Если командир будет увлекаться только боем, который ведется непосредственно перед ним, а не будет вести глубокой разведки и наблюдения, он неизбежно попадет впросак и понесет большие потери.

Командир должен помнить: немцы пытаются обмануть нас огнем автоматчиков, которые, перебегая с одного места на другое и беспорядочно стреляя, должны создать видимость сплошного огневого пояса. Немцы пытаются, далее, обмануть нас своими выдвинутыми вперед танками, имея целью обнаружить все наши огневые средства, чтобы затем обрушиться на них главными своими силами и, создав видимость какого-то окружения, вызвать панику в наших рядах.

Чтобы не быть обманутым, надо обязательно вести тщательную разведку для выяснения действительных сил противника.

О значении разведки можно судить по следующему факту из жизни 1-й Гвардейской танковой бригады.

В октябре 1941 г. под Орлом бригада была брошена в район Мценска. Прибыв на место, я узнал, что немцы (части Гудериана) захватили Орел. Моя бригада не только сдерживала противника в течение 8 дней, но и славно била немцев. А все это потому, что я с самого начала обманул матерого фашистского волка.

Как это удалось?

Сил у меня было в 5–6 раз меньше, чем у Гудериана, но мы так организовали дело, что у немцев создалось впечатление, будто я располагал огромными силами и средствами. Мы маневрировали на широком фронте, отлично зная, благодаря хорошей разведке, расположение частей противника. Гудериан бросится в одно место, а мы тут как тут. Он — в другое, а мы его там встречаем. Не зная нашего расположения и нашей численности, Гудериан действовал напролом, силой и неизменно натыкался на наш организованный отпор.

Еще одно важное обстоятельство обеспечило нам успех: мы никогда не обнаруживали всех своих сил, никогда не открывая огня из всех своих огневых точек.

Под Орлом мы ввели в систему ложные окопы. Мы их отрывали ночью на расстоянии 1–1½ километров от переднего края нашей обороны. Были случаи, когда противник яростно долбил с самолетов не только по нашим ложным окопам, но и по своим запутавшимся частям. Так, под деревнями Первый Воин и Второй Воин немцы били по своим частям в течение двух часов.

Под Орлом Гудериан действовал массой вдоль дорог. Он вылезал прямо против нашего переднего края, думая вызвать в наших рядах панику, но неизменно терпел поражение.

Попадая на наши стойкие войска, хорошо ведущие разведку, немцы вызывают авиацию, которая должна бомбардировать наши части с воздуха. При налете авиации важно соблюдать полное спокойствие, не метаться, не обнаруживать себя излишними движениями. Наши машины, автоматчики, стрелки должны оставаться на месте при появлении авиации противника. Это особенно должны помнить шоферы.

Если появляется авиация противника, — ложись, замри на месте! Не успел спрятаться, — не суетись в поисках убежища. Будешь метаться, — обязательно попадешь под огонь противника и нанесешь вред своей части.

Организация разведки

Разведку мы вели двух типов: 1) наблюдением и опросом местных жителей (тактическую) и 2) разведку боем.

Тактическую разведку мы вели на расстоянии до 50 километров с целью предупредить обход наших флангов и узнать группировку противника и направление движения его колонн на свои фланги. Для этого мы высылали дозоры из 2–3 бронемашин или из 2–3 мотоциклистов, или даже транспортную машину в сопровождении 1–2 мотоциклистов для связи. Численность таких дозоров — от 3–5 до 7—10 человек. Они вооружены автоматами, ручными пулеметами и гранатами РГД.

Разведку боем мы организовывали путем высылки от 3 до 10 средних танков с десантом пехоты. Столкновением с противником мы имели целью выявить боевые силы врага (расположение колонн, направление движения, численность). Высылаемые нами группы, естественно, натыкались на огонь противника. Если огонь не интенсивный, — разведка атакует и уничтожает противника, пытаясь пройти дальше. Если силы большие, — разведка откатывается, пользуясь ложными путями, оставляя заслон в засаде и сама продолжая на флангах вести разведку.

