«Я проехал 2600 километров на велосипеде, попал в потоп и оказался в пустыне без воды». Петербуржец рассказывает, как и зачем участвует в сверхдлинных заездах по грунтовым дорогам

Петербуржец Александр Столяров в 2021 году проехал на велосипеде из Балаклавы до Воронежа. Он участвовал в «Тур Юнайт» — гонке на самообеспечении, когда участники везут всё необходимое на себе.

Александр преодолел 2600 километров за 16 дней. По пути ему пришлось пережидать мощный ливень между скал, пробираться через затопленную Керчь и больше суток ехать по песчаным барханам в 40-градусную жару без воды. Спал он примерно по 3 часа и питался в основном в придорожных кафе и магазинах.

Читайте рассказ Александра об экстремальной велогонке.

Идея

— Я обычный айтишник, мне 42 года. Мы с семьей много ходим в походы. Пока не было ребенка, путешествовали с женой на велосипедах. Собственно, в одном из походов и познакомились.

Велосипед пришел в мою жизнь постепенно. Коллега увлекся этим и всё пытался затащить с собой, но я не мог понять, зачем это нужно. А потом он прислал мне отчет человека, который был в велопоходе по Валдаю — и я вдохновился. В 2009 году купил велосипед и стал кататься в походы.

В таких поездках обычно много условностей, например, нужно искать ночевку, когда темнеет, потом еще и спать, пока не придет рассвет. У меня появилась потребность не ограничивать себя — ехать и ехать по максимуму, прощупать свои границы. Где-то в это же время появился «Тур Юнайт» и я понял: это то, что мне нужно.

Если кратко, «Тур Юнайт» — это велосипедная гонка на самообеспечении, в основном по грунтовым дорогам. То есть участник сам везет всё, что ему нужно — нет машин с техничкой или организованных точек питания, как, например, на «Тур де Франс». Энтузиаст Роман Важнов вдохновился американской гонкой «Тур Дивайд», которая проходит от границы с Канадой до границы с Мексикой.

Маршрут «Тур Юнайта» почти закончен: он проходит с полуострова Рыбачий — это самая северная точка европейской части России в Мурманской области — до Балаклавы в Крыму. Над маршрутом работали десятки волонтеров по всей стране. В 2024 году должен быть старт на весь маршрут, но не знаю, кто сможет в этом участвовать: нужен огромный отпуск, чтобы проехать 7500 километров.

В этом году я впервые решил попробовать проехать два сегмента «Тур Юнайт» подряд, то есть 2600 километров — от Балаклавы до Воронежа. До этого я уже ездил Петрозаводск — Конаково, Конаково — Сортавала, Воронеж — Конаково.

Дорога

— Я приехал на поезде в Крым 13 июня, забросился до старта на такси. С собой у меня была сумка с вещами, палатка, обмотанная тонкой пенкой, еще одна небольшая сумка внутри рамы велосипеда, а также сумка-скрутка на руле. Помимо палатки и пенки я вез с собой легкий спальник, сменные трусы, термобелье, мембранную куртку и штаны, инструменты и мелочи. А также 4–5 литров воды. Спереди велосипеда повесил «кормушки», где под рукой хранится вода и еда.

В Крыму началась часть путешествия, которая должна была быть самой сложной: 300 километров по горной местности с большим набором высоты. Я как-то быстро пролетел это за два дня, а в ночь на третий прошел дождь. Я опасался, что из-за этого размокнет глина — она налипает на колеса и ехать невозможно. Так и произошло ближе к Керчи, и велосипедная поездка превратилась в прогулку. Где-то можно было проехать сбоку от дороги, где-то приходилось тащить велосипед на себе.

Дожди затянулись на три дня — был небольшой просвет, в который можно было бы проскочить, но я не смог. Вечером еле успел спрятаться среди скал, когда началось безумие — по всем горизонту натянуло туч и грозы стрекотали как из пулемета. Я забился в скалы, поставил палатку. Тогда я еще не знал, что мне предстоит сидеть под двухмесячной нормой осадков. Сейчас я не понимаю, как палатка это выдержала.

Поливало всю ночь, а с утра я выдвинулся в путь. В районе Генеральских пляжей весь день тонул в глине. Там была куча застрявших машин, пассажиры смотрели на меня довольно печально — я шел, а они сидели. Я тогда не осознавал, что тут, вообще-то, чрезвычайная ситуация. Когда добрался до Керчи, хотел отмыть велосипед от глины, а у них нет света, половина города вообще затоплена. Спросил у полицейских, как добраться в нужное мне место, а они сказали, что, скорее всего, можно пройти по воде, везде будет по колено. Я поверил и сначала было всё нормально, а потом меня снесло потоком воды, и несколько метров пришлось проплыть. За Керчью было уже не так эпично: пришлось немного потонуть в глине и черноземах, но терпимо.

После Ростова-на-Дону начинался заказник «Цимлянские пески» — наверное, один из самых знаменитых участков «Тур Юнайта». В прошлом году, когда был масс-старт, большая часть участников сошла сразу, как выбралась оттуда. Пока я туда не попал, думал: «Ну пески и пески, чего такого». А потом понял.

Ехать приходилось по рыхлому песку, в который проваливались колеса. При этом барханы образуют что-то вроде котлованов, где нет ветра. Солнце лупит со всей мощи, снизу идет жар от песка и получается настоящая баня. По метеостанции там было +37 градусов, но я думаю, что в этих местах температура поднималась значительно выше.

За песками, где я провел чуть больше суток, уже никаких особых трудностей не было: меня ждали приятные грунтовки и перепады высот. Всего на поездку ушло 16 дней.

