Чеченские суфийские ордена: как они появились
В современной Чечне основой мусульманского вероисповедания является суннизм. При этом большинство чеченских суннитов следуют традициям суфизма – эзотерического учения, проповедующего смирение и аскетизм.
Северокавказский суфизм
По определению Совета муфтиев России слово «суфизм» восходит к арабскому «суф» («шерсть») – материал, из которого изготовлялась одежда искателей Истины. Сам по себе суфизм не является подобно суннизму и шиизму течением в исламе, однако он выражает мистико-аскетическую природу того и другого.
Под руководством духовного наставника – муршида или шейха – суфии вдали от мирской суеты погружались в размышления над смыслом Корана, уделяли много внимания личному переживанию и внутреннему осознанию религиозных истин.
В первые годы советской власти большевики с терпимостью относились к кавказским мусульманам. В своей пропаганде они отмечали, что «коммунизм и шариат не противоречат, а дополняют друг друга». «Отныне ваши верования и обычаи, ваши национальные и культурные учреждения объявляются свободными и неприкосновенными», – обращался Ленин к народам Кавказа.
Но уже к концу 20-х годов ХХ столетия политика советских властей на Кавказе перестала быть умеренной. Стали активно закрываться мечети, начались репрессии против суфийского духовенства. С 1958-го по 1964 годы в Махачкале, Грозном и Назрани прошли судебные процессы над видными религиозными деятелями, однако они не смогли остановить рост влияния суфийских братств.
Позднее руководству СССР все же пришлось обращаться за помощью к лидерам кавказских суфийских орденов. В частности, в 70-х годах, когда на почве обычая кровной мести в регионе повысилась социальная напряженность, благодаря вмешательству шейхов число враждующих кровников резко сократилось.
Известный социолог Виктор Пивоваров в 1975 году отмечал, что «более половины верующих мусульман Чечено-Ингушской автономной республики являются членами братств мюридов (последователей учения суфизма)». В 1986 году в Чечено-Ингушетии действовали 280 мюридских групп и 8 тысяч мюридов (последователей).
На сайте Духовного управления мусульман Чеченской Республики написано, что в регионе распространены только два суфийских тариката (ордена) – накшбандийа и кадирийа, подразделяющиеся на различные группы, общее число которых достигает тридцати. Статистика говорит о приблизительном равенстве последователей обоих орденов.
Между суфийскими общинами Чечни есть ряд противоречий, вызванных многими причинами: клановостью, местничеством, нетерпимостью к инакомыслию, соперничеством лидеров, борьбой за сферы влияния. Среди них можно встретить как миролюбивые братства, так и открыто призывающие к джихаду против иноверцев.
Орден накшбандия
Наиболее влиятельный на всем Северном Кавказе тарикат – накшбандия. Профессор кафедры культурологии Дагестанского государственного университета Гарун Курбанов популярность накшбандия связывает с его двойственным характером – «он одновременно элитный и простонародный». Накшбандия, по мнению Курбанова, способен адаптироваться к меняющимся общественным и политическим условиям.
Своё имя орден накшбандия получил от Бахааддина Накшибанда, жившего в Средней Азии в XIV веке. Через Северную Турцию тарикат проник на Кавказ, став там идеологической базой движения мюридизм. В XIX веке этот орден в лице имама Шамиля являлся вдохновителем горцев Дагестана и Чечни в борьбе против Царской России.
Неотъемлемая составляющая практик этого ордена – так называемый тихий зикр — мысленное поминание имени Бога. По учению накшбандия путь к Аллаху лежит через богоугодные деяния и молитвы. Внешне отличить члена этого братства можно по белой шапочке из четырех клиньев с вышитыми на ней стихами из Корана.
Характерно, что мюриды накшбандийского тариката редко отрекались от мирской жизни. Религиозный закон не обязывал их жить в обителях. Многие из них создавали семьи, а поэтому различить их среди остального населения было практически невозможно.
Орден накшбандия проникнут суровой дисциплиной. Мюриды должны терпеливо переносить от шейхов грубое или даже унизительное обращение. Если ученику открывается какая-либо тайна его учителя, то он обязан «не обнаруживать это никому, хотя бы его живого распилили на части».
Накшбандия – полиэтнический орден. Кроме чеченцев к нему принадлежат аварцы, даргинцы, ингуши, лезгины, кумыки, лакцы, табасаранцы. Расширение состава общин происходит преимущественно за счет доминирующей в данной местности этнической группы.
