Ягодные дискуссии: как спасти одну из самых пострадавших от санкций отраслей экономики?

Зампред карельского правительства Дмитрий Родионов еще весной назвал наиболее пострадавшими от санкций в сфере малого бизнеса предприятия, занимавшиеся поставкой и переработкой ягод и грибов в Европу. Переработчики дикоросов лишились основного рынка сбыта – европейские страны существенно сокращают импорт дикоросов из России и Белоруссии.

Политика делает ягоды токсичными

Санкции на сельхозпродукцию не наложены, но ее ввоз автотранспортом с российскими номерами через границу с Евросоюзом невозможен. Участники рынка и эксперты отрасли в оценке этой ситуации практически единодушны.

«Платежи напрямую совершать мы не можем. Приходится работать реально в минус, и долго это продолжаться, конечно, не может», — констатирует Владимир Романчук, гендиректор карельской компании «Фрешберри», специализирующейся на заготовке и очистке дикорастущих ягод и грибов.

Не менее категоричен в оценке происходящего с рынком управляющий директор компании «Ягоды Карелии» Александр Самохвалов:

«Русские ягоды стали токсичными, как и все русское в Европе. Если у европейских компаний есть возможность обойтись без русских ягод, а у них она есть, то они это делают и будут продолжать. Поэтому экспорт всего российского, в том числе и ягод, сворачивается, и будет сворачиваться системно».

Управляющий партнер организации «Союз заготовителей и переработчиков дикоросов» Андрей Михайленко (Новосибирск) отмечает, что особенно острая реакция наблюдается от европейских ритейлеров (розничная торговля), которые контролируют непосредственные продажи конечному потребителю. Как правило, чем больше компания, тем больше она подвержена влиянию общей политики.

«Западные компании иногда всё-таки пытаются скрыть российское происхождение приобретаемой продукции. И переработчикам дикоросов приходится искать лазейки для того, чтобы продвинуть свою продукцию на привычные рынки сбыта, но в долгосрочной перспективе речь идет о поиске новых устойчивых рынков среди стран, не присоединившихся к санкциям против России и способных обеспечить платежеспособный спрос», — указывает Андрей Михайленко.

Сборщиков ждут убытки

В свою очередь, президент Союза переработчиков дикоросов «Национальный энергоресурс» Юрий Рудаков (Москва) отмечает, что на фоне осложнений логистики и финансовых транзакций компаниям приходится перестраиваться на внутренний рынок, но здесь есть свои подводные камни.

«Европейцы платили где-то авансом, где-то по факту сразу, поэтому теперь главный вопрос — это финансирование закупочной компании. Компаниям нужны деньги, чтобы закупить дикоросы, переработать и продать на внутреннем рынке. Помочь могли кредиты, но высокая процентная ставка делает продукт более дорогим и снижает потребительскую способность. Соответственно, по всей цепочке у всех будут убытки, и люди, которые в тайге собирают дикоросы, в первую очередь не получат свой доход», — отметил Юрий Рудаков.

С тем, что пострадавшими могут оказаться все участники отраслевой цепочки, согласен и генеральный директор группы компаний «Русберри» Максим Ромашко (Санкт-Петербург).

«Экспорт дикорастущих ягод в Европу остановлен. Отрасль потеряла большой рынок сбыта. Безусловно, это окажет негативное влияние как на производителей, так и на рядовых сборщиков ягод», — заявил он.

Чистить или нет — вот в чем вопрос

Ещё до начала нынешнего санкционного кризиса из кулуаров федеральной власти поступала информация, что в качестве одной из мер поддержки отрасли рассматривается запрет на экспорт в Европу неочищенных дикоросов. Несмотря на то, что в нынешних условиях такое решение фактически потеряло свою актуальность, реакция большинства экспертов даже на обсуждение перспективы подобных запретов весьма показательна.

«Профессиональное сообщество заготовителей и переработчиков дикоросов рассматривало такие меры, как ограничение необработанного экспорта. Но к таким вопросам нужно очень аккуратно подходить. Допустим, свежая лисичка сама по себе уже является конечным продуктом. Подобная ситуация может быть и с ягодами», — уверен Юрий Рудаков.

Александр Самохвалов из компании «Ягоды Карелии», в свою очередь отмечает, что ограничить вывоз дикорастущего сырья в необработанном виде было бы неплохо, но фактически это сделать невозможно.

«Нет критерия, по которому можно определить, что есть очищенное, что неочищенное. Один процент с листочками, три процента. Что есть очищенные грибы, что есть не очищенные? В чем критерии очищенности? Это сделать невозможно. Вот и вся история».

В гипотетическом запрете на вывоз неочищенного сырья для крупных производителей, возможно, больше позитивного, поскольку мелкие игроки будут вынуждены воспользоваться услугами сортировки, отмечает Максим Ромашко из компании «Русберри».

При этом он отметил, что для независимых оптовиков-экспортёров эта ситуация, безусловно, негативная.

«Это приведёт к существенной потере выручки. В то же время, за границей есть покупатели, которым и не нужно, чтобы ягоду чистили. Соответственно, запрет приведёт к потере части рынка. Лучший регулятор — это конкуренция, рыночные отношения. Поэтому лучше не трогать законы экономические, и в идеале оставить все как есть», — подчеркивает Максим Ромашко.