Особенно хорошо работали капитан Рафтопулло и старший лейтенант Бурда, которые на юго-восточной окраине Орла таким приемом крепко побили немцев, а сами вернулись без потерь.

Донесения от разведчиков мы получали по радио, через мотоциклистов, а иногда путем посылки отдельных танков.

Бои советских танкистов в обороне

Опыт борьбы с немцами показывает, что наилучшим способом ведения оборонительного боя являются действия из засад.

Для засады мы выбирали подходящую местность, где располагались огневые средства пехоты (противотанковые орудия, пулеметы, стрелки), и в их (пехотные) боевые порядки вкрапливали танковые засады. Засаду мы ставили по 2–3 танка, располагая их в пределах зрительной и огневой связи одной засады от другой.

Место для засады мы выбирали на вероятных путях движения танков, орудий и автомашин противника. Место засады должно иметь укрытие с земли и воздуха. При этом мы избегали расположения засад у резко бросающихся в глаза предметов,

Наилучшими местами для засад будут: а) мелкие кустарники, разбросанные по полю, но закрывающие по высоте танк; б) обратные скаты высот, из-за которых высовывалась бы лишь башня танка и по сторонам имелись бы стога, копны сена и т. п., скрывающие месторасположение танка; в) всегда желательно на важных направлениях иметь возможно дальний обстрел — до 1–1½ километров, а на второстепенных направлениях — 200–300 метров.

Засады не должны себя обнаруживать и поэтому не стреляют по разведке противника. По ней ведут огонь специально выделенные огневые средства. Исключение составляют засады, охраняющие фланги боевого порядка, которые ни в коем случае не должны пропускать противника в тыл своих войск.

Наилучшим способом ведения огня из засад является стрельба с места в упор на коротких дистанциях, с быстрым переносом огня по важным целям, с частой переменой своей огневой позиции и незаметным, быстрым переходом на новую, запасную позицию для открытия огня оттуда. Когда есть время, танки, как правило, должны быть окопаны с устройством удобного выезда назад. На выезды надо обращать самое серьезное внимание, чтобы танк не буксовал при выезде. Сам танк и выезд должны быть хорошо замаскированы.

Все танкисты должны знать, где расположены наши засады. Об этом должны также знать артиллеристы, поддерживающие нас своим огнем, и пехотные начальники, на чьих участках расположены засады. Эти начальники имеют право требовать от танков засады помощи огнем при атаке танками противника нашей пехоты.

Каждый танковый начальник, организовавший засады (командир отдельно действующей роты, батальона, полка), обязан иметь наблюдательный пункт, с которого должен видеть места расположения засады, с тем чтобы во-время высылать подвижной резерв — помощь засадным танкам при нападении крупных сил противника.

Связь с засадными танками осуществляется по радио, ракетами, пешими посыльными и, если надо, посыльными танками. О значении сигналов ракетами должны знать не только танкисты, но также пехота и артиллерия, поддерживающая танки. При совместной обороне с пехотой и ее поддержке танками надо требовать от пехоты подачи конца провода к поддерживающим тапкам и подвижному резерву.

Находясь в засаде, начальник засады должен распределить роли в ведении огня между танками. Все подступы должны быть всем в засаде известны, ориентиры изучены и расстояния до них определены.

Возможны различные варианты ведения огня в зависимости от появления целей. Пусть, например, появилась колонна противника на дороге перед засадой. В таких случаях, если в засаде два танка, надо бить бронебойными снарядами по головному и заднему танкам в первую очередь, а потом перенести огонь по остальным. Это делается с целью лишить танки противника маневра.

Другой пример: появилась колонна танков противника и среди них машины с пехотой. В этом случае мы открываем огонь по головному и заднему танкам бронебойными снарядами, а по пехоте — осколочными снарядами и из пулеметов, по машинам с горючим и боеприпасам, а также по артиллерии — осколочными снарядами.

Танкисты, находящиеся в засаде, должны знать все варианты в ведении огня и свою роль в этом. При перемене огневой позиции в засаде танки меняют их по очереди, поддерживая друг друга огнем.

