ИноСМИ:В эпоху устроенных США испытаний и невзгод Иран обращается на Восток
В прошлую пятницу в 40 годовщину Исламской революции верховный лидер Аятолла Хаменеи сделал попытку выразить геополитическую позицию Ирана в простых терминах: «У нас хорошие отношения со всеми странами мира, мы не хотим рвать отношения ни с какой из европейских стран», и дал объяснение лозунгу «Смерть Америке».
Аятолла сказал, что «Смерть Америке» означает смерть Трампу, Джону Болтону и Майку Помпео. Это означает — смерть американским руководителям. У нас нет проблем с американским народом».
Итак, лозунг и в самом деле метафора — как и со смертью внешней политики США, которая проводилась большую часть прошедших четырёх десятков лет.
Конечно, сюда же входит и демонтаж руками администрации Трампа ядерного соглашения с Ираном, известного как Совместный Всеобъемлющий План Действий (JCPOA).
При резкой критике центристского правительства президента Хассана Роухани и министра иностранных дел Мухаммада Джавада Зарифа — которые вели переговоры по соглашению с администрацией Обамы, равно как и с Россией, Китаем, Францией, Британией и Германией — Хаменеи подчеркнул, что он бы этого не подписал. Его легендарное недоверие к США теперь выглядит более чем обоснованным.
Платёжная система
Для европейцев, подписавших СВПД, остаётся одно — попытаться собрать осколки. Войти в Instex – Инструмент поддержки торговых обменов, механизм, поддерживаемый ЕС, со штаб-квартирой в Париже и возглавляемый немецким банкиром который в теории позволяет европейским банкам и компаниям продолжать торговать с Ираном экстерриториально, без риска быть оштрафованными Департаментом Юстиции США, или оказаться полностью исключёнными из американского рынка.
Министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан назвал это «важным геополитическим жестом». Но «жеста» может оказаться недостаточно, особенно из-за того, что первоначально это касалось лишь гуманитарных товаров, продаваемых Ирану, например, медикаментов, продовольствия и медицинских поставок.
Тегеран платит Instex, а Instex возмещает компаниям, поставляющим продовольствие и медицинские товары. Далее мелкие и средние европейские компании могут использовать Instex для торговли с Ираном без того, чтобы попасть под американские санкции.
В долгосрочном плане решающее значение имеет то, что Instex — это механизм обхода американского доллара, и потому он будет тщательно рассматриваться по всему Глобальному Югу. Instex не заменит систему Swift в ближайшем будущем, поскольку его капитализация составляет всего лишь $1 миллиард. Дело в следующем — начнут ли другие тяжеловесы, вроде России, Китая и Турции использовать Instex для обхода американского доллара и санкций, торгуя намного шире, чем «гуманитарными товарами».
Instex, хотя и в зародыше, демонстрирует, как Брюссель и основные европейские столицы возмущены односторонностью администрации Трампа. Дипломаты говорят и неофициально и вполне официально, что ничто не помешает европейцам вести дела с Ираном, покупая у него энергоносители, инвестируя в его рынок и в процессе обходя доллар.
Это тот потенциал, который обеспечит некое пространство для президента Роухани. Недавние внутренние опросы показали, что через 40 лет после Исламской Революции более 70% иранцев всех классов обладают нулевым доверием к правительству США. И сюда входит всё возрастающее число «поколения нулевых», для которых Исламская Республика — всего лишь эхо далекого прошлого.
Это не те чувства, что испытывают тегеранцы в Калифорнии — столице иранской диаспоры, которая насчитывает более миллиона человек по всему миру, главным образом верхушки среднего класса. Но это не отражает чувства нации.
«Пэймон», крипто-альтернатива
Снова и снова администрация Роухани вынуждена иметь дело с непреодолимыми противоречиями. Национальная гордость, вдохновлённая тем, что Иран возвращает себе роль ведущей державы Юго-Восточной Азии, всегда подрывается намеками на социальное отчаяние, поскольку многочисленные семьи выживают не менее чем на $200 долларов в месяц, при разгуле инфляции и страданиях от влияние бесконечного падения риала, какие бы благие факторы постоянно не исходили от правительства.