На негативные последствия ограничений на вывоз сырья указал и Андрей Михайленко («Союз заготовителей и переработчиков дикоросов»).

«Это может отразиться на самозанятом населении в далеко не самых благополучных регионах для проживания, а это люди, для которых сезонный сбор дикоросов является весомым вкладом в личные бюджеты. Кроме того, каким образом будут разграничиваться категории продукции? Ягода с первичной обработкой, очищенная от сорной примеси, будет считаться сырьем или нет? Тут очень тонкая грань, и лучше, чем рынок, этот вопрос не решит никто».

Учредитель компании по заготовке и переработке северных ягод «Кольский край» Владимир Рубановский (Мурманск) и вовсе называет возможные ограничения на вывоз неочищенного сырья ударом по бизнесу.

«Я против ограничения по экспорту, потому что мы должны завоевывать мир. Например, энергоносители сейчас почему мы продаем в сыром виде? Потому что нам это выгодно. Я такой же предприниматель, и мне это выгодно, а что выгодно мне, выгодно и государству. Потому что малый и средний бизнес — это основа экономики», — заявил бизнесмен.

Более лоялен к такой идее оказался директор компании «Русбана», специализирующейся на поставке оборудования для переработки фруктов и овощей, Вадим Заднипрянец (Москва), однако и он в итоге указал на трудности нынешней ситуации на рынке:

«Продавать ягоды в другие страны можно только в очищенном виде, так как это добавленная стоимость и уважение к клиентам. На западе минимум два типа сортировщиков ставят в линию: камеры и лазер. Это уже стандарт. А топовые производители ставят ещё и рентген. Потребитель спокоен, что в его желудок не попадёт камушек, стекло, ветка и другой мусор. Нужно уходить от примитива.

Забыть нужно про экспорт и сконцентрироваться на глубокой переработке для наших покупателей в России. Применяя самые современные системы контроля качества, начать уважать своего, местного клиента и давать рынку самые высокие стандарты качества. Глубокая переработка даст возможность получить максимальную добавленную стоимость и разложить риски».

Почем кредиты?

Предсказуемое единодушие наших экспертов при обсуждении рецепта спасения отрасли в нынешних реалиях понятно. Заготовительный сезон очень короткий, а реализация переработанных дикоросов растягивается на весь год. Поэтому самая актуальная проблема в этом бизнесе – кредиты, точнее – их цена.

Максим Ромашко (компания «Русберри») указывает, что «стоимость денег в этом бизнесе – один из ключевых факторов, потому что в структуре себестоимости продукции это — большая статья».

На нынешнюю ставку рефинансирования, как на главную проблему ссылается Владимир Рубановский («Кольский край»).

«Мне нужна помощь государства, чтобы оно приветствовало таких, как я, и чтобы мы имели возможность брать оборотные средства, не удушающие нас», — подчеркнул он.

Крайне негативным фактором назвал кредиты на оборотные средства под нынешние процентные ставки Владимир Романчук («Фрешберри»).

«Сейчас мы слышим о том, что нам сделают льготную ставку в районе тех процентов, что были до кризиса, но это на самом деле не льготная, это обычная ставка, которая нам высока, поэтому если мы говорим о приемлемой льготной процентной ставке, то она должна быть в районе 4-5%», — отметил Владимир Романчук.

На опыт работы банков с бизнесом у наших соседей из Скандинавии ссылается Александр Самохвалов («Ягоды Карелии»).

«Если в Швеции у наших конкурентов кредит 0,1%, то нам с нашей ключевой ставкой тягаться с ними сложно. Нужно делать кредиты доступными и не порочить репутацию российских компаний и России. Все остальное от лукавого».

Юрий Рудаков из Союза переработчиков дикоросов «Национальный энергоресурс» назвал цены кредитных денег главным вопросом закупочной кампании 2022 года.

«Мы отправили в российское правительство предложение о выделении кредитования, либо о поиске другого способа финансирования для отрасли. Запрос этот порядка 15-18 миллиардов рублей. И конечно процентная не должна превышать 5%», — уверен Юрий Рудаков.

К необходимым сейчас решениям, помимо доступа к дешевым кредитам, Андрей Михайленко из «Союза заготовителей и переработчиков дикоросов» отнес также смягчение правил оценки заемщика со стороны коммерческих банков.

«Сейчас банки наверняка будут очень осторожно смотреть на те компании, которые специализировались на экспорте. Пока мы это не решим, отрасль не сможет развиваться такими темпами, которые могут быть востребованы государством», — подытожил наш собеседник.

Резюмируя, можно сказать, что в условиях продолжающегося внешнего экономического давления все стороны процесса – бизнес, государство и банки – должны как можно скорее найти приемлемые для всех экономические механизмы. В том числе, и новые рынки сбыта. Например, правительство Карелии сейчас ведет активные переговоры с несколькими странами, среди которых Иран и Армения.

Запись Ягодные дискуссии: как спасти одну из самых пострадавших от санкций отраслей экономики? впервые появилась "Республика".