"Борьба будет намного серьезнее". Итоги года борьбы с терроризмом на Северном Кавказе
0
560
В России в 2020 году не допущено ни одного теракта. 61 преступление террористической направленности предотвращено еще на стадии приготовления, в ходе контртеррористических операций убиты 49 бандитов, задержанных – около 800. Такие данные в начале декабря озвучил директор ФСБ России Александр Бортников. О какой тенденции в работе спецслужб говорят эти цифры? И каков масштаб террористической угрозы существует на Северном Кавказе и в России в целом в настоящее время?
Сравнивая эти показатели со статистикой предыдущих лет, можно отметить значительные изменения за последнее десятилетие. Так, количество связанных с терроризмом преступлений ранее исчислялось сотнями. Теперь – единицами. И наоборот, предотвращать теракты стали чаще. Число убитых предполагаемых боевиков при этом сократилось с сотен до десятков.
"Я полагаю, эффективность работы силовиков выросла - по крайней мере, по сравнению с более ранним периодом, с тем, что было лет 5-10 назад, - сказал в беседе с Кавказ.Реалии руководитель филиала фонда "Правовая инициатива" в ингушской Назрани Арсен Сакалов. - Оперативные службы, которые должны контролировать ситуацию, пожалуй, сейчас лучше работают. Но я могу только про наш регион говорить. Спецопераций не так много, но их проводят. В Ингушетии в этом плане ситуация стабильная, не тяжелая. Жизнь своим чередом идет, где-то что-то случается, но вот так, как раньше – когда каждую неделю что-нибудь происходило, на пост какой-нибудь напали, обстреляли – такого нет".
Часто те, которых выдают за боевиков, на судах заявляют, что во время предварительного следствия давали показания под пытками. В этом году о таких случаях в республике Сакалову не жаловались: "Я не слышал от местных жителей о каком-то беспределе, давлении, пытках – проводят их (спецоперации – Прим. Кавказ.Реалии.), как должны проводить".
В Ингушетии в 2020 году богатым на спецоперации оказался август. За тот месяц их проведено пять, убито восемь предполагаемых боевиков, трое задержаны. Ранены два сотрудника правоохранительных органов. Этим спецоперациям предшествовало убийство сотрудника Росгвардии в июле. Кроме того, еще в мае силовики заявляли, что ищут в лесах Сунженского района одну из последних действующих группировок вооруженного подполья во главе с Асланом Бютукаевым.
Такой всплеск правозащитник объясняет временем года: "Летом – листва на деревьях, а зимой [активность подполья] на спад идет, потому что прятаться негде".
Вторым регионом по числу спецопераций в этом году оказалась Чечня. В октябре в результате спецоперации в Грозном были убиты шестеро, включая двух силовиков.
Часть инцидентов такого типа случились в республике уже после отчета Бортникова, обнародованного 8 декабря. На днях при нападении с ножом в Грозном погиб один полицейский, его коллегу ранили. Двое нападавших - уроженцы Ингушетии - застрелены. А в середине месяца в Чечне был убит местный уроженец Казбек Байдулаев, который находился в розыске с 2012 года как "участник незаконных вооруженных формирований". Хотя, как заявляют власти, у Байдулаева было при себе взрывное устройство, силовики не пострадали. Интересно, что об этом же человеке рапортовали как об "убитом" в октябрьской спецоперации на территории республики: тогда говорилось о двоих убитых предполагаемых боевиках.
Не вошел в статистику ФСБ и недавний инцидент в Карачаево-Черкесии. Там 11 декабря шестеро силовиков пострадали в результате двойного взрыва у здания управления ФСБ. Как сообщалось, неизвестный устроил самоподрыв.
Кавказ.Реалии сообщал также о контртеррористических спецоперациях в Кабардино-Балкарии в марте, где были убиты трое; на Ставрополье в апреле, где один человек был убит, другой задержан; в Дагестане в мае, где силовики убили шестерых. Во всех перечисленных случаях убитые готовили теракты и нападения на сотрудников правоохранительных органов, передавали власти.
ИГ уходит в прошлое?
Отметим, что с экстремистской группировкой "Исламское государство" власти связали фигурантов лишь одного из перечисленных случаев – майской спецоперации в Дагестане. При этом в недавние годы сводки о срыве планов приверженцев ИГ внутри России появлялись в СМИ гораздо чаще.
