В годы оккупации в Лиде активно действовали подпольщики. Многие из них и пожить-то толком не успели…
Они были совсем юными, но, несомненно, морально и нравственно зрелыми. В годы Великой Отечественной в оккупированной фашистами Лиде они создали подпольную сеть и оказали серьезное сопротивление врагу, действуя на предприятиях города, железной дороге, электростанции. Они любили жизнь, но каждый день смотрели смерти в лицо. Потому что они любили свою Родину. И малую, и большую. Они хотели, чтобы она поскорее снова свободно вздохнула и набрала полные легкие мирного воздуха.
Непокоренный город
Утром 27 июня 1941 года в Лиду вошли немецкие войска. Установился оккупационный режим. Весь район превратился в мощный опорный узел немцев, насыщенный живой силой и техникой врага. В оккупированном городе начался кровавый террор: фашисты добивались исполнения «нового порядка», каждые две недели на территории местной тюрьмы расстреливали по 25—30 человек — представителей интеллигенции, церкви.
— В сороковые годы прошлого века Лида, как и сейчас, была важным железнодорожным узлом, через который ежедневно проходили десятки составов с различными грузами военного назначения и живой силой, — рассказывает научный сотрудник Лидского историко-художественного музея Анастасия Колодяжная. — В городе размещался немецкий военный гарнизон, и борьба с захватчиками, по сути, началась с первых дней оккупации. А осенью 1941-го местные патриоты, знавшие друг друга по совместной работе и учебе, бывшие военнослужащие Красной Армии начали объединяться. Центром подполья стала партийно-комсомольская группа на железнодорожном узле, которую организовали коммунист Михаил Игнатов и комсомолец Александр Климко. Со временем подпольная организация разрослась до 35 человек. В конце 1943 года в городе работали четыре самостоятельные подпольные группы: на железнодорожном узле, в авиамоторных мастерских, в немецком госпитале и даже в самом гебитскомиссариате. Подпольщики совершали диверсии на предприятиях, железной дороге, электростанции, собирали и прятали оружие, боеприпасы, оказывали помощь военнопленным, поддерживали связь с партизанскими отрядами «Искра» и «Балтиец», которые действовали на территории Лидского района.
Бесстрашный машинист
Михаил Игнатов был простым железнодорожником. Родился в 1910 году в Липецкой области. В 1923-м окончил пять классов школы и семь лет работал в колхозе, затем — в Москве на железной дороге кондуктором, а после переезда семьи в 1931 году в город Каширу Московской области — в Каширском локомотивном депо: кочегаром, помощником машиниста, машинистом. В Воронеже окончил шестимесячные курсы машинистов паровоза, и в 1939-м был командирован на работу в Западную Беларусь — в Лиду, где требовались квалифицированные специалисты-железнодорожники. Переехал вместе с семьей, которая все тяготы оккупации пережила вместе с ним в Лиде.
— Первое время молодые люди слушали приемник со сводками Совинформбюро, писали от руки листовки, проводили агитационную работу среди земляков, — рассказывает главный хранитель фондов Лидского историко-художественного музея Наталья Хотянович. — А позже, когда группа установила связь с партизанскими отрядами «Искра» и «Балтиец», имени Ворошилова, выполняли задания разведывательного и диверсионного характера. Из партизанских отрядов молодые подпольщики получали мины и взрывчатку, а также листовки, сводки Совинформбюро, экземпляры газеты «Уперад», которые распространяли среди населения. Это был большой риск. Случались в городе и террористические акты против глав оккупационной власти. Немцы жили как на пороховой бочке. И никто не знал, кто стоит за этими терактами, кто, рискуя собственной жизнью, так отчаянно борется за свободу родного города.
Михаил Игнатов, работая машинистом паровоза, брал с собой в рейс мины замедленного действия, которые в пути следования подкладывал под другие паровозы, выводя их из строя. Ближайший соратник Игнатова комсомолец Александр Климко был коренным лидчанином, профессию получил в Белостокском железнодорожном ремесленном училище, во время войны работал слесарем в Лидском паровозном депо. А Матрена Наказных и Маша Костромина были совсем девчушками: в 1941-м окончили лидскую среднюю школу № 1. В 1940 году обе переехали в Лиду с семьями родителей, которых направили на железнодорожный узел: одна — из Липецкой области, другая — из Амурской. Отец Матрены Наказных работал на железной дороге вместе с Игнатовым.
