«Очень понравилось российское вооружение»: как проходило учение ВС РФ и пакистанской армии «Дружба-2021»
На юге РФ завершилось длившееся почти две недели российско-пакистанское учение «Дружба-2021». Главная задача манёвров заключалась в совершенствовании взаимодействия в операциях по нейтрализации боевиков в городской черте. С этой целью использовались инженерно-штурмовые подразделения и спецназ. По итогам учения капитан ВС Пакистана Хамад Бен Хасиб высоко оценил качество российского оружия и поблагодарил коллег из России за демонстрацию новых тактических приёмов. По мнению экспертов, такое взаимодействие ВС двух стран имеет взаимовыгодный характер.
В Краснодарском крае на полигоне Молькино завершилось совместное учение ВС РФ и военнослужащих Исламской Республики Пакистан, сообщает пресс-служба Южного военного округа (ЮВО). Манёвры проходили с 28 сентября по 9 октября.
«Завершилось учение совместными действиями по десантированию штурмовым способом из вертолёта Ми-8АМТШ «Терминатор», штурмом города и эвакуацией раненого с использованием бронетранспортёра», — говорится на сайте Минобороны РФ.
Россию на манёврах представляли военнослужащие спецназа и инженерно-штурмовых подразделений 49-й общевойсковой армии ЮВО. Учение носило антитеррористический характер. В частности, военнослужащие двух государств отрабатывали различные способы противодействия незаконным вооружённым формированиям (НВФ).
«Инженерный спецназ»
Главная задача учений «Дружба-2021» состояла в совершенствовании способов взаимодействия при выполнении широкого спектра задач. Особое внимание уделялось отработке навыков боёв в городских условиях и применению «сводной штурмовой роты» при освобождении населённых пунктов и объектов, захваченных НВФ.
Так, впервые на учениях были задействованы инженерно-штурмовые подразделения ЮВО. По сценарию в их задачу входило разминирование маршрутов выдвижения групп спецназа Пакистана и России и расчистка пути отхода военнослужащих от невзрывных заграждений. Согласно легенде театром военных действий (ТВД) являлась городская местность.
«По проложенному пути к первому этажу здания выдвинулись военнослужащие спецназа, которые окружили объект и захватили здание с заложниками. После того как заложники были освобождены и доставлены в безопасное место, спецназ приступил к зачистке здания от условных террористов», — говорится в сообщении пресс-службы ЮВО.
Из материалов Минобороны РФ следует, что инженерно-штурмовые подразделения можно назвать спецназом Инженерных войск (ИВ) РФ. Как рассказал ранее их начальник генерал-лейтенант Юрий Ставицкий, «такие подразделения комплектуются в основном спортсменами, годными по состоянию здоровья, с высокими физическими возможностями, с закалённым характером».
По словам военачальника, инженерно-штурмовые подразделения должны обеспечивать «беспрепятственное продвижение» по территории противника мотострелковых войск. С точки зрения Ставицкого, деятельность сапёров-штурмовиков позволит «значительно повысить эффективность боевых действий и при этом максимально избежать потерь».
Считается, что «инженерный спецназ» российской армии приспособлен к выполнению задач в условиях огневого воздействия противника. Инженерно-штурмовые подразделения должны уметь освобождать захваченные врагом здания, вести бои в подвалах, тоннелях и других замкнутых пространствах, преодолевать завалы, минные поля, укрепрайоны и иные препятствия, мешающие продвижению наземной группировки войск.
Первое такое формирование появилось в структуре ВС РФ в 2015 году в Муроме (Владимирская область). Там был создан батальон штурма и разграждения инженерных войск. Как пояснил тогда Ставицкий, «опыт чеченской кампании показал, что отсутствие таких подразделений негативно сказывается на результате боя».
Опрошенные RT эксперты полагают, что инженерно-штурмовые подразделения предназначены в первую очередь для городского театра военных действий. По их мнению, Минобороны РФ учитывает опыт не только чеченской кампании, но и современных локальных конфликтов, доказавших необходимость совершенствования тактики ведения боёв в населённых пунктах.
«Как известно, в городе каждый квартал может быть укрепрайоном. Почти любая колонна, военная техника рискуют стать лёгкой добычей пехоты противника — попасть в засаду, стать жертвой минных заграждений. Естественно, войска нуждаются в солидном прикрытии. Насколько я понимаю, на этом поприще инженерно-штурмовым подразделениям отводится как раз главная роль», — сказал в разговоре с RT основатель портала Military Russia Дмитрий Корнев.
По словам эксперта, за рубежом также наблюдается процесс усиления инженерных войск за счёт формирования подразделений, способных брать штурмом здания, вести бои в замкнутых пространствах, разрушать вражеские фортификации и проводить разминирование, находясь под огнём неприятеля.
«Речь действительно идёт о своеобразном сапёрном (инженерном) спецназе, функционал которого позволяет примерно в равной мере выполнять задачи по ликвидации пехоты противника и проведению всего комплекса работ, осуществляемых инженерными войсками. На Западе сейчас появляются подобные подразделения, но для Пакистана, как я думаю, это точно новинка», — отметил Корнев.