"Я никогда не соглашался с тем, что ИГ является такой чуть ли не мировой злобной структурой, которая номер один вообще для всего мира, - рассказывает президент Международной ассоциации ветеранов подразделения "Альфа" Сергей Гончаров. - Нет, сейчас много разношерстных ячеек, в которых могут состоять по два-три [человека], а есть еще и террористы-одиночки. Поэтому говорить, что ИГ сейчас является тем пугалом, которое когда-то боялись, этого я сказать не могу. Однако, что касается разрозненных ячеек ИГ, которые будут выступать под разными названиями, - то они будут выступать. То есть это процесс, который мы остановить не можем".
Говоря об уроженцах Северного Кавказа, возвращающихся из когда-то контролируемых ИГ территорий Ближнего Востока, правозащитник Арсен Сакалов сомневается, что они повлияют на рост террористической угрозы в регионе: "Если что-то такое будет, то вероятно это будет связано с возвращающимися из ИГ. Хотя - все эти люди уже известны [властям], поэтому вряд ли они будут какие-то активные действия проводить: будут тише воды, ниже травы".
Борьба продолжится
В то же время подполье в регионе есть, резюмирует Сергей Гончаров. "Это доказывает последний случай, о котором мы говорили (взрывы в КЧР – Прим. Кавказ.Реалии). На сегодняшний день Чечня является более-менее спокойным регионом, потому что там Кадыров. То, что он, будем так говорить, является руководителем такого авторитарного режима – может быть в какой-то степени к лучшему. А так в основном Северный Кавказ - для нас очень серьезное звено, которое беспокоит нас и до сих пор".
В целом эксперт признает работу российских спецслужб в этом году успешной: есть большое число задержанных, которые не смогли совершить теракты. Однако распространение терроризма в стране идет довольно-таки серьезными темпами, и опасность может возрасти, добавляет Гончаров. Этот риск он связывает с недавней войной между Арменией и Азербайджаном.
"На стороне Азербайджана – никто этого не отрицает – была Турция, которая привезла боевиков из Сирии. Теперь они вряд ли вернулись в Сирию, и, по всей видимости, находясь на Кавказе, будут делать плохо России, мстя за военный проигрыш в Сирии. Эти доводы дают мне основания полагать, что борьба с терроризмом будет продолжаться и будет намного серьезнее, чем мы ожидали. Потому что проблемы, которые существуют на мировом уровне, не дают возможность нам успокаиваться. И борьба на антитеррористическом фронте будет всегда на первом месте для наших спецслужб", - подытоживает эксперт.
Сравнивая эти показатели со статистикой предыдущих лет, можно отметить значительные изменения за последнее десятилетие. Так, количество связанных с терроризмом преступлений ранее исчислялось сотнями. Теперь – единицами. И наоборот, предотвращать теракты стали чаще. Число убитых предполагаемых боевиков при этом сократилось с сотен до десятков.
"Я полагаю, эффективность работы силовиков выросла - по крайней мере, по сравнению с более ранним периодом, с тем, что было лет 5-10 назад, - сказал в беседе с Кавказ.Реалии руководитель филиала фонда "Правовая инициатива" в ингушской Назрани Арсен Сакалов. - Оперативные службы, которые должны контролировать ситуацию, пожалуй, сейчас лучше работают. Но я могу только про наш регион говорить. Спецопераций не так много, но их проводят. В Ингушетии в этом плане ситуация стабильная, не тяжелая. Жизнь своим чередом идет, где-то что-то случается, но вот так, как раньше – когда каждую неделю что-нибудь происходило, на пост какой-нибудь напали, обстреляли – такого нет".
Часто те, которых выдают за боевиков, на судах заявляют, что во время предварительного следствия давали показания под пытками. В этом году о таких случаях в республике Сакалову не жаловались: "Я не слышал от местных жителей о каком-то беспределе, давлении, пытках – проводят их (спецоперации – Прим. Кавказ.Реалии.), как должны проводить".
В Ингушетии в 2020 году богатым на спецоперации оказался август. За тот месяц их проведено пять, убито восемь предполагаемых боевиков, трое задержаны. Ранены два сотрудника правоохранительных органов. Этим спецоперациям предшествовало убийство сотрудника Росгвардии в июле. Кроме того, еще в мае силовики заявляли, что ищут в лесах Сунженского района одну из последних действующих группировок вооруженного подполья во главе с Асланом Бютукаевым.
