Барбаросса - план Гитлера по нападению на СССР кратко
22 июня 1941 года вторгнувшиеся в Советский Союз войска Третьего рейха и его союзников приступили к реализации плана «Барбаросса». И уже 3 июля начальник Генштаба сухопутных войск Германии Франц Гальдер написал в своём дневнике: «Не будет преувеличением сказать, что кампания против России выиграна в течение 14 дней». Но Гальдер ошибся.
Почему провалился план Барбаросса?
Весть о приходе Гитлера к власти (1933) политические круги Запада встретили с плохо скрываемым одобрением: ведь теперь можно было не опасаться союза между русскими и немцами.
Сначала был «Морской лев»
Серьёзное беспокойство появилось только в 1938 году (после аннексии Австрии и Судетской области), но и тогда западные политики питали надежду, что расширяться Германия будет только в восточном направлении.
То, что на запад Германия может расширяться так же, как и на восток, в Париже «и Лондоне поняли слишком поздно. Сталин понял это чуть раньше, успев заключить пакт с Гитлером и выгадав для подготовки к войне почти два полных года. Выгадал бы и больше, но трудно было представить, что Германия так быстро разгромит Польшу, Норвегию, Данию и особенно такую, без преувеличения, великую державу как Франция.
Именно разгромив летом 1940 года Францию, Гитлер оказался на распутье.
По логике, прежде чем обрушиться на СССР, следовало разобраться с засевшими на своём острове британцами, а также их протеже на Балканах — Югославией и Грецией.
Однако попытка бомбёжками принудить англичан к капитуляции закончилась неудачей. Началась разработка операции «Морской лев», предполагавшей полномасштабное вторжение на Британские острова. Но Гитлер опасался, что Сталин в этот момент сможет нанести ему удар в спину. А британское правительство через своих агентов внедряло эти опасения в сознание Гитлера и стремилось направить его энергию именно в восточном направлении.
И фюрер решил рискнуть: ведь, в отличие от Первой мировой войны, Германия контролировала почти всю материковую Европу.
Важный момент заключался в том, что, отодвинув западную границу СССР за счёт захваченных у Польши районов, Сталин получил дополнительное «предполье» для организации обороны. Прежняя линия укрепрайонов, носившая его имя, начала демонтироваться, а взамен, ближе к новой границе; создавались новые укрепрайоны, составлявшие так называемую «линию Молотова».
Зимняя война с Финляндией (ноябрь 1939-го — март 1940-го), казалось, подтвердила тезис о слабости Красной армии, хотя разгром, который советские войска чуть раньше учинили японцам на Халхин-Голе, показывал, что не такая уж она и слабая.
Многое в назревавшей войне определяли эмоции. Советский Союз был для Гитлера — воплощением — ненавистного славянства — расы, которую следовало уничтожить либо обратить в рабство. И эта страна становилась для него всё более опасным противником. Летом 1940 года бескровно были включены в состав СССР отобранная у Румынии Бессарабия, а также три прибалтийские республики — Эстония, Латвия и Литва. Таким образом, Красная армия получила дополнительные форпосты на севере и на юге.
Если передачу Эстонии и Латвии Гитлер и Сталин согласовывали ранее, то требования уступки Литвы и Бессарабии Сталин выдвинул в момент, когда немцы занимались разгромом Франции и просто не имели ресурсов, чтобы это требование оспорить. Наверное, фюреру было немного обидно, что он не смог защитить своих румынских клиентов, хотя, рассчитывая получить компенсацию, румыны только крепче к нему привязались.
Граница по Волге, Уралу или Енисею?
18 декабря 1940 года Гитлер подписал директиву №21 верховного главнокомандования вермахта, получившую условное наименование «Вариант Барбаросса».
Судя по всему, к окончательному решению напасть на СССР его подвёл визит Вячеслава Молотова в Берлин, состоявшийся месяцем раньше. Глава советского правительства чётко дал понять, что связывать себя военным союзом с Гитлером Москва не намерена.
То, что план был назван в честь германского императора Фридриха Барбароссы, обычно объясняют якобы особым интересом этого правителя к борьбе против славянства. На самом деле, главными для Барбароссы всегда были дела на западе и на юге, но секретным планам обычно дают такие названия, которые не связаны с их содержанием.
