгений Зеленин обращал внимание, что на момент совершения преступления тот был несовершеннолетним. Обвинение ссылалось на показания шести засекреченных свидетелей, которые видели Алханова еще подростком и якобы опознали на фото спустя 20 лет. При этом ни этих фотографий, ни этих свидетелей на самом суде не было.
В апреле 2021 года по обвинению в нападении на Ботлихский район Дагестана в составе группировки Басаева и Хаттаба в Сочи задержали 38-летнего Александра Пономаренко. Его сестра рассказывала, что в 2013 году ФСБ уже проверяла его на полиграфе на причастность к экстремистским и террористическим преступлениям перед Олимпиадой-2014 в Сочи. Под прицелом силовиков тот, по всей видимости, находился из-за того, что в Чечне в 2004 году его привлекали к уголовной ответственности за хранение оружия.
Полиграф не выявил какой-либо связи между Пономаренко и отрядом Басаева, однако в начале 2023 года дело против него все же передали в суд. Свидетели опознали Пономаренко по групповой фотографии, на которой, по словам родственников, был человек с непохожими чертами лица и прической, которой тот никогда не носил. При этом один из них был засекречен, а второй – осужден по аналогичному делу и часто привлекается следствием в качестве свидетеля по подобным обвинениям.
Родственница Магомеда Алханова рассказывала, что сразу после задержания ему организовали личную встречу с человеком, который также был подозреваемым по этому делу – тот предлагал Магомеду признаться и скостить срок.
С подобным давлением столкнулся и погибший Загир Якубов, рассказала его жена. По ее словам, в момент задержания мужа в октябре 2020 года оперативники непрозрачно намекали на то, что ему следует отказаться от адвоката.
"Забрали его в пять утра, но до Следственного комитета он доехал только в 11. Где он был эти шесть часов, я не знаю. Они говорили: "У тебя там пять обосранных телят, на эти деньги ты собрался адвоката нанимать?" Избиения тоже были. В Ставрополе к нему адвокат, которого мы все же наняли сами, в больницу приходил, уговаривал написать заявление о побоях, он отказывался, сказал: "Мне дальше еще хуже будет", – вспоминает она.
"Основная версия – пытки"
По словам жены Якубова, в Общественной наблюдательной комиссии Дагестана в качестве доказательства версии о самоубийстве теперь ссылаются на фрагмент видео, на котором можно увидеть, как ее муж лежит в камере с полотенцем на руках – им он якобы закрывал нанесенные себе порезы.
"Полотенцем он накрывался от жары, он мне жаловался, что в камере так душно, что он кладет на себя мокрую ткань и тем спасается. А они представили все так, что он якобы накрылся и наносил сам себе увечья".
Зампредседателя ОНК Шамиль Хадулаев пообещал опубликовать результаты посещения СИЗО, где погиб Якубов, в своем телеграм-канале – с тех пор никакой новой информации о нем там не появлялось. Хадулаев не ответил на вопросы корреспондента редакции Кавказ.Реалии относительно проверки ОНК и фрагмента видео, о котором рассказала жена погибшего. Позже он написал в комментариях под своим постом, что "СИЗО – это не место для пыток", а увечья задержанные якобы "наносят себе сами", когда "начинают нервничать" из-за больших сроков.
Версия применения к Якубову насилия сотрудниками СИЗО должна рассматриваться как основная, подчеркивает руководитель северокавказского филиала правозащитной организации "Команда против пыток" Екатерина Ванслова.
"Независимо от характера обвинений, государство в лице следственного органа обязано основательно проверить причину смерти человека в СИЗО. Ведь если у него действительно нашли телесные повреждения, это значит, что теперь государству нужно убедительно доказывать их природу", – рассуждает собеседница.
При этом в России жалобы на пытки в СИЗО и колониях систематически расследуются неэффективно, подчеркивает собеседница. По ее словам, в "Команду против пыток" обращались в том числе осужденные по статьям об участии в незаконном вооруженном формировании и по делам о терроризме – многие из них заявляли о пытках во время выбивания у них признательных показаний.
Отряды Шамиля Басаева и Хаттаба вошли в Дагестан с территории Чечни и вели там боевые действия с начала августа и до 15 сентября 1999 года сначала в Ботлихском, а позднее и в Новолакском районах республики. Их численность, по версии следствия, составляла около полутора тысяч человек. По данным Минобороны России, в результате погибли около 300, ранены свыше 800 российских военнослужащих, а также правоохранителей и гражданских лиц. Эти события стали одной из причин "контртеррористической операции", известной как вторая чеченская война, в ходе которой российские войска вошли на территорию Чечни 30 сентября 1999 года.