Такой всплеск правозащитник объясняет временем года: "Летом – листва на деревьях, а зимой [активность подполья] на спад идет, потому что прятаться негде".
Вторым регионом по числу спецопераций в этом году оказалась Чечня. В октябре в результате спецоперации в Грозном были убиты шестеро, включая двух силовиков.
Часть инцидентов такого типа случились в республике уже после отчета Бортникова, обнародованного 8 декабря. На днях при нападении с ножом в Грозном погиб один полицейский, его коллегу ранили. Двое нападавших - уроженцы Ингушетии - застрелены. А в середине месяца в Чечне был убит местный уроженец Казбек Байдулаев, который находился в розыске с 2012 года как "участник незаконных вооруженных формирований". Хотя, как заявляют власти, у Байдулаева было при себе взрывное устройство, силовики не пострадали. Интересно, что об этом же человеке рапортовали как об "убитом" в октябрьской спецоперации на территории республики: тогда говорилось о двоих убитых предполагаемых боевиках.
Не вошел в статистику ФСБ и недавний инцидент в Карачаево-Черкесии. Там 11 декабря шестеро силовиков пострадали в результате двойного взрыва у здания управления ФСБ. Как сообщалось, неизвестный устроил самоподрыв.
Кавказ.Реалии сообщал также о контртеррористических спецоперациях в Кабардино-Балкарии в марте, где были убиты трое; на Ставрополье в апреле, где один человек был убит, другой задержан; в Дагестане в мае, где силовики убили шестерых. Во всех перечисленных случаях убитые готовили теракты и нападения на сотрудников правоохранительных органов, передавали власти.
ИГ уходит в прошлое?
Отметим, что с экстремистской группировкой "Исламское государство" власти связали фигурантов лишь одного из перечисленных случаев – майской спецоперации в Дагестане. При этом в недавние годы сводки о срыве планов приверженцев ИГ внутри России появлялись в СМИ гораздо чаще.
"Я никогда не соглашался с тем, что ИГ является такой чуть ли не мировой злобной структурой, которая номер один вообще для всего мира, - рассказывает президент Международной ассоциации ветеранов подразделения "Альфа" Сергей Гончаров. - Нет, сейчас много разношерстных ячеек, в которых могут состоять по два-три [человека], а есть еще и террористы-одиночки. Поэтому говорить, что ИГ сейчас является тем пугалом, которое когда-то боялись, этого я сказать не могу. Однако, что касается разрозненных ячеек ИГ, которые будут выступать под разными названиями, - то они будут выступать. То есть это процесс, который мы остановить не можем".
Говоря об уроженцах Северного Кавказа, возвращающихся из когда-то контролируемых ИГ территорий Ближнего Востока, правозащитник Арсен Сакалов сомневается, что они повлияют на рост террористической угрозы в регионе: "Если что-то такое будет, то вероятно это будет связано с возвращающимися из ИГ. Хотя - все эти люди уже известны [властям], поэтому вряд ли они будут какие-то активные действия проводить: будут тише воды, ниже травы".
Борьба продолжится
В то же время подполье в регионе есть, резюмирует Сергей Гончаров. "Это доказывает последний случай, о котором мы говорили (взрывы в КЧР – Прим. Кавказ.Реалии). На сегодняшний день Чечня является более-менее спокойным регионом, потому что там Кадыров. То, что он, будем так говорить, является руководителем такого авторитарного режима – может быть в какой-то степени к лучшему. А так в основном Северный Кавказ - для нас очень серьезное звено, которое беспокоит нас и до сих пор".
В целом эксперт признает работу российских спецслужб в этом году успешной: есть большое число задержанных, которые не смогли совершить теракты. Однако распространение терроризма в стране идет довольно-таки серьезными темпами, и опасность может возрасти, добавляет Гончаров. Этот риск он связывает с недавней войной между Арменией и Азербайджаном.
"На стороне Азербайджана – никто этого не отрицает – была Турция, которая привезла боевиков из Сирии. Теперь они вряд ли вернулись в Сирию, и, по всей видимости, находясь на Кавказе, будут делать плохо России, мстя за военный проигрыш в Сирии. Эти доводы дают мне основания полагать, что борьба с терроризмом будет продолжаться и будет намного серьезнее, чем мы ожидали. Потому что проблемы, которые существуют на мировом уровне, не дают возможность нам успокаиваться. И борьба на антитеррористическом фронте будет всегда на первом месте для наших спецслужб", - подытоживает эксперт.