Сложный путь трудной нефти
Минприроды на минувшей неделе провело расширенное совещание по вопросам стимулирования освоения трудноизвлекаемых запасов (ТРИЗ) углеводородов России. Впервые на одной площадке для обсуждения всех аспектов этой проблемы собрались профильные ведомства (Минприроды, Минэнерго, Минфин и Роснедра) и представители крупнейших нефтегазовых компаний. В итоге была сформирована рабочая группа, которая займется продвижением необходимых законодательных инициатив, формированием специального классификатора трудных запасов, а также подготовкой типовой финансово-экономической модели освоения ТРИЗ.
Эпоха легких запасов углеводородов давно закончилась, пришло время освоения трудных залежей, которые могут стать второй жизнью для регионов с развитой инфраструктурой. Это вопрос социальной поддержки городов Западной Сибири, проблема экономической активности моногородов, подчеркнул в ходе совещания глава Минприроды Александр Козлов.
«Финансовая модель ТРИЗ, которую нам предстоит сделать, должна следовать не только интересам компаний. Она должна учитывать финансовую модель субъекта федерации, в котором работает предприятие. А также интересы государства, которое вовлекает новые запасы, наращивает эффективность минерально-сырьевой базы», — сказал министр.
Что такое ТРИЗ?
Около трети запасов нефти в России (33% — 10,2 млрд тонн) представлено так называемыми трудноизвлекаемыми запасами (низкопроницаемые залежи, отложения, сверхвязкая нефть и др.). Их разработка требует существенно больших затрат по сравнению с традиционными углеводородами либо создания совершенно новых технологий добычи. Поскольку в текущих налоговых условиях добыча ТРИЗ нерентабельна, из оборота выпадает гигантский объем потенциально промышленных запасов.
По данным Международного энергетического агентства, по объему запасов нефти в низкопроницаемых коллекторах Россия занимает первое место в мире (следом идут США — 7,9 млрд тонн, Китай — 4,4 млрд тонн). Во всем мире проблема вовлечения таких запасов в промышленное освоение крайне актуальна и всегда реализуется при поддержке государства.
При этом в России доля трудноизвлекаемых запасов в структуре минерально-сырьевой базы неуклонно растет.
Глава Роснедр Евгений Петров, представляя на совещании ситуацию по ТРИЗ, первоначальной проблемой обозначил отсутствие четкого определения трудных запасов в российском законодательстве. Безусловно, к ним относятся залежи углеводородов с особо сложными геологическими условиями, но задача вовлечения их в разработку, очевидно, не может быть решена без учета экономического аспекта — насколько рентабельной может быть работа на таких объектах. Необходимо нормативно закрепить обозначение ТРИЗ с учетом всех факторов: геологии, технологий, экономики, подчеркнул Петров.
«ТРИЗ — это запасы залежей (месторождений, объектов разработки) или частей залежи, отличающиеся сравнительно неблагоприятными для извлечения геологическими условиями залегания нефти и (или) физическими ее свойствами, разработка которых существующими технологиями в условиях действующей налоговой системы экономически неэффективна», — говорится в презентации Роснедр.
Нужно разработать классификатор ТРИЗ, определяющий четкие критерии для каждого вида трудных отложений, считают в Роснедрах. Для начала ведомство предлагает три группы ТРИЗ с ориентиром на свойства залежей: проницаемость, пористость и высоковязкость. Также предлагается отдельно выделить группы высоковыработанных месторождений (с выработанностью больше 80%) и труднодоступные запасы, находящиеся вдали от основных объектов инфраструктуры в суровых климатических условиях. Особо подчеркивается, что в настоящее время вопрос по ТРИЗ в основном поднимается применительно нефти, но и трудные запасы газа тоже нуждаются в льготировании.
Ряд ТРИЗ уже получает льготы по НДПИ, часть трудных запасов подпадает под режим налога на дополнительный доход от добычи углеводородного сырья (НДД). Важным шагом стало введение нового вида пользования недрами — технологического полигона для разработки ТРИЗ. Уже выданы 4 таких лицензии: две получила «Газпром нефть» в ХМАО на бажен, две — «Роснефть» в Самарской области на доманик. На рассмотрении находятся еще четыре заявки на создание технополигонов: от «Татнефти» на сверхвязкие отложения в Татарстане и от «Ставропольнефтегаза» — на хадумские в Ставропольском крае.
Однако обозначенные льготы для ТРИЗ являются недостаточными, нужен комплексный, государственного уровня подход к стимулированию освоения трудных запасов. И меры поддержки должны касаться не только разработки, но и геологоразведки ТРИЗ, считает глава Роснедр Петров.
Экономическая шкала
Директор департамента нефтегазового комплекса Минэнерго Антон Рубцов, выступая на совещании, отметил, что для эффективного освоения трудных запасов нужно научиться делать это максимально дешево.