Уже осужденным "сторонников Басаева и Хаттаба" часто предъявляют новые обвинения, увеличивая им сроки. Так, в Ростове-на-Дону повторно судят Романа Гакаева за нападении на войсковую часть Минобороны России в чеченской станице Червленной. Его осудили в 2019 году по делу об этом же нападении – но по статье о посягательстве на жизнь правоохранительных органов. В конце июня уже осужденного за нападение в Шелковском районе Чечни Тенъали Канаева признали виновным также и в убийстве псковских десантников в 2000 году и добавили к его сроку еще 13,5 лет строго режима. В общей сложности Канаева осудили на 22 года.
Обвиняемым в посягательстве на жизнь военнослужащих выносят приговоры даже несмотря на ранее выданную амнистию. Так, арестованных в ноябре 2020 года Асланбека и Саламбека Идаловых судили по обвинению в бандитизме, вооруженном мятеже и посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительных органов даже несмотря на то, что у их матери на руках имеются документы об амнистии братьев, выданные в 2003 году.
Погибшего в СИЗО-1 Якубова задержали в 2020 году вместе с Расулом Майлубаевым в Нефтекумском районе Ставрополья. По версии следствия, в 1999 году они оба были членами группы под руководством полевых командиров Шамиля Басаева и Хаттаба. Их обвинили в вооруженном нападении на населенные пункты Ботлихского района Дагестана и судили по статье о посягательстве на жизнь военнослужащих.
В январе 2023 года Верховный суд Дагестана вынес обвинительный приговор Майлубаеву и Якубову. Они получили по 14 лет колонии строго режима. Спустя полгода зампредседателя Общественной наблюдательной комиссии Дагестана Шамиль Хадулаев сообщил, что Якубова 20 июля нашли повешенным в камере СИЗО – это произошло за два дня до этапирования в колонию.
Вдова погибшего Анжела Ярыкова рассказала, что знала о происходящем в СИЗО – у Якубова при себе имелся телефон. О смерти мужа ей сообщили на следующее утро после одной из их ночных бесед.
"20 июля моя знакомая из СИЗО должна была занести ему сигареты. Она мне в полдесятого звонит, говорит, что его не могут найти. Я начала обзванивать всех – я же знаю, что его должны были увезти только на следующий день. Потом они мне перезвонили и сказали, что он порезался. Я спрашиваю, жив ли он. Они говорят – нет. Потом выяснилось, мало того, что он порезался, так он потом и повесился. Это мне сообщил сотрудник СИЗО", – вспоминает она.
По информации ОНК Дагестана, прокуратура уже провела проверку в СИЗО и "факт суицида был зафиксирован видеокамерами" – Якубов якобы повесился на ремне от сумки. В пресс-службе ведомства не ответили на запрос редакции относительно деталей этой проверки.
Жена Якубова утверждает, что после выдачи тела видела у него не только следы на шее, но и "порезы до сухожилий на обеих руках", а также синяки и ссадины.
"Если вену порезали, рука уже не функционирует никак. Как он мог вторую руку сам поранить? И на голове порезы, вся спина синяя. Я настаивала, что хочу приехать в Махачкалу, посмотреть видео, о котором мне говорят, что якобы он наносил себе какие-то увечья. Теперь они ссылаются на то, что прокуратура все записи изъяла", – добавляет она.
Призраки прошлого
Дело Якубова было лишь одним из ряда подобных: задержания "сторонников Басаева и Хаттаба" продолжаются по всей стране уже 20 лет. Официальной информации о таких делах всегда очень мало, поскольку ее дает единственное ведомство – ФСБ. Известные случаи преследований по статьям о посягательстве на жизнь военных и вооруженном мятеже часто сопровождаются грубыми процессуальными нарушениями.
16 июня 2021 года по обвинению в нападении на псковских десантников задержали уроженца Чечни Магомеда Алханова. Его, как и Якубова, судили по статье о посягательстве на жизнь военнослужащих. На суде его адвокат Евгений Зеленин обращал внимание, что на момент совершения преступления тот был несовершеннолетним. Обвинение ссылалось на показания шести засекреченных свидетелей, которые видели Алханова еще подростком и якобы опознали на фото спустя 20 лет. При этом ни этих фотографий, ни этих свидетелей на самом суде не было.
В апреле 2021 года по обвинению в нападении на Ботлихский район Дагестана в составе группировки Басаева и Хаттаба в Сочи задержали 38-летнего Александра Пономаренко. Его сестра рассказывала, что в 2013 году ФСБ уже проверяла его на полиграфе на причастность к экстремистским и террористическим преступлениям перед Олимпиадой-2014 в Сочи. Под прицелом силовиков тот, по всей видимости, находился из-за того, что в Чечне в 2004 году его привлекали к уголовной ответственности за хранение оружия.