«Вариант Барбаросса» предусматривал разгром Красной армии за 8-10 недель, по истечении которых вермахт должен был выйти на рубеж Архангельск-Волга-Астрахань. Дальнейшее продвижение не предусматривалось, но, поскольку Урал в таком последним крупным промышленным центром страны, его собирались постоянно «прессовать» силами люфтваффе.
Гитлер вроде бы собирался возвести на линии Архангельск-Волга-Астрахань некий аналог Великой китайской стены, но всё поменялось бы при вступлении в войну Японии. В таком случае Гитлер собирался делить Советский Союз с самураями либо по Уралу, либо восточнее — по Енисею.
Кавказ и Закавказье предполагалось захватить ради имевшихся в регионе месторождений нефти, но вопрос о дальнейшем продвижении в Иран предполагалось решать по ситуации.
На оккупированных территориях собирались создать четыре больших рейхскомиссариата — «Украина», «Остланд» (Прибалтика и Белоруссия), «Кавказ», а также «Московия», включающий собственно русские территории.
Режим оккупации в «Барбароссе» не обозначался, но некоторое внимание уделить ему стоит.
Переселенцы из Германии получали поместье с рабами из местного населения, причём численность этого населения собирались планомерно сокращать не столько даже репрессиями, сколько голодом и стерилизацией. Евреи и цыгане подлежали уничтожению полностью, но продемонстрировавшие преданность Германии малые народы могли рассчитывать на определённые преференции в форме автономий.
Москва и Ленинград подлежали уничтожению сразу после их захвата, поскольку кормить тамошних жителей немцы не собирались.
Приступить к реализации «Барбароссы» немцы собирались в середине мая, с таким расчётом, чтобы до наступления холодов обязательно выйти к указанной в плане линии.
При всей «бесноватости» фюрер обладал неплохим стратегическим мышлением. И скорее всего он знал слова Наполеона: «Если я возьму Киев, то схвачу Россию за ноги, если я возьму Петербург, то ударю её в голову, а если я возьму Москву, то поражу её в самое сердце». Правда, пример самого Наполеона был не слишком удачен, однако за прошедшие 130 лет многое изменилось. В 1941 году Москва была не только бывшей, но и фактической столицей, Гитлер действительно имел все основания полагать, что с её падением Россия будет поражена в самое сердце.
Соответственно, решающая роль отводилась группе армий «Центр» (командующий — Фёдор фон Бок), которой предстояло взломать советскую оборону в Белоруссии и, соединившись затем с группой армий «Север» (Вильгельм фон Лееб), развернуть наступление на московском направлении.
Группе «Север» до соединения с «Центром» предстояло захватить Прибалтику, овладеть Ленинградом, а также совместно с финнами перекрыть выход к единственным доступным для СССР морским коммуникациям в Арктике (через Мурманск).
Группа «Юг» (в которую входила румынская армия) должна была овладеть Крымом и Киевом, причём действовать самостоятельно, как минимум до падения Москвы, не рассчитывая на поддержку «Центра».
Почему Сталин ошибся в начале войны?
Важнейшим условием немцы считали обеспечение так называемой. «тактической внезапности», при которой до русских как можно позже должно было дойти, что нападение неизбежно. Осознав эту неизбежность за двое-трое, а ещё лучше — за сутки до начала боевых действий, они просто не успели бы передислоцировать крупные массы своих войск таким образом, чтобы смешать планы вторжения.
Не располагая подавляющим численным превосходством, немцы собирались сосредотачивать войска на ключевых направлениях. Далее, в соответствии с методикой блицкрига, в прорывы вводились танковые части, наносившие глубокие охватывающие удары и окружавшие крупные группировки противника. Такая схема обеспечила разгром Франции, а уж в России моторизованным частям было где разгуляться.
Для, успокоения Сталина придумали объяснение о том, что переброска войск к западным границам СССР представляет собой отвлекающий манёвр перед вторжением в Англию.
Поскольку для подготовки к войне ему требовался год, а ещё лучше — два года. К тому же разведисточники сообщали разное: и «дезу», подкинутую немцами, и печальную правду. Но в начале апреля в Югославии произошёл антигерманский переворот, и Гитлер приказал оккупировать эту балканскую страну, а заодно и находившуюся в союзе с британцами Грецию. Вопрос решили за месяц, но на месяц пришлось сдвинуть и план «Барбаросса».