Есть данные, что в 1942 году подпольщики сожгли построенное гитлеровцами вагонное депо и завод по изготовлению конструкций для бункеров и блиндажей, подорвали поворотный круг в депо. В феврале 1943-го Александр Климко и Леонид Холевинский взорвали бензосклад. Летом того же года магнитной миной, подложенной Климко, был подорван восстановленный поезд. В феврале 1944 года «неуловимые мстители» подорвали министерский салон-вагон Восточной железной дороги, уничтожили бронированный вагон на станции Лида, а также дом на улице 17 Сентября, в котором располагалась железнодорожная охрана.
За пять дней до долгожданной свободы
Лидское подполье действовало почти до конца оккупации. Немцы предпринимали все новые и новые попытки разоблачить подпольщиков, но фортуна долгое время была на стороне молодых патриотов, которые, рискуя жизнью, боролись с фашистским режимом.
Однако весной 1944 года по подполью был нанесен сокрушительный удар. 4 мая в квартире Игнатова агенты «абвергруппы-307» арестовали связную партизанского отряда «Балтиец», которая, не выдержав пыток, раскрыла явочные квартиры подпольщиков. Очевидцы вспоминают, что в ночь арестов гестаповцы возили ее на машине опознавать боевых товарищей. Той ночью уцелело лишь несколько человек.
Михаила Игнатова арестовали, забрали в гестапо прямо из депо, а к нему на квартиру направили двоих полицейских и гестаповца, чтобы забрать семьи. Но его жене с детьми удалось сбежать, их укрыли в партизанском отряде. Гестаповцы жестоко пытали Игнатова, требуя раскрыть имена всех подпольщиков и связных, однако ничего от него не добились. 23 июня 1944 года после жестоких пыток (у него были раздроблены суставы рук, выбиты зубы, искалечены лицо и тело) его расстреляли во дворе тюрьмы. Ему было всего 33 года.
А за пять дней до освобождения Лиды, 3 июля 1944 года, в двух километрах севернее города на опушке леса (нынче — микрорайон Рыбиновского) фашисты устроили массовый расстрел комсомольцев-подпольщиков — более сорока человек. Смерть встретили Александр Климко, Анатолий Качан, Матрена Наказных, Зоя и Леня Кудачевы и другие патриоты — лучшие представители молодого поколения Лидчины. А Маша Костромина, став бойцом отряда имени Ворошилова, принимала участие во многих боевых операциях против гитлеровцев и погибла в бою у деревни Жемыславль Ивьевского района.
— Подпольная деятельность в нашем городе вместе с партизанским движением сделала свое дело в борьбе с оккупантами и приблизила освобождение родных мест, — подчеркивает историк Анастасия Колодяжная. — Накануне изгнания из города немецко-фашистских захватчиков на Лидчине действовало 6 партизанских бригад, в которые входили 26 партизанских отрядов с общим количеством около 5 тысяч бойцов.
Лида была освобождена 8 июля 1944 года в течение трех часов в результате мгновенной атаки трех конных полков практически без потерь и сопротивления.
Память в сердцах и камне
…Мы гуляем по улице Игнатова с научным сотрудником Лидского историко-художественного музея Анастасией Колодяжной. Она — удивительный человек: краевед, ученый, писатель, знающий об истории подпольного движения на Лидчине все. А ее книга «Память — главный свидетель» о детях войны раскрывает невероятный мир целого поколения, представители которого в самом нежном возрасте пережили ужасы войны.
— После Победы деятельность подпольщиков на целых двадцать лет была незаслуженно забыта, — рассказывает мой экскурсовод. — Лишь в марте 1965 года бюро Лидского горкома партии приняло постановление «Об увековечении памяти участников Лидского подполья». Впервые были названы десятки имен участников подпольных групп и вкратце освещена их борьба с немцами. Вторично к теме Лидского подполья горком партии возвратился в мае 1974 года после тщательного изучения его деятельности.