Сон, еда и отдых

— «Международный стандарт» сна во время таких мероприятий — 3–4 часа в сутки. Я впервые ехал два сегмента подряд, поэтому еще прощупывал, сколько можно не спать. Важно не доводить себя до состояния, когда буквально вырубает.

Есть ситуации, когда организму уже не хватает отдыха, а есть биологические ритмы — тело привыкло ложиться и вставать в одно и тоже время, поэтому мозг начинает вырабатывать гормоны, которые готовят тебя ко сну. Есть экстремальный способ сбивать это: съехать на обочину, положить руки на руль, расслабиться и дождаться, пока начнешь засыпать. Засыпая, начинаешь падать и от этого просыпаешься. В этот момент в кровь выбрасывается адреналин и кортизол — на них можно ехать дальше. Я стараюсь такое не применять в последнее время, обычно куда-нибудь съезжаю и на полчаса ложусь поспать.

Большинство народу едет с горелкой и газом, некоторые умудряются готовить вообще на костре. Я решил ехать без горелки, есть всухомятку и останавливаться в кафе. Но не каждое заведение подходит: это все-таки гонка, нужно быстро поесть и ехать дальше. Идеальный вариант — «Макдональдс».

Если не складывалось с кафе, то покупал и сразу съедал холодец, а также брал с собой хлеб и колбасу — они живут на жаре несколько часов. В каждом магазине также брал по два мороженых и кефир. Еще у меня с собой были пряники, орехи и M&M’s — они обычно не плавятся, но в эту жару всё равно потекли.

Некоторые везут с собой бивачный мешок: условно «чехол», в который забираешься в спальнике. Я в этот раз взял палатку и не пожалел, но это накладывает некоторые ограничения. Чтобы поставить ее и собрать, нужно потратить часа полтора. При том, что сплю я по 2–4 часа.

Сколько денег уходит на такую поездку и как это считать — честно говоря, не знаю. Участие в «Тур Юнайт» бесплатное. Снаряжение покупается на несколько лет вперед и потом по мере износа обновляется. С велосипедом такая же история, но по нему такие путешествия сильно бьют — это существенный износ для деталей. Как считать еду, не понимаю. В общем — это индивидуально.

Риски

— Люди, которые ехали Крымскую часть до меня, писали, что было много пеших участков, где приходилось тащить велосипед в гору, из-за этого у них стаптывалась даже новая обувь. У меня прошло без проблем. Но в один из первых дней я сломал задний переключатель в глине — пришлось ехать за новым в город и делать небольшой крюк.

Если бы дождь, который затопил Керчь, застал бы меня в горах, то было бы гораздо опаснее. С такими объемами воды мог сойти сель, но мне повезло проскочить горный участок и найти укрытие.

В песках у меня сложилась неприятная ситуация с водой. Я взял с собой 8 литров, надеясь на три источника. А потом немного затупил и не набрал воду из колодца — она была грязная, но ей можно обливаться. Дальше я надеялся на Цимлянское водохранилище — хотел там хотя бы искупаться.

Это были самые тяжелые километры. Проехал 700 метров — не едется. Спрыгнул, восстановил дыхание, чуть прошел, можно пробовать ехать. Дотянул до тени, там падаю как попало и начинаю вырубаться. Встаю, а в глазах темнеет. Еле дотянул, представляя, как окунусь в водохранилище, но с этим тоже не вышло: когда я приехал, вода цвела, в ней плавала дохлая рыба. Поэтому я просто нашел тень, немного переждал жару и поехал дальше. Когда добрался до магазина — выпил сразу два литра воды и они никуда не ушли.

Реакция

— Люди, которые встречают меня на маршруте, обычно относятся абсолютно индифферентно. Есть показательная история, правда, не из этой поездки. Как-то в Беларуси я подъехал к какой-то свиноферме, где меня встретил местный мужичок на тракторе. Во время разговора я сказал, что еду в Петербург — и он отреагировал совершенно спокойно. Начал объяснять, как добраться, какие есть грунтовые дороги, отметив некоторые из них нецензурными словами.

Обычно башню сносит у офисных работников. Для них поездка на велосипеде — это 20 километров до речки и обратно. А близкие — поддерживают. Жена, например, пару раз ездила в «Тур Юнайт» и хотела бы ездить со мной, но у нас разный темп.

Опыт

— Ну, то, что нас не убивает — делает сильней. Это преувеличение, но, думаю, так и есть. По работе я раньше часто летал в Южную Корею и каждый раз возвращался разбитый и уставший. После того как начал кататься, командировки стали проходить гораздо легче. Это определенно сказывается на общей выносливости, но это побочный эффект.

На вопрос «зачем?», мне кажется, мало кто может ответить осмысленно. Есть отложенное удовольствие, когда разглядываешь карту и осознаешь масштаб того, что преодолел. Иногда, когда едешь, думаешь: «Зачем я в это ввязался, больше никогда не подпишусь». А потом отпускает — едешь, любуешься, радуешься. И сложности начинают восприниматься как что-то должное и обычное.

В процессе я получаю впечатление и удовольствие не от конкретной достопримечательности или участка, а от всего сразу — от масштаба. Когда меняются климатические зоны: сначала были горы, потом степь, потом поля и меловые холмы. Смещаясь к северу, я начал замечать, что световой день становится всё длиннее. А на северных сегментах в районе Мурманска вообще можно из ночи выехать в полярный день — и все эти изменения происходят за пару дней езды на велосипеде.

Кажется, что многие едут «Тур Юнайт» созерцательно — это красивый туристический маршрут. И прекрасно, что есть такая штука, которая вытягивает людей с дивана.