Мамонтовы. Приучать народ к красивому

Можно сколько угодно отрицать роль личности в истории, но нельзя не признать, что бывают люди, благодаря которым события начинают развиваться по принципиально новому пути. Материал profiok.com посвящён Савве Мамонтову – человеку, открывшему для потомков Врубеля и Серова, Даргомыжского и Мусоргского, Васнецова и Шаляпина. Успешному предпринимателю, дерзнувшему строить железные дороги «в никуда» и беззаветно верившему в богатство русских просторов, русской культуры и русской души.

Из крестьян – в предприниматели

Род Мамонтовых известен с XVIII века. Жили они в городе Ялуторовске, это территория современной Тюменской области. Иван Фёдорович Мамонтов, крестьянский сын, занимался не слишком уважаемым, но весьма доходным промыслом – винными откупами. Суть бизнеса была в следующем: на территории губернии или уезда организовывалась торговля водкой. Налог платился государству заранее, а объём получаемой прибыли зависел от активности и удачливости организатора торговли. Заработав миллион рублей, Иван Фёдорович стал купцом I гильдии и в 1840-х годах переехал в Москву, где начал вести самые разнообразные дела.

Иван Мамонтов наряду со многими предпринимателями того времени развернул добычу нефти в Азербайджане, причём стал бурить скважины на море ещё до того, как американцы стали добывать нефть на шельфе Мексиканского залива. Именно при Мамонтове в Москве появились первые газовые магистрали, а на улицах были установлены тысячи газовых фонарей.

Мамонтовы жили недалеко от Ярославского шоссе, по которому во время постов в сторону Троице-Сергиевой Лавры шли паломники. Прикинув, сколько народу передвигается по этому маршруту, Иван Фёдорович построил железную дорогу от Москвы до Сергиева Посада, открывшуюся в 1862 году. Это дело тоже оказалось прибыльным, так что сын предпринимателя – Савва Иванович унаследовал не только масштабный бизнес, но и несколько миллионов рублей.

Бизнес с прицелом на будущее

Савва Иванович Мамонтов родился 3 октября 1841 года. Отец стремился дать сыну хорошее образование и развивал в нём предпринимательские качества. Однако интересы юного Саввы не ограничивались семейным бизнесом: его интересовали живопись, скульптура, музыка и театр.

Отцу это, конечно, не нравилось: он готовил из сына наследника, которому собирался передать своё дело. Поэтому Савву отправляют то в Баку изучать коммерцию, то в Персию, то в Милан обучаться основам шелководства. Но одарённому во многих областях Савве Ивановичу сосредоточиться на бизнесе было сложно. Попав в Милан, он тут же начал брать уроки оперного пения. Выяснилось, что Мамонтов – обладатель красивейшего баритона, его даже приглашали дебютировать в одной из итальянских опер. 

Савва Мамонтов был неплохим скульптором, и его работы до сих пор выставляются в разных российских музеях. Он перевёл с немецкого «Фауста» Гёте и сочинил несколько пьес для театральных постановок. С таким разбросом интересов сосредоточиться на бизнесе невероятно сложно, но Мамонтову это всё же удалось. Правда, начав всерьёз заниматься семейным делом, он не забыл о своём интересе к искусству.

Построив железную дорогу от Москвы до Сергиева Посада, отец Саввы Мамонтова начал строить ветку до Ярославля, но до окончания строительства не дожил. Савва Мамонтов не только закончил начатое отцом, но и решил продолжать дорогу до Вологды и Архангельска, а потом ещё дальше – на Кольский полуостров.

Современники недоумевали: зачем? Чего искать в этой снежной целине? Там же ничего нет, кроме клюквы! Верно, построенная Мамонтовым дорога шла буквально в никуда, и её конечный пункт станет городом только несколько десятилетий спустя. Это Мурманск.

Надо сказать, наличие этой дороги страна оценила – только, как это часто случается, некоторое время спустя. И Северную железную дорогу, и одновременно с ней построенную ветку, соединившую Донбасс с Азовским морем, начали активно использовать во время Первой мировой войны. Все остальные магистрали, шедшие на Запад, были отрезаны, а с союзниками по Антанте надо было обмениваться грузами. Во время Великой Отечественной войны самолёты и танки, поступавшие в Советский Союз по ленд-лизу, тоже доставлялись по Северной железной дороге.

К тому же Мамонтов был искренне убеждён в невероятном богатстве русского Севера. Он писал докладные министру финансов Витте, отправлял художников Коровина и Серова в экспедицию по Северной Двине, чтобы они сделали наброски для мозаик и панно, которыми будут украшены вокзалы новой дороги. И дело тут не только в том, что у Мамонтова был хороший вкус и он стремился окружать себя красотой на работе и в быту. Савва Иванович часто повторял, что страна наша станет сильна, если глаза народа привыкнут к красивому. Поэтому «приучать глаза народа к красивому» он считал нужным и важным. Везде, будь то фасад жилого дома, театральная афиша, здание вокзала или храм. Так что именно Мамонтову мы обязаны зданием Ярославского вокзала работы Ф. Шехтеля, украшенным дивными северными мотивами.