За засадами в укрытом месте мы располагали основные силы танков как ударную группу. Когда немцы пытались наскочить на нас в лоб или на любой из наших флангов, они неизменно встречали огонь пехоты, засады танков и удары из глубины этой ударной группы.

Благодаря такой системе расположения засад и основным силам танков мы неизменно били немцев, несмотря на их явное превосходство в численности танков.

Наступательный танковый бой

Ведение боевой разведки обеспечивает наши главные силы от неожиданного нападения противника, а также предохраняет от попадания наших частей на минное поле или труднопроходимый участок местности. Своим движением вперед боевая разведка выясняет систему противотанковых орудий противника и различные препятствия и своевременно предупреждает главные силы от выхода их в лоб на эти препятствия.

Каждый танковый начальник обязан прежде всего попытаться обнаружить минные поля и заграждения различных — видов, с тем чтобы их обойти. Правило танкиста: не лезь на рожон, а попытайся обойти препятствие. Если же не удастся обойти труднопроходимую местность, надо ее расчистить. Это значит, что под прикрытием артиллерийского огня и огня танков надо выслать сапер с миноискателями. Задача сапер — очистить пути в минных полях для прохождения танков.

Если кроме минных полей имеются ручьи, речки с крутыми берегами, овраги, надо найти пологие спуски, броды и т. п. Делать это надо под прикрытием темноты.

После этого высылается эшелон боевой разведки танков, задача которой — преодолеть эти препятствия и своим движением, по принципу команды «Делай, что я», вести наступление удобными подступами и проводить через очищенные проходы атакующие танки.

Танковый начальник должен всегда разведывать систему огня и препятствий противника и избегать лобового удара. Он должен искать у противника слабые места в обороне, его фланги и стыки. При ведении боевой разведки ударную группу надо держать за закрытиями, перевалами и в лощинах, не высовывая массу танков под обстрел противника.

Своим выдвижением вперед боевая разведка обнаруживает огневую систему противника, естественно вызывая на себя его огонь. Эшелоны боевого порядка, наблюдая за действиями боевой разведки и огнем противника, действуют огнем и маневром, уничтожая вражеские огневые точки.

Если противник силен, то выгоднее, наступая (атакуя), вести танки в глубоком построении, не менее чем в трех эшелонах, имея впереди тяжелые, во втором эшелоне средние и в третьем эшелоне легкие танки. Удаление эшелона от эшелона должно быть в пределах зрительной и огневой связи.

Задача первого эшелона, следующего за боевой разведкой, — уничтожать танки и противотанковые орудия противника и вообще все его артиллерийские средства, не зарываясь в глубь расположения противника и не отрываясь от второго эшелона.

Задача второго эшелона — зорко наблюдать за действиями первого эшелона, охранять его от неожиданно появляющихся огневых средств противника и уничтожать их своим огнем. Особенно надо предохранять первый эшелон от возможного нападения с флангов, своевременно обнаруживать и уничтожать засады противника, его бутылочников.

Задача третьего эшелона — уничтожать пехоту противника, пулеметы и минометы и охранять второй эшелон от всяких неожиданностей со стороны противника. Третий эшелон ведет непосредственно за собой нашу пехоту.

Если противник слабый и у него нет сильных танков, может быть иное эшелонирование, в зависимости от огневых средств, характера местности и т. д.

Например, при овладении узлом Тимково наши танки действовали в одном эшелоне. Задачей средних и тяжелых танков, наступавших на немцев, было, ведя за собою пехоту, подавить огневые точки в блиндажах и ворваться в деревню, стреляя в упор по сараям, избам, подвалам, где засели автоматчики противника и где имелись противотанковые пушки. Так мы и поступили.

Танки ведут атаку от укрытия к укрытию, поддерживая взаимодействие огнем и движением, никогда не подставляя себя под массированный огонь противника.

Танкисты должны помогать друг другу в бою и никогда не покидать подбитого товарища на поле боя, стараться взять его на буксир и утащить в тыл, в укрытие. Остальные же танкисты обязаны этот выход прикрывать своим огнем.


Генерал-майор танковых войск, Михаил Ефремович Катуков, 1942

Источник