Агенты, указывавшие сроком вторжения середину мая (включая легендарного Рихарда Зорге), о переносе сообщили, но у Сталина появился повод им не поверить. И от печальной реальности он, подобно страусу, прятал голову в песок вплоть до вечера 21 июня. Ушедшая в войска директива о приведении частей в боевую готовность, во-первых, не вызывала у подчинённых уверенности, что война неизбежна, а во-вторых, было уже слишком поздно.
Нанесённые на рассвете массированные бомбовые удары по советским аэродромам в первые сутки войны фактически оставили Красную армию без авиационного прикрытия, что, в свою очередь, обеспечило захватчикам превосходство в наземных сражениях.
Блицкриг был отработан немцами до совершенства. Численное превосходство тоже было на их стороне. Вермахт выставил более 4 миллионов, союзники — около 800 тысяч. В западных военных округах у Красной армии было 2,8 миллиона. Правда, по бронетехнике Красная армия превосходила врага, но только на бумаге. Подавляющее большинство машин находились в ремонте, имевшиеся в строю быстро ломались, бензина не хватало.
Вдобавок командование приграничных округов действовало настолько бестолково, что некоторые исследователи подозревали его чуть ли не в измене. Применительно к отдельным генералам такая версия имеет право на существование, но разветвлённого заговора не было: скорее, непрофессионализм и растерянность. Допустивший самые катастрофичные промахи командующий Белорусским военным округом Дмитрий Павлов, отправляясь в Москву и понимая, какое наказание ему грозит, всё-таки не пытался перебежать к противнику, который, по справедливости, должен был наградить его пожизненной пенсией.
Командовавший войсками на Украине и проигравший битву за Киев Михаил Кирпонос погиб в рукопашном бою смертью храбрых. Допустивший массу ошибок при обороне Прибалтики генерал-полковник Фёдор Кузнецов, хотя и был понижен в должности, продолжал тянуть фронтовую лямку, так и оставшись до конца воины генерал-полковником.
Что пошло не так?
Но почему же при бодром старте, отражённом в дневнике Гальдера, план «Барбаросса» к концу года не был реализован?
Уже в середине июля 1941-го программа начала давать сбои. Группы «Центр» и «Север» не смогли взять в кольцо отступающие из Прибалтики советские части.
25 июля танковая группа Гудериана застряла в районе Смоленска. Вместо того, чтобы затыкать все дырки, маршал Семён Тимошенко заткнул самую важную — у города, считающегося «ключом к Москве». К началу сентября Смоленскую битву немцы всё же выиграли, но эта победа оставила у них горькие чувства. Внимание Гитлера переключилось на северное и южное направления, куда были переброшены отобранные у фон Бока пять танковых и три пехотных корпуса. Группе «Центр» пришлось перейти к обороне, а советские войска получили передышку. Эту ошибку многие немецкие военачальники считали одним из тех роковых решений, которые предопределили поражение Германии.
Осуществив перегруппировку, немцы сумели одержать эффектную победу под Киевом, но так и не справились с Ленинградом. И только в середине сентября, когда время уже было упущено, Гитлер снова вернул танковые группы на центральное направление.
Но и советское командование успело стянуть к столице дополнительные силы. 5 декабря началось контрнаступление, в ходе которого враг оказался отброшен от Москвы на 100-250 километров.
Гитлеру пришлось издать «стоп-приказ» и, отстранив главнокомандующего сухопутными войсками генерал-фельдмаршала Браухича, принять на себя командование. На севере вермахт потерпел поражение под Тихвином. На юге — у Ростова-на-Дону и под Керчью.
План «Барбаросса» был сорван окончательно. Война пошла по другому сценарию.
Призрак Карла XII
В июне 1941 года самой читаемой книгой у германских генералов и офицеров были мемуары соратника Наполеона Армана де Коленкура «Поход на Россию в 1812 году». Из них, например, можно было узнать о том, что в 1812 году наибольшей популярностью среди французского генералитета пользовалась биография свернувшего себе шею в России Карла XII (пера великого Вольтера).
Журнал: Загадки истории №25, июнь 2021 года
Рубрика: Историческое расследование
Автор: Дмитрий Митюрин