Россию приговорил трибунал: что с ней теперь будет.
Ирина Алкснис
Судьбу 24 украинских военных моряков, задержанных в ходе инцидента в Керченском проливе осенью прошлого года, решит суд. Российский суд.
Такова официальная реакция Москвы — Кремля и МИД — на вынесенный в субботу вердикт Международного трибунала ООН по морскому праву (МТМП), который потребовал оперативно освободить украинцев и вернуть Киеву два боевых катера и буксир, также задержанные в ходе тех событий.
Позиция России не стала сюрпризом, поскольку Москва заранее отказалась от участия в разбирательстве, считая, что произошедшее в проливе не входит в юрисдикцию трибунала.
Юристы обсуждают многочисленные правовые детали, сформировавшие нынешнюю коллизию.
Главный вопрос — была ли 25 ноября нарушена государственная граница России. Именно так считает Москва, из чего логично следует, что инцидент действительно не относится к ведению Конвенции ООН по морскому праву. Ибо если было нарушение госграницы, то это внутреннее дело страны, которая разбирается с ним согласно собственным законам.
Если же инцидент рассматривать как мирный проход украинских военных судов через Керченский пролив, прерванный российскими пограничниками, то российская сторона нарушила свои международные обязательства. На этом, естественно, настаивает Киев. И трибунал своим решением поддержал Украину.
Но даже в толкованиях правоведов отчетливо звучит мысль, что юридические тонкости в данном случае дело третье, поскольку все определяет политика. Указывается и на то, что Москва, отказываясь подчиняться решениям международных судебных институтов, "расшатывает саму политико-правовую систему современного мира".
Надо признать: в последние годы Россия часто оказывалась в центре громких скандалов из-за международных судебных решений.
Кстати, нынешний вердикт не первый у морского трибунала, который Москва не будет исполнять.
Осенью 2013 года аналогичная ситуация сложилась вокруг дела судна Arctic Sunrise, на котором активисты экологической организации Greenpeace провели акцию протеста около нефтяной платформы "Газпрома" "Приразломная". В результате операции спецназа корабль задержали, экипаж поместили в СИЗО Мурманска, возбудили уголовное дело.
Стоит напомнить, что медиаистерика по поводу России, "преследующей за пиратство Greenpeace", тогда разразилась на весь мир. Нидерланды, под чьим флагом ходит Arctic Sunrise, обратились в МТМП. Как и сейчас, Москва отказалась участвовать в процессе и проигнорировала вердикт, требовавший "незамедлительно освободить" судно и экипаж. Однако острота конфликта была погашена скорым (в течение нескольких недель) освобождением гринписовцев по амнистии.
На этот раз подобный исход маловероятен.
На дворе давно не 2013 год. Украина — не Нидерланды. А вооруженные военные, проверявшие на прочность российскую государственную границу, — не экологические провокаторы.
В последние годы в самых разных международных судебных инстанциях было много других решений, заставлявших Россию сначала удивленно поднимать брови, потом возмущаться, а теперь — равнодушно пожимать плечами:
— Дело ЮКОСа, по которому сначала Москве присудили выплатить компенсацию акционерам в 50 миллиардов долларов, а затем резко передумали. В результате практически у всех, следивших за развитием событий, возникло ощущение, что в обоих случаях имелась политическая мотивация: сначала хотели "взбунтовавшуюся" Россию наказать по полной программе, но в итоге дошло, что это создает слишком опасный прецедент для самого Запада, — и отыграли обратно.
— Удивительные решения — в том числе судебные и арбитражные — вокруг допингового скандала, где на каждый адекватный вердикт приходился с десяток таких, от которых теряешь дар речи.
— Британский суд, в котором Москва прошлой осенью проиграла стандартнейшее и железобетонное в своей надежности дело по украинским евробондам.
— Вердикт Стокгольмского арбитража по российско-украинскому газовому контракту — открыто предвзятый по отношению к России.
А есть еще ЕСПЧ, принимающий решения, прямо противоречащие Конституции России, и требующий их исполнения. Есть Гаагский трибунал по бывшей Югославии, отличившийся демонстративной пристрастностью к сербам, уморивший Милошевича, а после его смерти мимоходом признавший полную дутость этого дела.
В чем тут проблема — очевидно. Организации, призванные служить объективными и беспристрастными арбитрами в международных спорах, в ситуации однополярного мира постепенно превратились в инструмент доминирующей силы, направленный против ее немногочисленных и слабых (тогда) оппонентов. И вот уже "Гаага" и "Страсбург" из образа влиятельного внешнего авторитета, к которому можно апеллировать в надежде добиться справедливости, превратились в обслуживающий персонал для теряющего позиции и влияние глобалистского истеблишмента. Кстати, после сочной риторики украинских соседей о "гамбургских санкциях" у МТМП есть шансы также оказаться в этой компании.
В любом случае критики Москвы, которая все чаще игнорирует вердикты международных инстанций в свой адрес, в определенном смысле правы. Тем самым действительно подтачиваются основы глобальной системы, в которой живет мир последние десятилетия.
Только вины России тут нет.
Москва всего лишь позволяет себе все громче заявлять, что "король голый".
Но разделся при этом он сам.
Поэтому на вопрос "что теперь будет с Россией, после решения трибунала?" должен следовать циничный, но здравый встречный вопрос: