Обзор | Маркс в антропоцене

Радости и ловушки отмирающего коммунизма – Гас Вуди рецензирует важную новую книгу по экосоциализму.

Кохей Сайто, Маркс в антропоцене; К идее деградирующего коммунизма (Кембридж: издательство Кембриджского университета, 2023 г.), 292 стр., 29,99 фунтов стерлингов.

Маркс в антропоцене — последняя из ряда работ этого автора, в которых марксизм и современная социалистическая стратегия прочитываются экологически богатым образом. Он основан на предыдущей работе Сайто, Экосоциализм Карла Маркса[1], и его опыт работы в качестве ведущего академика, работающего над экологическими записными книжками Маркса, в которых записаны исследования Маркса в области естественных наук и экологических проблем в его последние годы.

Настоящая работа представляет собой сборник эссе, посвященных различным дискуссиям в марксологии и экосоциалистической теории, начиная от марксовой концепции «метаболического разрыва» и заканчивая полемикой против недавних авторов-экосоциалистов по вопросу об отношениях «природа-общество» и видение того, что можно назвать деградирующим коммунизмом. Сайто демонстрирует современную актуальность Маркса во времена экологического развала, подчеркивает возможный союз социалистов, рабочих и экологического движения и помогает нам лучше проанализировать, откуда берется экологический развал.

Маркс и Энгельс как экологические мыслители

Самые ранние главы демонстрируют умение Сайто внимательно читать Маркса, Энгельса и венгерского коммуниста Георга Лукача. Он начинает с общего обзора идеи обмена веществ, взаимообмена между капиталистическим способом производства и более широкой биосферой. Это используется для исследования идеи метаболического разрыва, идеи о том, что капитализм последовательно подрывает свои более широкие экологические условия — по словам Маркса, при капиталистическом производстве возникает непоправимый разрыв во взаимозависимом процессе социального метаболизма[2].

Сайто обогащает эту концепцию идеей метаболических разрывов. и сдвиги – последние являются попытками капитализма (в конечном счете безуспешными) справиться с экологическими кризисами. Таким образом, он вооружает нас пониманием того, как капитализм вызывает экологическое разрушение во времени и пространстве, а также пониманием различных способов, которыми он пытается отсрочить кризисы, будь то сосредоточение последствий загрязнения на колонизированных и жертвах империализма или попытка внедрить технологии как технофиксы

Он также исследует нечто, лишь слегка затронутое другими авторами теории метаболического разрыва, а именно ее связь с определенной линией марксизма. Выделяя венгерских мыслителей-коммунистов Лукача и Иштвана Месароша как главных разработчиков марксовой теории метаболизма в двадцатом веке, Сайто проясняет историю этой концепции и ее различных применений на протяжении десятилетий.

Однако главы, посвященной вкладу Энгельса в экологический марксизм, не хватает. Сайто несколько возвращается к старому мифу об Энгельсе как об отдельном создателе «мировоззренческого марксизма», ответственном за многие грехи грубых интерпретаций марксизма (стр. 45-46). Он действительно пытается опровергнуть стереотип об Энгельсе как о более вовлеченном в мир естественных наук из них двоих и успешно доказывает, что у них был разный, но во многих отношениях одинаково устойчивый интерес к естественным наукам. Однако он немного теряется в марксологии, экстраполируя различия в ведении записей, чтобы возвысить Маркса над Энгельсом. Хотя Сайто удается доказать, что интеллектуальные отношения Маркса и Энгельса в вопросах естествознания более сложны, чем обычно описывают, его трактовка Энгельса неубедительна.

Дуализмы, монизм и все, что между ними

В целом, Сайто демонстрирует свое мастерство в самых первых главах для внимательного, последовательного чтения мыслителей, улавливая небольшие различия, чтобы в конечном итоге понять их более широкий интеллектуальный вклад. Поэтому вызывает разочарование тот факт, что он не распространяет это на современных мыслителей-экосоциалистов, взгляды которых он продолжает противопоставлять своему анализу экологического марксизма.

Уже несколько лет вокруг «дуализмов» и «монизмов» между экологическими марксистами разных мастей бушует спор. Джейсон Мур, в Капитализм в паутине жизни[3], критиковали экологических марксистов, таких как Джон Беллами Фостер и другие, которые используют концепцию «метаболического разрыва» для их предполагаемого дуализма, утверждая, что их анализ требует разделения между «обществом» и «природой», что мешает им полностью понять экологический распад как проблему одна единая система. Затем это привело к дальнейшим дебатам, в частности к спору Андреаса Мальма. Ход этой бури[4], который пытался аргументировать некую версию «аналитического дуализма».

На одном уровне проблема носит схоластический характер — это спор между различными словарями для описания взаимодействия между природой и обществом. Однако за этим стоят проблемы стратегического и теоретического значения. В конечном счете, то, как мы анализируем развитие разрушения окружающей среды и его влияние на общество, позволяет нам определить возможных агентов сопротивления, слабые места, в которые они могут лучше всего вмешаться, и силы, заинтересованные в предотвращении этого.

Сайто проводит большую часть Маркс в антропоцене аргументируя свою собственную концепцию «дуалистического» метаболического анализа, пытаясь показать, что это, в конечном счете, методологический подход Маркса (и, в меньшей степени, Лукача). Следовательно, широкий круг экологических марксистов и критически настроенных географов различных мастей упрекают за отсутствие интеллектуальной строгости.

Его критика несколько раз не попадает в цель. Например, Сайто критикует британских географов Ноэля Кастри и Нила Смита как теоретиков школы «производства природы», опуская ключевые различия в их концепциях. Помимо того, что он часто смешивает двух очень разных теоретиков, он утверждает, что их концепции отмечены его односторонний акцент на том, как работает общество на природа (стр. 110), преуменьшая «неидентичность» природы, в которой экологические процессы также влияют на «общество». Однако это игнорирует ведущий вклад Нила Смита как исследователя «катастроф», в котором он подчеркивал, как экологические процессы влияют на общество и как общество опосредовало последствия стихийных бедствий.

Точно так же в своей критике американского историка Джейсона Мура Сайто в конечном итоге пытается изобразить его последователем французского философа Бруно Латура. Хотя это исключительно распространенное утверждение, доказательств этому мало, особенно с учетом большей части собственной теории Мура о Ойкейос (взаимоотношения между видами и окружающей средой) разрабатывается как альтернатива и критика проекта Латура. Например, Мур открыто критикует модный подход объявления себя в пользу плоской онтологии, в которой ничто с необходимостью не вызывает ничего другогоцитируя Латура как ведущего теоретика этого[5]. Аргументы Мура заслуживают серьезной постоянной критики сами по себе, а не отговорки с Латуром, в которые постоянно попадают Сайто (и другие).

В целом Сайто утверждает, что марксисты должны придерживаться онтологического монизма, видя, что общество является неотъемлемой частью более широкой естественной системы, но на аналитическом уровне мы должны сохранить категории природы и общества. Это преувеличивает его разногласия с другими теоретиками, которые, конечно, в случае с Муром слишком сильно выступают за искоренение всех дуализмов, но имеют много общего с Сайто — просто используя разные и часто глубоко неясные словари. Из-за этого еще предстоит решить, чье понимание отношений между природой и обществом лучше всего позволит нам выработать стратегию против экоцидного капитализма.

Деградация коммунизма

Несмотря на эти трудные средние разделы, последние главы Сайто о деградирующем коммунизме спасают работу, поднимая ее на гораздо более обогащающий уровень. Здесь Сайто исследует интеллектуальную траекторию Маркса после написания первого тома Капитал.

После 1867 г., отправив Капитал Отправившись в мир, Маркс не смог завершить запланированные дальнейшие тома.. Сайто утверждает, что это было не просто результатом ухудшения здоровья или недостатка усилий со стороны Маркса, а скорее тем, что Маркс коренным образом пересмотрел некоторые элементы своей предыдущей мысли и пытался порвать с ними при завершении своих работ. Сайто утверждает, следуя своей предыдущей книге, что это отражено в экологических и других записных книжках, над которыми Маркс работал в последние годы своей жизни.

Результатом интенсивного изучения Марксом этнографии и естествознания стал эпистемологический прорыв, который, хотя и был плодотворным, поставил новые интеллектуальные задачи, которые помешали ему успешно завершить исследование. Капитал. Позднее увлечение Маркса неевропоцентричным образом жизни и экологической литературой позволило ему попытаться избежать более линейных, продуктивнистских и европоцентристских переулков, в которые могла попасть его работа. Сайто, следуя подзаголовку своей более ранней работы, таким образом подчеркивает незавершенный характер критики политической экономии — Маркс обрисовал многие ключевые элементы, но на этом здании еще многое предстоит построить.

Здесь Сайто излагает что-то вроде позитивной программы, к которой, как он утверждает, Маркс, скорее всего, приближается в своем последнем прорыве, вокруг идеи коммунизма замедления роста. Решающее значение для этого имеет идея общественного богатства, развития труда и природы в изобилии. В противоположность разгрому биосферы и наших тел как рабочих, коммунизм стремится к отрицанию этого — объединению двоих вместе в общественную формацию, развивающую их обоих в соответствии с метаболизмом общества и природы.

Он утверждает, что коммунизм лучше всего подходит для этого по следующим пяти причинам:

• Цель общественного производства смещается с прибыли на потребительные стоимости. (стр. 237). Вместо того, чтобы производить смехотворное количество бесполезных и часто вредных товаров, коммунизм фокусируется на предметах первой необходимости.
• Это, в свою очередь, позволяет сократить рабочий день, путем устранения ненужного труда и разделения оставшейся работы между всеми. (стр. 238).
• Кроме того, там, где работа должна продолжаться, производство для использования направлено на повысить самостоятельность работников и сделать содержание работы более привлекательным. (стр. 239).
• Соответственно, отмена рыночной конкуренции за прибыль при деградирующем коммунизме также замедляет экономику. (стр. 240).
• Наконец, деградирующий коммунизм — это система демократического участия, в которой активное участие рабочих в решении того, что, как и сколько они производят. (стр. 241).

Таким образом, благодаря своей увлеченной марксологии Сайто трансформировал призрак замедления роста. Вместо мальтузианского пугала он раскрывает видение, за которое многие могут зацепиться. Вместо разрушения экологических условий и общества мы стремимся к миру, в котором потребности удовлетворяются, труд сокращается, делается демократичным и соблюдаются экологические ограничения. Это видение является триумфом.

[1] Нью-Йорк: Ежемесячный обзор Press, 2017 г.

[2] Карл Маркс, Капитал Том 3(Лондон: Penguin Books, 1981), стр. 949.

[3] Лондон: Verso Books, 2015.

[4] Лондон; Книги оборотной стороны, 2018 г.

[5] Мур, Капитализм в паутине жизнистр. 39.