Бизнес у Саввы Мамонтова развивался весьма успешно. Он не стал ограничиваться строительством железных дорог и задумал создать целый комплекс заводов и предприятий, которые производили бы подвижной состав и оборудование, а также ремонтных мастерских. Сейчас это назвали бы корпорацией, обеспечивающей полный жизненный цикл изделия. Сохранившийся до наших дней вагоностроительный завод в Мытищах, где сейчас производят вагоны метро, – детище Саввы Мамонтова. В его планы входило и строительство кольцевой железной дороги вокруг Москвы, и даже строительство метрополитена. Эти замыслы были реализованы уже без него, поскольку за масштабным развитием бизнеса последовало внезапное разорение.

Некоторые исследователи полагают, что разорение Саввы Мамонтова стало следствием закрученных против него интриг. Мы предпочтём оставить обсуждение этой сложной темы за рамками данной публикации. Известно, что, выдав подряд на строительство железной дороги, правительство не спешило выделять необходимые финансы. Чтобы выкрутиться и избежать простоев, Мамонтов продал часть паёв, в том числе чужих, и вложил деньги в строительство, рассчитывая всё вернуть после получения денег из казны или оформления кредита. Однако вскоре к нему явились люди в форме и предъявили ордер на обыск и арест.

В итоге дом опечатали, Савву Мамонтова на несколько месяцев посадили в Бутырку. За предпринимателя пытались ходатайствовать многие известные люди. Художник Валентин Серов, писавший в то время портрет Николая II, лично обращался с просьбой к государю рассмотреть дело Мамонтова, который, по сути, одолжил на время деньги сам у себя без всякой личной корысти. Затем состоялся суд, на котором известный адвокат Плевако добился оправдания предпринимателя. Приговор вынесли странный: оправдан, но виновен. Мамонтова отпустили, но железную дорогу передали в государственную собственность (многие считают, что это и было целью всей операции), картины из коллекции распродали, а акции по дешёвке раздали другим воротилам бизнеса.

Оставшись без дома и практически без капитала, Мамонтов поселился недалеко от Савёловского вокзала. Там Савва Иванович устроил гончарную мастерскую и занимался художественной керамикой до последних дней своей жизни.

Медичи по-московски

Благодаря династии Медичи Флоренция на протяжении целой эпохи была центром мировой культуры. Помня о Лоренцо Великолепном, правившим Флоренцией во второй половине XV века, друзья иногда называли Мамонтова Саввой Великолепным.

Сложно поверить, что один человек мог столько сделать для русской культуры, для духовного и культурного развития русского народа.

Савва Мамонтов заставил перебраться в Москву из Италии художника Поленова и скульптора Антокольского, пригласил из Петербурга Илью Репина, постоянно поддерживал бедствовавшего Левитана.

С Елизаветой Сапожниковой, двоюродной сестрой Константина Алексеева, которого мы помним как К.С. Станиславского, у Саввы Ивановича нашлось немало общих интересов, и пара поженилась. После свадьбы супруги Мамонтовы поселились в Москве на Садово-Спасской улице. Их дом всегда был полон гостей. В огромном кабинете Мамонтова Михаил Врубель писал знаменитого «Демона», а Василий Поленов – картину «Христос и грешница», которую впоследствии Александр III приобрёл для Русского музея.

В 1870 году Савва Мамонтов приобрёл у Аксаковых имение в Абрамцеве, где ему удалось собрать вокруг себя лучших представителей русской живописи того времени. Он понимал, что гениальные люди часто не умеют зарабатывать деньги, а чтобы творить, им нужно иметь возможность не думать круглосуточно о куске хлеба. Вот от этих забот о хлебе насущном художники в Абрамцеве были избавлены полностью.

Именно в Абрамцевском кружке нашёл себя Виктор Васнецов, писавший до этого картины, которые не нравились ни ему самому, ни публике. В абрамцевской среде художнику внушили, что жившая в нём любовь к русской природе – это именно то, что нужно пытаться передать на холсте.

Мамонтов заставил публику понять и полюбить весьма самобытного Михаила Врубеля, отстроив для его картин специальный павильон на Всероссийской промышленной выставке в 1896 году.

Валентин Серов считал Елизавету Григорьевну Мамонтову едва ли не второй матерью. Он очень долго жил в Абрамцеве, а его учителем живописи был живший там же Илья Репин.

В Абрамцеве написаны «Три богатыря» Васнецова (Алёша Попович – сын Мамонтова Андрей), знаменитая «Девочка с персиками» Серова – дочь Мамонтова Вера. «Видение отроку Варфоломею» Михаил Нестеров написал едва ли не с крыльца абрамцевской усадьбы, Репин начинал здесь писать своих «Запорожцев». Словом, многими дорогими нам именами русских художников мы обязаны Савве Мамонтову. Кто знает, как сложились бы их судьбы, если бы в их жизни не появился человек, поверивший в их таланты и давший им раскрыться.

Была у Саввы Мамонтова и другая мечта: создать русскую оперу, не уступающую по качеству и популярности лучшим мировым образцам. Развернуться он смог только в 1882 году, когда Александр III отменил государственную монополию на зрелища. До этого времени зрелищные мероприятия разрешалось устраивать только казённым учреждениям.