«Возможно, понадобится сделать сверхпреференциальный налоговый режим, в рамках которого компании смогли бы совершить рывок. Да, возникает вопрос совместного признания технологий, вопросы интеллектуальной собственности и т. д. Одно дело на каких-то „пилотах“ найти технологию, другое дело — масштабировать ее силами нескольких нефтяных компаний. События, которые поменяли мир и продолжают его менять, призывают нас к дополнительной координации и консолидации. Если здесь первым шагом является создание рабочей группы — мы это всецело поддерживаем», — сказал он.
Комментируя идею формирования финансовой модели по ТРИЗ, Рубцов отметил, что она должна учитывать не только качество и состояние запасов и показатели профиля добычи, но и необходимые технологии и оборудование, а также экспертизу проектных документов: «Информация в рамках проектного документа дает ориентиры отечественной промышленности: какие методы увеличения нефтеотдачи будут применяться, какие геолого-технические мероприятия нужны, какое оборудование, какой метраж проходки. Создавая особые условия для ТРИЗ, мы обеспечиваем работой российские предприятия. Тут нельзя измерять все только вкладом нефтяной отрасли в бюджет страны, нужно помнить о мультипликативном эффекте, развитии смежных отраслей».
Позиция Минфина
Минфин также подтверждает готовность принимать участие в рабочей группе по ТРИЗ, особенно на этапе создания финансовой модели, чтобы заранее снимать все шероховатости и договариваться о налоговых условиях.
«У нас есть общие базовые требования к отраслевым финансово-экономическим моделям. Но когда мы доходим до конкретики, то могут возникнуть серьезные вопросы к компаниям, ведомствам, ответственным за это направление работы. Лучше решать все сразу, в процессе, чем потом заворачивать полностью подготовленную модель», — сказал директор департамента анализа эффективности преференциальных налоговых режимов Минфина Денис Борисов.
«Если, действительно, стоит задача создать некий универсальный, единый подход в виде финансовой модели, то придется много и долго работать, чтобы прийти к общему знаменателю. У Минфина нет цели кого-то сдерживать в развитии, наша цель — наполнять бюджет. И тут мы заинтересованы, чтобы нерентабельные на данный момент проекты запустились в работу, создать для них стимулы. С другой стороны, предоставление тех или иных налоговых преференций не должно создавать излишнюю сверхдоходность компаний. Льготы важно предоставлять там, где они нужны, и неправильно давать их в сферах, которые и так приносят прибыль», — считает Борисов.
Нефтегазовая солидарность
Нефтяники и газовики с воодушевлением воспринимают инициативу Минприроды и Роснедр о создании общих подходов к классификации трудноизвлекаемых запасов углеводородов и разработке мер стимулирования их освоения.
В ходе совещания представитель «Сургутнефтегаза» подчеркнул, что в текущей ситуации ТРИЗ — это вопрос государственной важности: «С трудными запасами нужно работать, правильно организовать инвестиционный процесс. Отсюда последует бюджетная эффективность. ТРИЗы — это не только профессиональная ответственность недропользователей, это и социальная ответственность компаний, работающих в разных регионах».
Представитель ЛУКОЙЛа сделал особый акцент на том, что ключевым параметром работы для компаний является рентабельность: «Тут логично обратиться к результатам инвентаризация запасов нефти, которая проводилась в стране некоторое время назад и которая учитывает параметры рентабельности. Можно взять методологию инвентаризации запасов, опереться на этот анализ, чтобы идти дальше в стимулировании добычи, в том числе на ТРИЗ».
Представитель «Татнефти» призвал ответственно отнестись к теме классификатора ТРИЗ: «В идеале было бы хорошо, если этот классификатор имел признаки законодательного акта с коэффициентами трудности извлечения. Это будет содействовать определению налогов с учетом сложности освоения. Нужна профессиональная организация или институт, которые компетентны сделать такой классификатор».
Представитель «Газпрома» с благодарностью отметил инициативу включить в периметр ТРИЗов газ, но добавил, что логичным было бы и включение в этот периметр газового конденсата, поскольку компания уже работает на среднеюрских отложениях в Надым-Пуртазовском регионе, а их вполне можно отнести к ТРИЗ.
Представитель «Роснефти» в свою очередь подчеркнул, что стимулирование извлечения трудных запасов позволит компаниям работать на тех залежах, которые сейчас сложно монетизировать.
При этом все компании сошлись во мнении, что технологии в этом процессе вторичны — если будут созданы благоприятные налоговые условия для разработки ТРИЗ, недропользователи быстро определятся с технологической составляющей.
Согласно поручению главы Минприроды, к июлю рабочая группа по ТРИЗ подготовит основные предложения стимулирования освоения трудных запасов углеводородов в России.