США хотят занять одно из лидирующих положений на рынке СПГ
На днях стало известно о возможных новых санкциях США против России. Один из секторов, попадающих под ограничения, — сжиженный природный газ (СПГ), хотя формулировки пока расплывчаты и обтекаемы. В любом случае такое развитие событий неудивительно: США хотят занять одно из лидирующих положений на рынке СПГ, а тут появляется шанс усложнить жизнь конкуренту.
В широком смысле вся эта история — частный случай политики ограничения выхода на мировой рынок конкурирующих поставок газа. И тут есть примеры, относящиеся не только к России. Скажем, США настоятельно рекомендуют Пакистану отказаться от проекта импорта трубопроводного газа из Ирана и сосредоточиться на развитии закупок СПГ.
Для России же угроза этому сектору — логичное продолжение борьбы с «Северным потоком — 2». Но борьба с морским газопроводом в любом случае не ограничила бы российский экспорт: даже если бы «Северный поток — 2» удалось временно остановить, Россия продолжила бы экспорт по украинскому маршруту, пусть и с определенными трудностями. Кроме того, российский сетевой газ в Европе исторически занимает свою нишу, а в случае сжиженного топлива речь идет о новых рынках сбыта.
Для СПГ и замену одного источника поставок на другой провести очень просто. Таким образом, здесь мы видим прямую конкуренцию между российским и американским газом. При этом обе страны планируют выход на рынок с новыми объемами, которые будут конкурировать между собой (себестоимости достаточно близки). Словом, российский СПГ оказывается идеальным объектом санкций.
Возможны три направления ограничений.
Во-первых, запрет на покупку российского СПГ. Это практически нереализуемый вариант: Китай и другие страны АТР всегда будут заинтересованы в диверсификации поставок, особенно в нынешних условиях, когда Пекин ввел пошлины, поэтому американский СПГ в Китай сейчас практически не поступает.
Во-вторых, запрет для западных институтов на финансирование российских проектов. Российские официальные лица уже заявили, что в таком случае для нового проекта «Арктик СПГ 2» могут быть использованы средства из Фонда национального благосостояния (разумеется, речь идет о долговом финансировании, а не о безвозмездной поддержке).
Третье и главное — запрет на импорт оборудования и технологий. Даже если в этот раз «пронесет», угроза сохранится — слишком очевиден этот способ не совсем честной борьбы за место на мировом рынке. И разумеется, российские компании это понимают, о чем свидетельствуют все последние шаги по созданию собственного сегмента промышленности по производству оборудования для сжижения газа.
Напомним, что Россия исторически имеет компетенции в малотоннажном сжижении (локальные внутренние производства СПГ), но не в сжижении для больших экспортных производств (впрочем, такие компетенции в мире есть всего у нескольких компаний).
Конечно, импортозамещение обсуждалось тут с самого начала. Причины понятны: загрузка российских предприятий для производства оборудования по сжижению даст реальный мультипликативный эффект для экономики страны.
Строго говоря, и все льготы, которые получают проекты СПГ, отчасти призваны компенсировать дополнительные затраты на разработку собственных технологий.
Однако отметим, что дело это очень непростое: оборудования нужно много и различного (требуется собственно технология, криогенные теплообменники, компрессоры, турбины и многое другое). Фактически речь идет о создании с нуля достаточно крупной отрасли.
Поэтому процесс развивается постепенно. К примеру, действующий «Ямал СПГ» (три линии по 5,5 миллиона тонн в год) полностью построен на технологиях американской Air Products и иностранном оборудовании.
Одновременно сейчас строится небольшая (0,9 миллиона тонн в год) тестовая четвертая линия — на российской технологии сжижения (компании «Новатэк») и с максимально возможной локализацией производства. Это относительно небольшой объем, но в будущем можно как повысить мощность одиночной линии, так и построить серию таких среднетоннажных линий.
Затягивать выход России на глобальный рынок при этом было бы неправильно, поэтому второй завод СПГ в Арктике («Арктик СПГ 2») разрабатывается уже сейчас, а строительство планируется на технологиях немецкой Linde, но, вероятно, с большим уровнем локализации оборудования. Кроме того, гравитационные платформы, на которых размещается завод, будут производиться в Мурманске.
А вот дальше — уже только собственная технология и оборудование на основе четвертой, «пробной» линии «Ямал СПГ».
Хотя собственное производство крайне важно, всегда есть соблазны хотя бы частично воспользоваться и импортными наработками: создавать с нуля конкурентоспособную область не очень просто, не всегда новое оборудование работает без сбоев. Российские пилотные разработки, разумеется, оказываются дороже импортных — просто потому, что пока нет эффекта масштаба.
Словом, вполне предсказуемые проблемы никуда не делись, а некоторые этапы процесса локализации явно буксуют, что, например, видно по последним новостям.
Теперь же есть все основания предполагать: более реальная угроза «животворящих» санкций на российский сектор СПГ подстегнет все заинтересованные лица найти компромисс для оперативного решения накопившихся задач по созданию в России производства оборудования для крупнотоннажного сжижения.
Кстати, уже после того, как было принято решение, что «Арктик СПГ 2» будет строиться на технологиях немецкой Linde, произошло еще одно событие: компания Linde объединилась с американской Praxair. То есть риски, связанные с возможностью передачи России технологии сжижения для «Арктик СПГ 2», усилились.
Александр Собко