«Сержант Зина» и помощь врачам. Героиней года стала 98-летняя петербурженка
В 2020-м Зинаида Антоновна собрала 4,68 млн руб. в помощь семьям медиков, пострадавших от COVID-19 в разных регионах России. А накануне Нового года стартовала вторая часть её благотворительной акции.
А началось всё с 99-летнего британца Тома Мура – капитана, ветерана Второй мировой. В разгар пандемии он пообещал зрителям в интернете, что до векового юбилея сделает сотню кругов по своему саду, чтобы собрать деньги врачам Великобритании. Передвигается ветеран с ходунками. Однако, поняв, что прогулки приносят хорошие дивиденды, он сделал 200 кругов. И собрал больше 30 млн фунтов стерлингов. Чем заслужил массу почётных званий, в том числе «Гордость Британии». И был посвящён в рыцари.
Вдохновившись примером союзника, ветеран-зенитчица Зинаида Корнева решила каждый день до 9 Мая рассказывать на своём YouTube-канале истории о войне, чтобы помочь семьям медиков, пострадавших от COVID-19 в России. Тогда умерли врачи в военном госпитале Петербурга. А о работе докторов она знает не понаслышке: дочь и внучка – стоматологи. Было желание собрать хотя бы 300 тыс. руб. Однако эту сумму интернет-пользователи перечислили за сутки. В следующие 2 дня она возросла до 1 млн, через 2 недели достигла 3 млн. Стало понятно, что дело надо продолжать. Сначала по 30 тыс. руб. получили родные врачей Петербурга. Потом деньги стали отправлять в другие регионы. В итоге было охвачено 154 семьи от Калининграда до Петропавловска-Камчатского. О бабушке написали ведущие мировые СМИ и информагентства.
Носки для капитана
В семье не ожидали такого успеха – весна была тяжёлой: кто-то потерял в зарплате или вовсе остался без работы, многие похоронили близких... Но, оказалось, даже в подобной ситуации люди готовы помогать. Тем более если речь о врачах, попавших, как во время войны, на передовую. Они сутками не снимали «скафандры», работая в «красной» зоне. Не встречались с родными. Теряли здоровье. И жизни.
Серия видеоисторий «сержанта Зины» началась с обращения к капитану Муру: «Том, вы... настоящий солдат! Мы вместе с вами победили в 1945-м фашизм, а сейчас вместе боремся с этим вирусом. Я хочу сделать вам подарок ко дню рождения – связать носки. Пусть они, с любовью из России, согревают вас... Обнимаю вас! Вместе мы победим». Пообещать капитану обойти сад сто раз сержант не могла – после перелома шейки бедра и операции Корнева не выходит на улицу. По дому, как и Мур, передвигается с помощью ходунков. Однако сержантские истории о войне понравились зрителям не меньше капитанских прогулок. Позже нашим коллегам в Лондоне удалось организовать видеосвязь с Томом Муром. Перед камерой британский капитан сидел с носками, связанными русским сержантом Зиной. Благотворительность захватила обоих. Родные заметили, что бабушка стала лучше себя чувствовать. Но главное – скольких вдохновила на помощь! Сегодня у её канала 23,4 тыс. подписчиков. 23 ноября Президент России наградил Зинаиду Корневу знаком отличия «За благодеяние». А накануне Нового года ветеран Сталинградской битвы выпустила в свет книгу «Сержант Зина», в которой рассказала о себе, о войне. И о врачах, погибших в борьбе со страшной заразой XXI в.
Первым федеральным СМИ, которому Зинаида Антоновна предоставила право напечатать отрывки, стал «АиФ».
«К вечеру подошла подвода с боеприпасами, которую я должна была сопровождать. Когда совсем стемнело, мы услышали звуки моторов тяжёлых машин. Двигалась большая автоколонна. Но... в сторону нашего тыла. Поползла по-пластунски к шоссе. Раздвинув руками колосья, прямо перед собой я увидела грузовик с фашистской свастикой. Около кабины стояли люди. Если бы протянула руку, я бы могла коснуться рукой сапога немца. Поползла задним ходом обратно до повозки, поднялась и говорю шёпотом вознице: «Немцы». Вскоре машины двинулись. Тронулись и мы. Когда начало светать, увидели село. У дороги стояли женщины. Я спросила, видели ли они наших. «Девочки здесь проходили ещё днём, а ночью появилась немецкая колонна». Вскоре мы вышли к своим. Девочки рассказали, что про меня спрашивал командир роты. Спросила, зачем искал. Ответил: «Уже не надо. Вместо тебя послали другого человека». На новых позициях был сформирован пост из девяти человек. Не успели они устроиться, как пришли разведчики: «Нужно отступать, фашисты близко». Но было поздно. Эти девять человек уйти не успели. Всех расстреляли немцы. Когда нашли трупы девчонок, оказалось, что они были не просто убиты, а изуродованы. А ведь я должна была быть в этой команде! Только что в одном месте я еле уползла по полю от фашистов, а когда спаслась, снова чуть не попала к ним. Это ко мне смерть приходила два раза в один день, но Бог не допустил»*.
