Операция «Дети»

По поручению командования партизанского соединения "Батя", разведчица Матрёна Исаевна Вольская должна была вывести с оккупированной территории Смоленской области несколько тысяч детей и подростков в тыл.

Им предстояло пройти более 200 километров по лесам и болотам Смоленщины через линию фронта к станции Торопец Калининской (Тверской) области, чтобы оттуда эшелоном отправиться в тыл.

Как это было.

Инициатором и главным организатором такой операции становится командир партизанского соединения Н.З. Коляда, многим известный просто как Батя. Планировалось вывести тысячу, в самых смелых надеждах, – две тысячи детей. Подготовка операции велась в строжайшей секретности.

Главным действующим лицом предстоящей операции была назначена Матрёна Исаевна Вольская.

Мотя (Матрёной Исаевной её называли только в школе) окончила Дорогобужский педагогический техникум и преподавала в начальной школе в деревне Басино Духовщинского района.

Мотя размножала и распространяла сводки Совинформбюро и листовки, собирала оружие, занималась разведкой. С начала сентября по ноябрь 1941 года в доме Вольских была конспиративная квартира секретаря Духовщинского райкома партии Петра Цуранова.

Связь с партизанами осуществлялась через Мотю, в отряде её знали по кличке Месяц. В конце ноября 1941 года подпольная группа (и Мотя в том числе) ушла в партизанский отряд. В отряде она была разведчицей, участвовала в боевых действиях. За одну из операций в 1942 году Матрёна Вольская была награждена орденом Боевого Красного Знамени.

Активная участница партизанского движения, Мотя и представить себе не могла, что ей вскоре придётся более 200 км по лесам и болотам Смоленщины вести через линию фронта многотысячную колонну детей к станции Торопец Калининской (Тверской) области, чтобы оттуда эшелонами переправить их в Горький (Нижний Новгород). Именно эту задачу поставил перед ней лично Н.З. Коляда.

"Операция "Дети" была согласована с Москвой, группа партизан помогала преодолевать минные поля, находить проход в болотистой местности.

В том, что операция предстоит сложнейшая, Вольская убедилась уже 22 июля, в первый день похода.

Перед ней стояла тысячная толпа детей с узелками, со слезами на глазах, крепко обнимающая своих родителей. Они прощались, не зная, куда их отправляют и удастся ли им вновь увидеть свой дом…

Путь до Торопца занял десять дней. Колонна детей растянулась на несколько километров. Моте приходилось прикладывать неимоверные усилия, чтобы как-то её контролировать. В этом ей помогали учительница В.С. Полякова и медсестра Е.И. Громова, а также ребята постарше, назначенные ею в помощники, в первую очередь командиры отрядов, на которые была разделена колонна.

Ночью, когда дети отдыхали, она уходила на десятки километров вперёд, чтобы разведать дорогу. В первый же день на след колонны напал вражеский самолёт-разведчик. Вскоре с неба посыпались листовки с угрозами, а на следующий день – бомбы. Запланированный маршрут пришлось в срочном порядке менять. Шли ночами по заросшим лесным дорогам.

С каждым днём количество подопечных у М.И. Вольской увеличивалось. К ним то и дело примыкали группы детей из разграбленных и сожжённых местных сёл и деревень.

Через несколько дней в колонне насчитывалось уже более двух тысяч (!) человек.

Те скромные запасы еды, что дети взяли с собой в дорогу, скоро закончились. В ход пошли лесные ягоды, подорожник, заячья капуста, одуванчики.

Сложнее обстояло дело с питьевой водой. Большинство водоёмов, попадавшихся на пути, были отравлены трупными ядами или заминированы. Дети слабели.

Мотю усталость просто валила с ног. Она практически не спала уже несколько дней. Ноги отекли и сильно болели. Стал беспокоить будущий ребёнок. Но расслабляться было нельзя.

В Торопец они пришли 1 августа совершенно обессиленные. Там к ним присоединилось ещё около тысячи детей. Так что в ночь на 5 августа, когда за ними наконец-то пришёл состав, ребят насчитывалось 3240 человек.

Им пришлось ехать в разбитых, шумных, продуваемых теплушках, в каждой из которых на нарах размещалось по 50-60 человек. На крыше каждого вагона крупными буквами было написано «Дети», но налёты фашистской авиации на эшелон в прифронтовой полосе не прекращались. Несколько раз ребята становились свидетелями воздушных боёв: советские истребители не подпускали немецких стервятников к поезду.

Еды всё так же не хватало. На станции Бологое для детей было приготовлено 500 килограмм хлеба, испечённого из жмыха, картофеля и мякины. Но что такое эти пятьсот килограмм на три тысячи голодных ртов — по 150 грамм! И как обрадовались ребятишки, что стоявшие в соседнем эшелоне красноармейцы решили поделиться сухарями, дали 100 килограмм.

Каждый ребёнок получил почти по целому сухарю! Радости войны…

Сначала им сказали, что везут на Урал. Но Матрёна Вольская поняла: живыми многих не довезти! Большинство ребят были измождены до последней степени, как, впрочем, и сопровождавшие детей женщины. Матрёна отправила с дороги телеграммы в Москву, Горький, и в городе на Волге откликнулись на её просьбу-мольбу.

«Дети имеют ужасный вид, совершенно не имеют одежды и обуви, — было записано в акте приёмки. — Приняли от Вольской 3225 детей».

Они имели ужасный вид, но всё-таки остались живы, почти все.

Кто-то из них после войны вернулся в родные края, кто-то остался в Горьком, Дзержинске, Балахне, Муроме, Выксе, на Бору, в Городце…

Матрёна Исаевна Вольская была направлена на работу в Городецкий район.

И с начала 1943 года до конца 1976 учебного года работала учителем начальных классов в Смольковской средней школе.

Насколько известно, с теми, кого выводила она из смоленских лесов, встретилась она за год до своей смерти — в 1977 году.

Впоследствии участники знаменитого перехода неоднократно приезжали в Смольки, приезжала и единственная из трёх оставшаяся в живых руководительница колонны Варвара Сергеевна Полякова.

Источник: vk.com