Полиграф не выявил какой-либо связи между Пономаренко и отрядом Басаева, однако в начале 2023 года дело против него все же передали в суд. Свидетели опознали Пономаренко по групповой фотографии, на которой, по словам родственников, был человек с непохожими чертами лица и прической, которой тот никогда не носил. При этом один из них был засекречен, а второй – осужден по аналогичному делу и часто привлекается следствием в качестве свидетеля по подобным обвинениям.
Родственница Магомеда Алханова рассказывала, что сразу после задержания ему организовали личную встречу с человеком, который также был подозреваемым по этому делу – тот предлагал Магомеду признаться и скостить срок.
С подобным давлением столкнулся и погибший Загир Якубов, рассказала его жена. По ее словам, в момент задержания мужа в октябре 2020 года оперативники непрозрачно намекали на то, что ему следует отказаться от адвоката.
"Забрали его в пять утра, но до Следственного комитета он доехал только в 11. Где он был эти шесть часов, я не знаю. Они говорили: "У тебя там пять обосранных телят, на эти деньги ты собрался адвоката нанимать?" Избиения тоже были. В Ставрополе к нему адвокат, которого мы все же наняли сами, в больницу приходил, уговаривал написать заявление о побоях, он отказывался, сказал: "Мне дальше еще хуже будет", – вспоминает она.
"Основная версия – пытки"
По словам жены Якубова, в Общественной наблюдательной комиссии Дагестана в качестве доказательства версии о самоубийстве теперь ссылаются на фрагмент видео, на котором можно увидеть, как ее муж лежит в камере с полотенцем на руках – им он якобы закрывал нанесенные себе порезы.
"Полотенцем он накрывался от жары, он мне жаловался, что в камере так душно, что он кладет на себя мокрую ткань и тем спасается. А они представили все так, что он якобы накрылся и наносил сам себе увечья".
Зампредседателя ОНК Шамиль Хадулаев пообещал опубликовать результаты посещения СИЗО, где погиб Якубов, в своем телеграм-канале – с тех пор никакой новой информации о нем там не появлялось. Хадулаев не ответил на вопросы корреспондента редакции Кавказ.Реалии относительно проверки ОНК и фрагмента видео, о котором рассказала жена погибшего. Позже он написал в комментариях под своим постом, что "СИЗО – это не место для пыток", а увечья задержанные якобы "наносят себе сами", когда "начинают нервничать" из-за больших сроков.
Версия применения к Якубову насилия сотрудниками СИЗО должна рассматриваться как основная, подчеркивает руководитель северокавказского филиала правозащитной организации "Команда против пыток" Екатерина Ванслова.
"Независимо от характера обвинений, государство в лице следственного органа обязано основательно проверить причину смерти человека в СИЗО. Ведь если у него действительно нашли телесные повреждения, это значит, что теперь государству нужно убедительно доказывать их природу", – рассуждает собеседница.
При этом в России жалобы на пытки в СИЗО и колониях систематически расследуются неэффективно, подчеркивает собеседница. По ее словам, в "Команду против пыток" обращались в том числе осужденные по статьям об участии в незаконном вооруженном формировании и по делам о терроризме – многие из них заявляли о пытках во время выбивания у них признательных показаний.
Отряды Шамиля Басаева и Хаттаба вошли в Дагестан с территории Чечни и вели там боевые действия с начала августа и до 15 сентября 1999 года сначала в Ботлихском, а позднее и в Новолакском районах республики. Их численность, по версии следствия, составляла около полутора тысяч человек. По данным Минобороны России, в результате погибли около 300, ранены свыше 800 российских военнослужащих, а также правоохранителей и гражданских лиц. Эти события стали одной из причин "контртеррористической операции", известной как вторая чеченская война, в ходе которой российские войска вошли на территорию Чечни 30 сентября 1999 года.
Уже осужденным "сторонников Басаева и Хаттаба" часто предъявляют новые обвинения, увеличивая им сроки. Так, в Ростове-на-Дону повторно судят Романа Гакаева за нападении на войсковую часть Минобороны России в чеченской станице Червленной. Его осудили в 2019 году по делу об этом же нападении – но по статье о посягательстве на жизнь правоохранительных органов. В конце июня уже осужденного за нападение в Шелковском районе Чечни Тенъали Канаева признали виновным также и в убийстве псковских десантников в 2000 году и добавили к его сроку еще 13,5 лет строго режима. В общей сложности Канаева осудили на 22 года.
Обвиняемым в посягательстве на жизнь военнослужащих выносят приговоры даже несмотря на ранее выданную амнистию. Так, арестованных в ноябре 2020 года Асланбека и Саламбека Идаловых судили по обвинению в бандитизме, вооруженном мятеже и посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительных органов даже несмотря на то, что у их матери на руках имеются документы об амнистии братьев, выданные в 2003 году.