А война всё снится
С распространением книги связаны сейчас все мысли «сержанта Зины». Хотя остаётся время и на чтение, и на политические телепрограммы. «Расслабляться нельзя, надо всё время быть в движении, – поделилась с «АиФ» секретом долголетия ветеран. – Потихоньку обслуживаю себя: разогреваю еду, мою за собой посуду, штопаю или вяжу». А потом добавила, что и сегодня, спустя 75 лет, война ей «другой раз снится». Обычно видит мужа Бориса, с которым познакомилась на фронте и прожила 36 лет – до его смерти.
«Попали в окружение. Три калмыка, которые у нас служили с лошадьми, удрали с повозками и остались у немцев. Приходилось всё вешать на себя – винтовку, патронташ, противогаз, шинель в скатке, котелок, кружку. Кругом степи. Шли только по ночам. Днём лежали в бурьяне и в колючках, где ползали ящерицы. Ноги были растёртые до крови. Иногда попадались поселения. Калмыки жили в землянках. Мы входили, а на ноги набрасывались чёрные блохи. Тогда, под Сталинградом, у нас не было ни женских вещей, ни предметов гигиены. Всё вытерпели. Мой будущий муж в это время собирал по степи тех, кто потерялся. 25 человек вывел без единой потери. Встретил он и нас. За время поисков его сапоги так износились, что подошвы оторвались, и он подвязал их телефонным кабелем, чтобы не идти по колючкам. Таким я и увидела будущего жениха: в белой от солнца гимнастёрке и сапогах, подвязанных кабелем. Летом 1942 г. мы несли большие потери. Людей из нашей роты, благодаря моему Боре, удалось сохранить. Но два политрука, две женщины-москвички погибли. У бойцов были медальоны, а у наших девчонок... памятки. Когда мы начали отступать, нас посадили на дорогу: «Пишите адреса и кладите в комсомольские билеты, чтобы знать, куда посылать, если погибнете». Мы поняли, что такое война, когда сидели на дороге в Калмыкии и писали свои адреса на клочках бумаги»*.
Работа над книгой шла несколько месяцев – бабушка диктовала, родные переводили аудиозапись на бумагу. Летом денежных поступлений стало меньше. А медработников, подхвативших вирус, сегодня уже 700. Так что вырученные от продажи книги средства пойдут тоже их семьям.
«Фронт отступал к Сталинграду. Шли кровопролитные бои, оружия не хватало. Однажды к нам подъехал грузовик, нагруженный грязными и ржавыми винтовками, собранными с полей. Пехотинцы попросили нас почистить их, привести в порядок. Каждой из нас дали по три винтовки. Шомпола у нас были, а ветоши – не было. Конечно, мы задание выполнили, но руки были в кровавых мозолях. Тоня, наш военный фельдшер, говорила нам: «Девчонки, как же я буду вас теперь лечить?..» Командование просит помочь выкопать «ячейки самообороны», попросту – окопы. Нужно сделать это очень быстро. Нам раздали сапёрные лопатки, этими лопатками мы и копали до кровавых мозолей на руках. Нужно было вырыть ямку с маленьким бруствером. Бойцы подбегали, ложились в них, а бруствер – это упор для винтовки, который к тому же предохраняет немножко голову. Так мы вместе отступали, такая была дружба, взаимопомощь, такое было наше поколение. Мы, девчонки, помогали пехоте. Пехотинцы не имели права нам приказывать, могли только попросить помочь – очистить старое оружие, выкопать окопы. И мы им помогали! Около землянок, где мы ночевали, у нас тоже были окопы, и мы тоже оборону держали, отстреливались. Не знаю, попадали или нет, но защищались, потому что на нас напали на нашей земле»*.
Чтобы близкие не болели, чтобы был мир и поскорее закончилась пандемия – вот и всё, о чём мечтает сегодня «сержант Зина». Так мало. И так много...
*Публикуется с сокращениями.