Николай Брик: «Однажды меня в скрадке вместе с кукурузой чуть не скосил комбайн»

Известный фотоохотник Челнов о том, что самый злейший его враг не браконьер, а щелчок фотоаппарата «В интернете можно увидеть множество работ разных фотохудожников. Они действительно красивые, качественные, композиционно выверенные, но, перелистнув следующие фотографии, забываешь, что посмотрел две минуты назад. Это я к тому, что снимков красивых много, а душевных, запоминающихся — мало», — говорит Николай Брик. В своем интервью «БИЗНЕС Online» он рассказал о том, как снимает журавлей и глухарей, почему в лесу сложно найти хоть одну белку и отчего фотографы сами рубят сук, на котором сидят. Известный фотоохотник Челнов Николай Брик: «Снимков красивых много, а душевных, запоминающихся — мало» «В ЭТОМ ГОДУ НА МИГРАЦИИ ЖУРАВЛЕЙ СКАЗАЛОСЬ ХОЛОДНОЕ ЛЕТО» — Середина октября, как известно, — время перелета журавлей на юг. Николай Николаевич, расскажите, как проходила ваша «вылазка» на журавлей в этом году? Они птицы пугливые, наверняка у вас свои секреты, как сделать так, чтобы подобраться к ним поближе. — На журавлей я езжу уже пятый год подряд. В целом журавли — очень сложный объект для фотосъемки, они крайне осторожные. В первые годы я тщательно изучал их манеру поведения, повадки, миграционные пути. Обычно новичков эти птицы ближе 100–200 метров к себе не подпускают. Необходим опыт. По осени журавли обитают на полях, к ним  близко не подлезешь. Но зато, когда они улетят на отстой у воды, там уже можно установить заранее скрадок. Поэтому у меня есть кадры, где журавли буквально в трех-пяти метрах от меня садились. «Если посмотреть в интернете, то можно увидеть множество работ разных фотохудожников. Работы качественные, композиционно выверенные, но, перелистнув следующие работы, забываешь, что посмотрел две минуты назад» — Вы только осенью фотографируете этих птиц? — Весной тоже, но лучшие кадры получаются именно осенью. Наверное, потому, что осень своей красотой больше располагает к съемке. А еще журавли очень мелодично курлычут перед отлетом в теплые края. Весной, когда они только прилетают, можно запечатлеть их лишь небольшими группами, а осенью — целыми стаями… На поле их может собраться порядка тысячи. В этом году на миграции журавлей сказалось холодное лето. Они хоть и мигрировали по-привычному пути, но игнорировали в некоторой степени водные пространства, где я их ожидал. Журавли очень умные птицы. Садятся, как правило, в центре поля, в самом труднодоступном месте. Поэтому подобраться к ним близко — трудно. Не получается качественно замаскироваться в пустых полях. Журавли частенько обитают именно на кукурузных полях, садятся туда «на кормежку». В кукурузе из-за ее высоты сделать скрадок легко, но очень опасно. Однажды меня там вместе с кукурузой чуть не скосил комбайн — благо удалось успеть выскочить! «Журавли очень умные птицы, они садятся, как правило, в центре поля, в самом труднодоступном месте. Поэтому подобраться к ним близко — трудно» — В каких районах Татарстана вам удается застать журавлей? — Я езжу в Актанышский район. Пары дней достаточно, чтобы поймать хорошие моменты. Но порой приходится ездить по три раза, потому что может помешать непогода, по причине которой не начался миграционный путь журавлей. Также меня очень сильно увлекает съемка глухарей. — А какое поведение у этих птиц? — С глухарями почти так же, как и с журавлями. Съемка получается удачной тогда, когда точно определено место токования и фотограф, засев в скрадок, выжидает своей удачи. Также надо прийти заранее и тщательно замаскироваться. Исходя из своего многолетнего опыта, я знаю, когда у них пик глухариного тока —  примерно с середины апреля. Значит, ориентировочно, с 10 апреля надо быть в лесу и выжидать. К концу апреля старые глухари, как правило, заканчивают токование и покидают тока, молодые же продолжают токовать еще неделю-полторы. За последнее десятилетие на току бывает всего по 2-3 глухаря, а раньше их было по 12-15. Охотники ежегодно получают лицензии на возможность стрелять в глухарей, в связи с этим их становится с каждым годом меньше. — Недавно вы ездили снимать гон лосей. Расскажите об этом. — Гон у лосей происходит осенью, когда приходят первые заморозки. Начинается он в конце августа — сентябре и длится около двух месяцев. В зависимости от суровости климата сроки начала гона смещаются от второй половины августа на юге, до середины сентября в северных регионах. Гон лосей я обычно снимаю в Челнах, в районе Первомайки. Иногда их можно увидеть на просеке вдоль дороги, когда они выходят на кормежку. Но более интересные снимки удается сделать все-таки в лесах Удмуртии. Живописные окрестности просто завораживают. — Этой осенью у вас в планах есть еще какие-либо путешествия? — Сейчас уже, в принципе, не на кого