По словам специалиста, ещё одной задачей сапёров-штурмовиков является проведение диверсий, в том числе за пределами населённых пунктов. Корнев напомнил, что в один из первых дней учения «Дружба-2021» участники манёвров уничтожили замаскированный командный пункт НВФ, находившийся в горно-лесистой местности.
Как ранее сообщила пресс-служба ЮВО, «спецназовцы скрытно установили заряды общей массой более 10 кг в тротиловом эквиваленте и на удалённой дистанции произвели подрыв». После ликвидации объекта российские военнослужащие показали пакистанским коллегам варианты изготовления самодельных мин, способы их маскировки, обнаружения и обезвреживания.
Кроме того, россияне продемонстрировали зарубежным гостям навыки работы в так называемом «умном доме» — помещении, где, как говорится в материалах Минобороны РФ, «заминированы все объекты: входная дверь, форточка, порог дома, звонок, шкаф, чайник и другие предметы быта». Суть тренировки заключалась в том, чтобы найти документацию, не прикасаясь к заминированным объектам.
«Умный дом» — это новинка учений. Он построен для практического обучения специальных подразделений. Когда, например, группе спецназа поставлена задача зачистить объект от условного противника и найти в нём важные документы, военнослужащие могут прикоснуться к заминированным предметам. Мы проводим занятия и показываем реальные ситуации», — цитирует пресс-служба ЮВО начальника инженерной службы объединения ЮВО полковника Романа Бессмертного.
Как предполагает Дмитрий Корнев, упражнение «умный дом» появилось в результате анализа опыта, полученного в сирийской операции, в ходе которой отступающие отряды террористов массово минировали жилые здания, школы, больницы, склады, промышленные предприятия. Важную роль в разминировании городов арабской республики сыграли как раз российские инженерные войска.
Заминированные помещения, которые имитируют объекты боевиков, уже несколько лет имеются в учебно-тренировочном комплексе Международного противоминного центра ВС РФ в подмосковном Нахабине.
Военнослужащие, которые участвовали в разминировании населённых пунктов Сирии, неоднократно приводили журналистам примеры того, как боевики практиковали самые изощрённые способы закладки взрывчатки: под мины маскировались дверные звонки, книги, игрушки, медицинские шприцы, огнетушители, камни, покрышки, различные блестящие предметы.
В беседе с RT полковник в отставке Виктор Литовкин заявил, что одной из черт локальных вооружённых конфликтов является массовое минирование при отступлении. В этом контексте «умный дом» помогает отработать навыки, которые позволяют военнослужащим проникать и действовать в небезопасном помещении.
«Практика сплошного минирования при отходе не нова, но сейчас возникли дополнительные угрозы в связи с терроризмом. Боевики не гнушаются ставить коварные ловушки, от которых могут пострадать как военные, так и мирные жители. Сейчас военные обязаны учиться распознавать взрывчатку в предметах, не вызывающих на первый взгляд никаких подозрений», — добавил Литовкин.
Оружие и опыт
По сообщению пресс-службы ЮВО, помимо освоения тактических приёмов, которые применяет российская армия, на учении в Краснодарском крае пакистанцы получили возможность ознакомиться с рядом образцов продукции отечественного оборонно-промышленного комплекса. В частности, зарубежным гостям были переданы российское вооружение и экипировка.
29 сентября пакистанцы использовали российский робототехнический комплекс (РТК) разминирования «Уран-6». На манёврах «Дружба» он применялся впервые. Автономная машина преодолела минно-взрывные заграждения и ликвидировала опасность детонации на нескольких объектах.
Также пакистанцы выполняли задачи с использованием бронетранспортёров БТР-82А, модернизированных снайперских винтовок Драгунова (СВД-М), автоматов АК-74М, усовершенствованных пулемётов «Печенег-М» (ПКП-М) калибра 7,62 мм.
8 октября в ходе отработки штурма базы боевиков на полигоне Молькино военнослужащие Пакистана могли наблюдать за работой экипажей разведывательно-ударных вертолётов Ка-52 и многоцелевых винтокрылых машин Ми-8АМТШ «Терминатор».
«Продвижение спецназа и техники (к условной базе НВФ. — RT ) по заминированной местности, лесным завалам обеспечили инженеры ЮВО с применением новейшего робототехнического комплекса «Уран-6», инженерной машины разграждения ИМР-2 и установки разминирования УР-77», — сообщается в материалах ЮВО.
В общении с российскими военными капитан ВС Пакистана Хамад Бен Хасиб заявил, что ему «очень понравилось российское вооружение», и поблагодарил коллег из 49-й общевойсковой армии за демонстрацию навыков борьбы с НВФ.
Виктор Литовкин считает, что Исламабад проявляет особый интерес к богатому опыту проведения контртеррористических операций, который есть у Москвы. В свою очередь, Россия благодаря ежегодному учению «Дружба» получает возможность демонстрировать вооружения, которые может в перспективе закупить Пакистан, рассуждает собеседник RT.
«С 2017 года Пакистан является полноправным членом ШОС — организации, ориентированной на укрепление безопасности в Евразии и борьбу с терроризмом. «Дружба» помогает обмениваться опытом, потому что и россияне наверняка чему-то учатся у пакистанцев, особенно если учение проходит на их территории. На мой взгляд, такое взаимодействие носит взаимовыгодный характер», — подчеркнул Литовкин.