Титаническую работу по возвращению имен героев из забытья провели сотрудники Лидского краеведческого музея. Они вели переписку с матерью и супругой Михаила Игнатова, родственниками других подпольщиков, уцелевшими соратниками и партизанами, участниками освобождения Лиды, по крупицам собирали материал о местном подполье.
В мае 1965 года решением исполнительного комитета Лидского городского Совета депутатов трудящихся улица Совхозная была переименована в улицу руководителя подполья. На небольшой улице в микрорайоне Росляки преимущественно с частной жилой застройкой тихо и спокойно. На одном из домов висит мемориальная доска в память о Михаиле Игнатове. Торговый мебельный центр, небольшой сквер, за ним — знаменитое предприятие ОАО «Лидагропроммаш», где выпускается сельскохозяйственная техника, а за перекрестком — средняя школа № 8, где работает замечательный музей с экспозицией о Лидчине в годы Великой Отечественной войны и Лидском подполье. Кто такой Игнатов, в школе знают все учащиеся.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 мая 1965 года семеро участников Лидской подпольной партийно-комсомольской организации — Михаил Игнатов, Александр Климко, Анатолий Качан, Матрена Наказных, Мария Костромина, Леонид Холевинский, Леонид Кудачев — за мужество и отвагу, проявленные в борьбе против немецко-фашистских захватчиков в период Великой Отечественной войны, были награждены орденом Отечественной войны I степени. Посмертно. Именами подпольщиков Игнатова, Качана, Климко, Костроминой, Зои и Лени Кудачевых, Наказных названы улицы города. В сентябре 1965-го в Лиду приезжала супруга Михаила Игнатова для получения ордена Отечественной войны.
В 2010 году сын бесстрашного машиниста Николай Игнатов, приехавший из Москвы, установил памятную доску на доме № 31 по улице Розы Люксембург, где в годы Великой Отечественной войны жила их семья. И хотя ему тогда было всего пять лет, он многое помнит.
Многократно проходила маршрутами героической тетушки и племянница Матрены Наказных Надежда. Она также приезжает из Москвы в Лиду, бывает в Лидском историко-художественном музее, историко-этнографическом музее в средней школе № 1, где учились Матрена Наказных и Маша Костромина, в комнате боевой и трудовой славы Лидского локомотивного депо, где трепетно хранится память о подпольщиках.
Невероятно трогательная эмоциональная выставка, посвященная 75-летию Победы над фашистскими захватчиками «Нам сорок первый не забыть, нам сорок пятый славить», работает в Лидском историко-художественном музее. Одна из инсталляций посвящена местному подполью: уголок хаты, воспроизводящий жизнь и быт того времени. Этажерка, абажур над круглым столом, радиоприемник «Филипс», гитара Матрены Наказных, плетеный из лозы рюкзак, в котором подпольщики переносили листовки… На столе — портреты юных подпольщиков. Иногда около фотографий появляются красные яблоки — как символ пролитой крови и безвременно оборванных жизней.
В память о воинах-железнодорожниках, участвовавших в освобождении Лиды от фашистских захватчиков, на углу проспекта Победы и улицы Камышовой на пьедестале установлен отреставрированный паровоз выпуска 1945 года. А на территории локомотивного депо о подвиге подпольщиков напоминает стела с надписью: «Здесь с декабря 1941 г. по июнь 1944 г. действовало партийно-комсомольское подполье, центром которого была партийно-комсомольская группа на железнодорожном узле. Игнатов Михаил Николаевич, Климко Александр Александрович, Качан Анатолий Гаврилович, Наказных Матрена Константиновна, Костромина Мария Ивановна, Холевинский Леонид Федорович, Кудачев Леонид Федорович».
Лида помнит. На опушке соснового леса, где приняли мученическую смерть более сорока подпольщиков и партизан Лидчины, сооружен монумент, установленный в 1966 году по проекту архитектора Сосновского. Сюда приходят потомки, чтобы поклониться бесстрашным землякам, вставшим на защиту родной земли. Здесь проходят митинги и акции Памяти. В этом месте особенно остро чувствуется связь времен и неудержимая сила духа поколения, которое прежде думало о Родине, а потом — о себе.