идти, потому что гон лосей кончился, журавли улетели… Сейчас в лесах Татарстана я строю скрадки на зиму. Когда выпадет снег, я приду туда фотографировать птиц. С собой возьму прикорм для них! Буду ждать появления соек, снегирей… «Браконьеров у нас много, действительно. Но причины не только в них. Экология имеет большое значение тоже. Сейчас в том же Боровецком лесу сложно найти хоть одну белку. А раньше они тут скакали табунами» «СЕЙЧАС В ТОМ ЖЕ БОРОВЕЦКОМ ЛЕСУ СЛОЖНО НАЙТИ ХОТЬ ОДНУ БЕЛКУ» — Что с собой необходимо взять в лес фотоохотнику, чтобы была возможность днями напролет сидеть «в засаде»? — Я беру с собой в поездку лишь самое необходимое. У меня стандартный набор еды, одежды, аппаратуры, вспомогательных предметов для съемки. Самое главное — надо взять кучу аккумуляторов для зарядки техники! (Смеется) — В лесах у вас экстремальные случаи бывали? — К великому счастью, нет. У фотоохотников злейший враг в лесу — это щелчки фотоаппаратов! (Смеется) Порой это животных и птиц пугает. — За последнее десятилетие чувствуется ли оскудение живой природы? — Браконьеров у нас много, действительно. Но причины не только в них. Экология имеет большое значение. Сейчас в том же Боровецком лесу сложно найти хоть одну белку. А раньше они тут скакали стаями. Когда выезжаешь подальше от города, крайне редко можно было не встретиться с кабаном  или лосем… Сейчас редко когда их увидишь. Хотя вроде говорят, что кабанов больше становится. Наверное, осторожнее становятся что ли, пугливее. Я часто езжу в Красный Бор в охотничье хозяйство. Там много животных, интересно. В лесах Можги тоже увлекательно. Вообще, в Удмуртии такая красотища! Есть  одна речка под названием Вала, вокруг нее такие пейзажи… Можно забыть про охоту и снимать местные природные красоты! (Смеется) «Я часто езжу в Красный бор в охотничье хозяйство, там много животных, интересно. В лесах Можги тоже увлекательно. Вообще, в Удмуртии такая красотища в плане природы» — Когда вы по-настоящему увлеклись съемкой животного мира, природы? — Это было в далеком 1974 году, когда я начал работать электриком на КАМАЗе. Мне тогда было 25 лет. И вот однажды мне удалось посетить фотовыставку, которая меня вдохновила. С тех пор я взял в руки фотоаппарат.  Сначала у меня ничего не получалось. (Смеется) Как-то раз обратился к своему товарищу за помощью, мол, научи меня фотографировать, у тебя красиво получается! Он, почесав затылок, сказал: «Я могу научить тебя буквально за неделю, но тогда ты не поймешь, что такое фотография. Это нужно постичь самостоятельно!». Он порекомендовал мне почитать журнал  «Советское фото». Я выписал себе это издание, начал все детально изучать и понял, что фотография — очень непростое дело. Потом у меня появился фотоаппарат «Зенит» с пятисотым объективом, который обладал очень хорошей способностью приближения. Я задумался, что бы такое снимать… И решил пофотографировать птичек. Вот таким образом и появилась любовь к животному миру. «Сейчас в лесах Татарстана я строю скрадки на зиму. Когда выпадет снег, я приду туда фотографировать птиц. С собой возьму прикорм для них! Буду ждать появления соек, снегирей…» — Наверняка фотосъемку в то время у вас заказывали специализированные издания? — Я работал фотокорреспондентом 25 лет в разных газетах и журналах. Всю жизнь приходилось ездить в дальние командировки, которые я, честно говоря, не очень любил. «Как сказал один известный фотограф, что если ты за год сделаешь хотя бы одну фотографию, которая запомнится на всю жизнь, то это очень здорово!» — Интересуетесь ли работами своих единомышленников? — В интернете можно увидеть множество работ разных фотохудожников. Работы действительно красивые, качественные, композиционно выверенные. Но, перелистнув следующие работы, забываешь, что именно смотрел две минуты назад. Это я к тому, что снимков красивых много, а душевных, запоминающихся — мало. Как сказал один известный фотограф, если ты за год сделаешь хотя бы одну фотографию, которая запомнится на всю жизнь,  это очень здорово! И действительно ведь так… — А в Челнах есть еще профессиональные фотоохотники? — Есть, но нас совсем мало. А вот любителей достаточно. Одной фотоохотой сыт не будешь, наверное поэтому не так много профессионалов, кто бы посвятил этому всю свою жизнь. «Фотографы сами рубят сук на котором сидят. Если раньше они могли заработать, а сейчас всякие фотостоки и интернет ресурсы подорвали их труд» — Как вы считаете, насколько сейчас обесценен труд фотографа? — Фотографы сами рубят сук на котором сидят. Если раньше они могли заработать, а сейчас всякие фотостоки и интернет-ресурсы подорвали их труд. Поэтому наша работа не так востребована. На сегодняшний день все имеют телефоны, у которых хорошие камеры, можно сфотографировать быстро любой момент. Но о качестве я, конечно, промолчу.