Орден кадирия
Этот тарикат связан с именем Абд ал-Кадира ал-Джилани, жившего в XI-XII веках в иранской провинции Гилан. На Северный Кавказ орден пришел позднее накшбандия, но занял там не менее прочные позиции. В Чечне тарикат кадирия представлен, прежде всего, последователями шейха Кунта-Хаджи Кишиева, которых часто именуют кунта-хаджиевцами.
Кунта-Хаджи – современник имама Шамиля, но его религиозная позиция была совершенно иная. В обращенных к народу религиозных проповедях шейх призывал к миру и смирению, осуждал кровопролитие, убеждал горцев прекратить сопротивление имперской власти.
Парадоксально, но царская администрация на мирные проповеди Кунта-Хаджи реагировала гораздо болезненнее, чем на газават (священную войну) Шамиля. Начальник Терской области Лорис-Меликов писал: «Учение зикр направлением своим, во многом подходящее к газавату, служит лучшим средством народного соединения, ожидающего только благоприятного времени для фанатического пробуждения отдохнувших сил».
Благодаря кадирия исламизация чеченцев и ингушей достигла на Кавказе быстрого и зримого успеха. Несмотря на миролюбивую политику, Кунта-Хаджи сумел добиться в суфийских братствах сплоченности и беспрекословного подчинения мюридов своему наставнику. Русские источники XIX века сообщали, что последователи Кунта-Хаджи не пьют вино и не курят.
Широкую демократизацию кадирия современные духовные лидеры Чечни объясняют личностью
Кунта-хаджи Кишиева, ставя его в ряд великих гуманистов современности наряду с именами Льва Толстого, Махатма Ганди, Альберта Швейцера и матери Терезы. В частности, некоторые чеченские исследователи предполагают, что Толстой мог каким-то образом соприкоснуться с проповедью ненасилия Кунта-Хаджи во время своей службы на Кавказе.
В молитвах суфиев ордена кадирия особое значение придается психосоматическим элементам. Так называемый громкий зикр выражается посредством определенного ритма форсированного выдоха, резких ритмичных движения головой и ударов ногой о землю. Интересно, что в круговые моления-зикры иногда допускаются женщины и даже иноверцы.
Кадирийский таракат дал богатые всходы на чеченской почве благодаря специфике вайнахских традиций единобожия и идее заступничества. Последняя создала в вайнахской среде особый институт рыцарства – конахство. Согласно уставу конахства мужчина сознательно берет на себя особые обязанности при любых ситуациях защищать слабых даже ценой собственной жизни.
К ордену кадирия принадлежит действующий президент Чеченской Республики Рамзан Кадыров.
Современность
Сегодня социологические исследования фиксируют в Чечне заметный рост количества последователей суфизма, в первую очередь, среди молодежи. Ученые говорят, что республику охватывает настоящая религиозная эйфория. Не в последнюю очередь это связано с деятельностью Рамзана Кадырова.
Так, в «Концепции государственной национальной политики Чеченской Республики» в разделе, посвященном развитию духовной жизни, пять пунктов из двенадцати отведены исламу. Кадыров говорит: «Человек если не верит, это опасный человек», а «враг ислама», по его мнению, тождествен «врагу народа».
Нужно отметить, что сегодня суфийское духовенство прикладывает много усилий для борьбы с исламским радикализмом. Глава Общественной палаты Чечни Саид-Эмин Джабраилов отмечает готовность и способность лидеров кадирия и накшбандия сплотиться и образовать «консорциум», эффективно противостоящий фундаментализму.
В среде чеченских суфиев нередко можно встретить последователей практики ритуального самобичевания – татбира – больше популярного в шиитском Иране. Участники обряда в честь безвинно погибшего имама Хусейна ибн Али наносят себе различного рода повреждения, в частности, забивают в голову кончик ножа или прокалывают спицами щеки.
На одной из встреч с суфиями-членовредителями Кадыров дал понять, что не желает проповеди такого учения в Чечне. «Я не хочу хоронить людей, не хочу, чтобы в Чечне была Сирия», – заметил глава Республики.
Именно такое традиционное направление ислама, как суфизм, по замыслу руководителей Чеченской Республики «способно привлечь мусульманскую молодежь и стать серьезной альтернативой ваххабизму и другим радикальным течениям, искажающим религию».