Иранская девушка держит плакат с изображением покойного основателя Исламской Республики Аятоллы Хомейни в 40 годовщину его возвращения из изгнания в Париже в его мавзолее в Тегеране 1 февраля.
В отношении Instex есть непредвиденные последствия. Ирану много говорилось о присоединении к FATF, финансовой организации, которая стремится противодействовать отмыванию денег и финансовому терроризму, и что он должен достичь компромисса по ракетной программе, которую считает не подлежащей переговорам. Глава судебной системы Ирана Аятолла Сайед Амоли Лариджани назвал два условия, поставленные европейцами, «унизительными».
А на европейском фронте нет никаких свидетельств, что небольшие компании доверяют тому, что платёжная система Instex даст им иммунитет от карательных действий США.
Иранцы, однако, открывают другие возможности. Четыре банка — Банк «Мели», Банк «Меллат», Персидский Банк и Банк «Пасаргат» — разработали поддержанную золотом криптовалюту ПейМон, и ведут переговоры с европейцами, как и с Россией, Швейцарией и Южной Африкой с целью расширения торговли в «ПейМон». Иранские официальные лица категоричны, что блокчейн будет решающим для улучшения экономики страны.
Иранские действия отражают действия в Венесуэлы по запуску собственной поддержанной нефтью криптовалюты «петро» в октябре прошлого года. Но стоит учитывать Законопроект о блокировке нелегального финансирования Ирана, который рассматривается в Конгрессе США.
В то же время Россия и Иран обходят доллар США в двусторонней торговле, используя лишь рубль и реал и «в случае крайней необходимости, евро, если не будет иных вариантов», по словам посла России в Иране Левана Джагаряна.
Китай, Россия, Иран и Турция — четыре ключевых вектора происходящей евразийской интеграции — вкладываются в обход американского доллара в торговле всеми необходимыми средствами. Евразийский Экономический Союз (ЕАЭС) также разрабатывает общую систему «наращивания экономического суверенитета», как это определил президент Путин. Существуют соглашения о свободе торговли с целым рядом партнёров, в том числе Китаем и Ираном.
Перекличка арабского НАТО
Это фон, на котором по сути прошла анти-иранская конференция, созванная в среду в Варшаве администрацией Трампа.
Никто в Европе из имеющих влияние не хочет публично иметь отношение к демонизации Ирана. Глава внешней политики ЕС Федерика Могерини этого делать не собирается. По всему ЕС деловые круги всё настойчивей говорят своим слабым политическим руководителям, что путь, которым надо идти — Великая Евразия, от Лиссабона до Владивостока, от Мурманска до Мумбая через Тегеран, и всё привязано к выдвинутой Китаем Инициативе «Пояса и Пути».
Исключение составляет Польша. Будучи под управлением фанатичных националистов, она лоббирует появление постоянной военной базы США, которую президент Анджей Дуда хочет назвать «Форт Трамп».
При неспособности вынудить Францию, Британию, Германию и Италию отказаться от бизнеса с Ираном, Вашингтону остаётся собрать правителей стран Персидского залива плюс Израиля в одном месте, и выступить с объявлением об усилиях по созданию анти-иранского арабского НАТО.
Что это вызовет внутри Ирана, так лишь окажет поддержку ещё большим сторонникам жёсткой руки и «приниципиалам», которые лоббируют возвращение стратегии бывшего президента Ахмадинежада «Гляди на Восток».
Иран уже смотрит на Восток — если учесть основных азиатских потребителей энергоносителей и тесные связи с Инициативой «Пояса и Пути» и ЕАЭС. Команда Роухани теперь знает в смысле геополитики, что доверять США не может, а ЕС представляет собой всё более проблемного партнёра. Следующим большим шагом для Ирана стало бы полное членство в ШОС. Этого хочет Китай, и Россия этого хочет.
Похоже, что Венесуэла оказалась мелью для смены режима потому, что пытается обойти американский доллар в торговле нефтью. Но это не проблема дл Ирана, который является мишенью для смены режима уже десятки лет.