Обеднеют ли нефтяники из-за коронакризиса

На тех, кто работает в нефтегазовой сфере, коллеги из других отраслей всегда смотрели с завистью. Зарплаты здесь – одни из самых высоких на рынке. Из-за очередного кризиса многие российские компании планируют урезать размер оплаты труда, а некоторые уже начали это делать. Но коснется ли тренд работников нефтегаза или снова обойдет стороной?

Докризисные доходы

Незадолго до того, как в России началась эпидемия коронавируса, Росстат обнародовал данные о средней оплате труда по стране. Нефтегазовая сфера традиционно оказалась в рейтинге самых высокооплачиваемых профессий – средняя зарплата в марте 2020 года составила 135 тыс. рублей в месяц.

Однако внутри отрасли цифры сильно различаются, показывают данные портала HRMonitor. Так, оклад зампреда совета директоров «Газпрома» составлял 1,7 млн рублей, а бурильщика – 45-50 тыс. рублей. Геолог зарабатывал чуть более 80 тыс. рублей, главный маркшейдер – 60 тыс. рублей, инженер обычного или наклонно-направленного бурения – 100-115 тыс. рублей, директор по бурению или геологии – до 600 тыс. рублей в месяц.

Отраслевому кризису быть

События начала года привели к изменению стоимости бизнеса во многих секторах экономики. По данным исследования РБК Quote, за неполные первые три месяца 2020-го больше всего – почти на треть – упали в стоимости именно нефтяные и газовые компании.

В апреле ситуация усугубилась: нефтяники начали продавать бензин на оптовом рынке в убыток, то есть ниже заявленной себестоимости. По словам управляющего партнера аналитического агентства WMT Consult Екатерины Косаревой, это вызвано, прежде всего, обязательными демпферными выплатами для стабилизации внутренних цен, а также акциза и налогов. Отчисления в бюджет фактически «съели» стоимость бензина на рынке, говорит эксперт.

Против нефтегазовой отрасли сыграло одновременно несколько факторов. С одной стороны, резкое падение сектора объясняется последствиями пандемии: в связи с самоизоляцией транспортные расходы резко снизились. «Карантин, закрытие границ, ограничения транспортных сообщений снизили спрос на топливо и, соответственно, на сырье для его производства», – объясняет аналитик ГК «Финам» Алексей Калачев. Вдобавок на отрасль сильно повлияло решение России выйти из соглашений по ОПЕК+ в марте текущего года, а затем и новые договоренности о сокращении добычи.

Первые пострадавшие

С учетом сложившейся ситуации, скорее всего, будут заморожены многие инвестиционные проекты, находящиеся в стадии идеи и разработки. Сокращение объемов добычи, проблемы с выплатами кредитных обязательств, кризис и пандемия отразятся в первую очередь на рядовых сотрудниках.

Нефтяники, непосредственно занятые в добыче, работают вахтовым методом в отдаленных районах страны – в этом специфика профессии. Люди сюда едут со всей России, а чтобы избежать заражения коронавирусом на объектах, компании продлили вахтовые смены на срок до трех месяцев. Это решение уже отрицательно сказалось на доходе тех, кто пока не может попасть на очередную вахту.

По данным «Ведомостей», «Газпром добыча Надым» рассчитывает сотрудникам неотработанное время исходя из среднего заработка. «Транснефть» установила повышенную ставку для перерабатывающих и выплатила аванс в сумме МРОТ оставшимся дома. «Газпром добыча Ямбург» выдаст не вышедшим вахтовикам половину оклада с учетом северной надбавки в счет будущей заработной платы.

Офисным сотрудникам нефтегаза повезло больше: их в марте-апреле перевели на дистанционку. Следовательно, при прежнем объеме работы зарплата у них должна была сохраниться. По крайней мере, пока.

Оклады пока держатся

Несмотря на трудности в отрасли, нефтегазовые предприятия продолжают набирать персонал. На портале hh.ru сейчас более четырехсот вакансий в нефтегазовой сфере. Чаще всего зарплата не озвучена, ее претенденты узнают на собеседовании.

Там, где заработная плата указана, ставка остается в пределах нормы по рынку, озвученной Росстатом до начала кризиса и пандемии, и даже выше. К примеру, кадровый центр «Эталон» недавно опубликовал вакансию руководителя департамента по цифровизации с зарплатой 500-700 тыс. рублей. Геолог на месторождении в Якутии будет иметь оклад выше среднего по профессии – 120 тыс. рублей, начальник геологического отдела независимой якутской компании АО «РНГ» получит 235 тыс. рублей в месяц. Зарплата инженера-лаборанта составит 82 тыс. рублей, бурильщика – 70-160 тысяч в зависимости от разряда. «Газпром нефть» набирает операторов 5-го разряда для работы в г. Мегион (ХМАО) с одной из самых низких зарплат по отрасли – 48 тыс. рублей до вычета НДФЛ.

В разделе «Карьера» на сайте «Роснефти» – еще около трехсот вакансий, но уровень дохода не указан.

Что дальше

И все же предпосылки к сокращению окладов в традиционно богатом и благополучном секторе сегодня есть. Пандемия коронавируса, падение рубля, дешевая нефть, отказ от соглашений ОПЕК+ и последующие договоренности – все это грозит вылиться в затяжной и глубокий системный кризис отрасли.

«Конечно, можно ожидать снижения реальных зарплат в отрасли за счет разного рода премиальных надбавок и других механизмов материального поощрения. Это возможно сделать там, где зарплата состоит из базового оклада и премий. Базовый работодателю придется сохранить, но премии он вправе урезать. Кроме того, возможен перевод части персонала на сокращенный рабочий день, или неделю», – предполагает Алексей Калачев из ГК «Финам».

Наиболее уязвимы в нынешних условиях – небольшие независимые предприятия. «Губительная комбинация несчастий», – так охарактеризовала текущую ситуацию Елена Корзун, генеральный директор ассоциации «Ассонефть». На грани банкротства сейчас 132 малых компании, добывающих 4% от общей добычи. Во всем, по мнению Корзун, виноват НДПИ, который привязан к прошлогодним мировым ценам на нефть. Хранить сырье малые компании не имеют возможности, собственных перерабатывающих производств у них нет.

«Ассонефть» попросила председателя правительства Михаила Мишустина отсрочить уплату НДПИ хотя бы за 2-й квартал 2020 года или до стабилизации мировых цен на нефть, но ответа с 25 марта до сих пор не получено. В итоге независимые предприятия из Саратовской области, Пермского края, Башкирии находятся в подвешенном состоянии: от господдержки отрасли зависит судьба их бизнеса и нескольких тысяч рабочих мест в регионах.

Тем временем крупные компании, которые имеют собственные нефтехимические производства чувствуют себя уверенней. Химия и нефтехимия выиграли от обвала цен на углеводороды, экономические процессы у таких компаний стали более рентабельными, указывает Екатерина Косарева из аналитического агентства WMT Consult.

То есть сотрудники вертикально-интегрированных нефтегазовых гигантов с высокой вероятностью могут сохранить доход. А уровень зарплат в этих компаниях останется предметом зависти для работников других отраслей, особенно на фоне всеобщего кризиса.