В 1885 году Савва Мамонтов открывает в Москве Частную русскую оперу. Своего помещения у него не было, поэтому пришлось арендовать театр на Дмитровке, нынешнее здание Московского театра оперетты.

Идея Мамонтова состояла в том, чтобы на сцене ставились только оперы русских композиторов и только в исполнении русских артистов. Поначалу возникли проблемы: ни Даргомыжского, ни Мусоргского отечественная публика всерьёз принимать не желала. «Снегурочка» Римского-Корсакова была поставлена в Петербурге два раза, после чего её сняли с репертуара как неинтересную и «несценичную» оперу.

Мамонтову пришлось идти на хитрости. Во-первых, он начал чередовать «русские» спектакли с гастролями европейских знаменитостей, во-вторых, приглашает в качестве декораторов Головина, Васнецова, Коровина и Врубеля, чтобы народ потянулся на спектакли из интереса к их оформлению. Когда же в 1890-е годы Мамонтову удалось переманить из Мариинского театра Фёдора Шаляпина и пригласить дирижировать Сергея Рахманинова, можно было, наконец, сказать, что затея удалась: начался период процветания Русской частной оперы.

У Мамонтова «Снегурочка» Римского-Корсакова шла много раз с неизменным успехом. Пожалуй, именно Мамонтова стоит благодарить за то, что этот композитор написал двенадцать опер, а не две. Именно Мамонтов заставил блистать отвергнутые императорскими театрами «Хованщину» Мусоргского, «Руслана и Людмилу» Глинки. Здесь тонули в овациях «Царская невеста» и «Садко», «Сказка о царе Салтане» и «Каменный гость», «Борис Годунов» и «Демон», «Мазепа» и «Орлеанская дева»… Если бы не Савва Мамонтов, вполне вероятно, что мы бы сейчас ничего не знали об этих операх, а многие из них вообще не были бы написаны.

В конце 1890-х Мамонтов задумает выстроить для оперы собственное здание. Арендовав на 25 лет квартал напротив Малого театра, он приступил к постройке гостиницы, в которой должен был разместиться зал, превосходящий по размерам Венскую оперу. «Метрополь» предполагалось оснастить по последнему слову техники, оборудовать лифтами, центральным отоплением, канализацией и вентиляцией. Но основной достопримечательностью должен был стать, конечно, главный театральный зал со стеклянным куполом. К сожалению, довести проект до конца Мамонтов не успел: «Метрополь» достраивали уже без него. Гостиницу открыли в 1905 году, и на месте театрального зала расположился ресторан – коммерчески гораздо более доходное заведение, чем оперный театр.

Другие Мамонтовы

Савва Мамонтов, меценат и предприниматель, безусловно, одна из крупных и известных фигур в отечественной истории. Но достойны рассказа или, по крайней мере, упоминания и другие представители этой семьи.

Так, двоюродная племянница Саввы Ивановича – красавица Маргарита вышла замуж за представителя известной династии Морозовых – Михаила Абрамовича. Унаследовав после смерти мужа огромное состояние, она не только приумножила его, но и постоянно поддерживала многих деятелей культуры и искусства. К примеру, композитор Александр Скрябин несколько лет жил на её деньги. Маргарита Морозова спонсировала Дягилева, издавала философский журнал «Путь», жертвовала круглые суммы на строительство школ и больниц.

Анатолий Мамонтов, старший брат Саввы Ивановича, не получал от семьи финансовой поддержки, потому что женился без ведома отца. Однако он смог организовать бизнес, открыл собственную типографию, а за ней и книжные магазины. Он поддерживал хорошие отношения с художниками и сделал немало для развития технологий печати в части издания иллюстрированных книг.

Племянница Саввы Ивановича – Мария Мамонтова организовала в Тамбовской губернии швейные мастерские, производившие кружева и национальные русские наряды. Известно, что продукция её мастерских была высоко оценена на Всемирной парижской выставке в 1900 году.

* * *

Большое, как учат классики, видится на расстоянии. Масштаб сделанного Саввой Мамонтовым и другими меценатами в полной мере смогли оценить только потомки, получившие в наследство, помимо «заводов и пароходов», сокровища великой русской культуры. Возможно, именно благодаря таким людям и сильна до сих пор наша страна. Сильна в том числе пониманием и сохранением национальных культурных традиций.

А чтобы страна оставалась сильной, нужно, как говорил Савва Иванович, чтобы глаза и уши народа по-прежнему привыкали к красивому, а не к бесконечным торгово-развлекательным центрам из стекла и бетона или нескончаемому потоку низкопробной попсы, заполонившей эфир. Найдутся ли в XXI веке свои Мамонтовы?

При подготовке публикации использованы материалы документального фильма «Мамонтовы», снятого продюсерским центром «Доктор Чехов», и статьи религиоведа Марины Малафеевой «Савва Великолепный. Меценаты Мамонтовы и первая Московская частная русская опера».

Для полноты картины читайте публикации profiok.com: