«Сережа, зачем ты раздвинул кровати?» : как легендарная Касаткина ушла вслед за мужем спустя 11 дней после 61 года брака
Однажды, в момент откровенной беседы, один из коллег в шутливой манере заметил, что актрисе, которая ни разу не изменила своему супругу, будет совершенно нечего вспомнить на склоне лет. Людмила Касаткина, не растерявшись, парировала, что в эти мгновения ее мысли будут целиком заняты Сергеем Колосовым. Так и произошло: последние дни своей жизни великая артистка провела, изнывая от невыносимой тоски по своему спутнику жизни.
15 мая мир отмечает 96-ю годовщину со дня рождения Людмилы Касаткиной – звезды отечественного кинематографа, чей талант ярко сиял в таких культовых лентах, как «Укротительница тигров» и «Вызываем огонь на себя». Кинокритики единодушно признают, что наиболее глубокие и значимые роли актриса воплотила именно в картинах, поставленных ее мужем, Сергеем Колосовым. Их творческий и любовный союз, словно сотканный из невидимых нитей судьбы, вызывал неподдельное восхищение у всех, кто был знаком с этой удивительной парой. 61 год они шли рука об руку, и лишь безжалостная смерть смогла разорвать эту крепкую связь.
11 февраля 2012 года, после продолжительной и изнурительной болезни, Сергей Николаевич ушел из жизни, а всего 11 дней спустя, 22 февраля, за ним последовала и Людмила Ивановна. В чем же заключался истинный секрет их невероятно счастливого союза, и неужели за столь долгие годы совместной жизни им удалось избежать кризисов и трудностей?
Мечты о балете, разбитые вдребезги
Будущая примадонна советского экрана появилась на свет в 1925 году в Смоленской губернии, в семье зажиточных крестьян. Ей было всего три года, когда над ее родными нависла тень раскулачивания: семью лишили всего нажитого скота. Все, кроме бабушки и дедушки, приняли тяжелое решение покинуть родной дом и бежать в Москву, спасаясь от неминуемой ссылки. В столице Касаткины обрели новый приют в скромной комнате, расположенной в Борисоглебском переулке, где когда-то величественно возвышалась усадьба князей Оболенских.
С самых ранних лет маленькая Люда проявляла удивительный талант к танцам. После успешного прослушивания у знаменитого Игоря Лентовского, она была принята на хореографическое отделение при музыкальной школе Московской консерватории. Уже в 11 лет девочка блистала на театральной сцене, пленяя зрителей своим мастерством. Однако спустя всего три года, жестокий удар судьбы навсегда оборвал ее балетные мечты: серьезная травма ноги поставила крест на ее танцевальной карьере. Именно тогда юная Касаткина впервые задумалась о том, чтобы посвятить себя актерскому искусству.
Летом 1941 года девушка отправилась в родную деревню, чтобы провести там летние каникулы. Но мирный отдых был внезапно прерван громом войны. Услышав тревожные вести о высадке немецкого десанта под Вязьмой, Людмила, не раздумывая, пешком отправилась в Можайск. Неделю спустя мать смогла забрать дочь в Москву. Однако главу семейства им не суждено было увидеть до 1946 года: отца эвакуировали в Сибирь вместе с заводом.
По окончании школы Людмила успешно поступила в ГИТИС, где мгновенно стала одной из самых ярких и талантливых студенток на своем курсе. Получив диплом, молодая актриса была принята в труппу Центрального театра Советской армии, которому в итоге посвятила всю свою жизнь. Среди самых известных постановок с ее участием, навсегда вошедших в историю театра, стоит отметить «Орфей спускается в ад», «Укрощение строптивой» и «Странная миссис Сэвидж».
Розыгрыш, переросший в вечную любовь
Сергей Колосов был на четыре года старше Людмилы Касаткиной, и к тому моменту, когда он поступил на режиссерский факультет ГИТИСа, девушка еще сидела за школьной партой. Однако судьба распорядилась иначе: юноше пришлось прервать обучение и уйти на фронт, и лишь после Великой Победы он смог вернуться в институт. Если бы не этот драматический поворот в его жизни, пути Колосова и Касаткиной, возможно, никогда бы не пересеклись.
Впервые Сергей увидел Людмилу в коридорах ГИТИСа в мае 1946 года. Очарованный ее красотой, молодой человек подошел к симпатичной студентке, представился, а едва узнав ее имя и курс, тут же пригласил на свидание. Касаткина, решив проучить столь напористого кавалера, позвала его на свой день рождения, но сознательно назвала неверный адрес. Нетрудно представить растерянность Колосова, который, принарядившись в парадный костюм и с букетом цветов в руках, оказался перед совершенно незнакомыми людьми.
Парень был до глубины души расстроен, но когда снова увидел обаятельную блондинку в коридоре вуза, не смог долго хранить обиду. Студентка искренне попросила прощения за свой жестокий розыгрыш, и чувство досады словно растворилось в воздухе. Они начали дружить, хотя было очевидно, что Колосов испытывает к Касаткиной гораздо более глубокие чувства. Признаваться в любви он не спешил, и в итоге Людмила сама догадалась обо всем.
Однажды группа студентов ГИТИСа отправилась на гастроли в Севастополь. Молодые люди жили впроголодь, едва сводя концы с концами. И тут Касаткина стала свидетельницей трогательной сцены: Колосов отдал свои последние копейки за крошечную кисточку винограда. Эту гроздь парень торжественно вручил своей подруге. Именно тогда она окончательно поняла, что Сергей безумно влюблен в нее.
Девушка ответила поклоннику взаимностью, однако со свадьбой не спешила, желая, чтобы избранник сначала крепко встал на ноги. В конце 40-х Колосов устроился ассистентом режиссера, а Касаткина начала свою карьеру актрисы в театре. В 1950 году влюбленные сыграли скромную свадьбу, накрыв праздничный стол в квартире родителей Людмилы.
Единая судьба, разделенная лишь смертью
Пятидесятые годы ознаменовали начало триумфального восхождения супругов к вершинам славы: режиссер выпустил свой первый фильм «Солдатское сердце», а актриса получила главную роль в культовой картине «Укротительница тигров». На съемочной площадке Касаткиной приходилось работать в непосредственной близости с хищниками, и лишь иногда, далеко не всегда, ее заменяла опытная дрессировщица Маргарита Назарова. Партнером Людмилы стал Павел Кадочников, и некоторые коллеги по цеху подозревали, что между экранными влюбленными проскочила искра и в реальной жизни.
«Во время съемок группа жила в одной гостинице, и актриса Татьяна Панкова впоследствии вспоминала, что дедуля ухаживал за Людмилой Ивановной, — делилась внучка Кадочникова Наталья. — А когда Татьяна Петровна напрямую у него спросила, не влюбился ли он, ответил: «Работая над картиной, я всегда немножко влюбляюсь в свою партнершу, а иначе как мне с ней играть? Закончатся съемки, пройдет и любовь».
Заработав на отдельную квартиру, супруги наконец решились на прибавление в семье. В 33 года Касаткина родила сына Алексея, но засиживаться в декрете не стала, стремительно вернувшись к работе. Сын, вспоминая свое детство, отмечал:
«Никаких обид по отношению к родителям у меня не возникало. Комплексовал я только из-за маминой популярности. Идем вместе в магазин, например, а к ней каждую минуту подходят люди: кто-то за автографом, кто-то — чтобы сказать: «Ах, Людмила Ивановна, мне так понравился фильм! Вы моя любимая киноактриса!» Мне все это не нравилось — я стеснялся, что на нас все смотрят».
Совместным триумфом режиссера и актрисы стали такие незабвенные фильмы, как «Укрощение строптивой», «Вызываем огонь на себя», «Помни имя свое» и «Раскол». Зрители навсегда запомнили Касаткину также по яркой роли директора школы в легендарной «Большой перемене» и очаровательной мадам Каролины из «Принцессы цирка». И, конечно, миллионы поклонников безошибочно узнавали артистку по ее неповторимому, томному голосу: Людмила Ивановна подарила свой тембр Багире в серии советских мультфильмов о Маугли.
Колосов и Касаткина оставили свой след не только в кино, но и в педагогике: в конце 70-х они создали уникальную творческую мастерскую в ГИТИСе, которая успешно просуществовала целых 12 лет. Людмила Ивановна продолжала преподавать в стенах своей альма-матер даже в нулевые годы, передавая свой бесценный опыт новым поколениям актеров.
Властная хозяйка и требовательный режиссер
Сергей Колосов, снимая свою супругу в собственных картинах, не делал ей никаких поблажек, напротив – от близкого человека он требовал максимальной отдачи. Так, чтобы Касаткина смогла по-настоящему прочувствовать трагедию матери, разлученной с ребенком и оказавшейся в Освенциме, режиссер заставил актрису провести ночь в одиночестве в бараке. Уснуть артистка так и не смогла: все ее мысли были поглощены судьбами малышей, погибших в концлагере.
«Когда отец брался за историческую картину, достоверность для него была на первом месте. Он добивался правды во всем: в декорациях, в костюмах, в эмоциях актеров. И всегда перед мамой ставил сложные задачи, не делал никаких скидок, — подчеркивал Алексей Колосов. — А она мужественно все исполняла. Осознавала: раз Колосов просит — значит, это нужно для результата».
Оспаривать авторитет мужа на съемочной площадке Касаткина не смела, но вот дома она безраздельно играла главную роль. Правда, излишняя доверчивость часто подводила женщину: нанятые ею помощницы, к сожалению, обманывали и обворовывали семью. Людмила Ивановна никогда не обращалась в милицию, так как не выносила публичных скандалов. Близкие отмечали, что, несмотря на это, актриса всегда оставалась принципиальной, сторонилась театральных интриг и прямо высказывала окружающим все, что думала.
«Эмоции она несла домой и только тогда выплескивала. Могла под горячую руку с отцом поссориться. Но он все понимал и старался вернуть ей хорошее настроение. Подойдет, обнимет, поцелует и успокоит. Папа мамой очень дорожил», — вспоминал Алексей.
«Увел за собой»
Колосов умел превращать дни рождения своей избранницы в настоящие праздники, на которых собирались самые близкие друзья и коллеги. Но в 2011 году одно из таких торжеств обернулось трагедией: Сергею Николаевичу внезапно стало плохо с сердцем. Ранее у мужчины уже случались проблемы с сосудами и микроинсульты, но он всегда восстанавливался. Однако на этот раз все было иначе: последние месяцы режиссер провел в больнице, прикованный к постели.
Касаткина навещала мужа каждый день, не пропуская ни одного. Из-за колоссального стресса у артистки обострились хронические заболевания, и периодически ее саму приходилось госпитализировать. 29 июня 2011 года актриса в последний раз вышла на сцену театра: мысли путались, она забывала текст, и коллеги незаметно подсказывали ей слова. А осенью Людмила Ивановна снова оказалась в клинике…
11 февраля 2012 года 90-летний Сергей Колосов скончался. Печальное известие артистка приняла молча, без единой слезинки и истерики. В день похорон вдова попросила дать ей возможность проститься с супругом наедине. Женщину привели в ритуальный зал ЦКБ за пару часов до начала официальной панихиды.
«Молча стояла и смотрела на папу. Беззащитная… О чем она думала в тот момент? Что мысленно обещала? Не знаю. Вслух не было произнесено ни слова, — вспоминал Алексей. — Мама наклонилась, поцеловала, постояла еще немножко рядом. Повернулась и медленно пошла прочь».
После похорон 86-летняя Касаткина оказалась в клинике в полубессознательном состоянии. Она бредила, и, обращаясь к сиделке Елене, постоянно спрашивала, почему молчит ее Сережа.
«Накануне смерти мама приподнялась на кровати, снова посмотрела на Леночку. Взгляд прояснился, лицо помолодело, словно болезнь отступила. Четко произнесла: «Сережа, зачем ты раздвинул кровати? Сдвинь воедино!» Потеряла сознание и больше в себя не пришла, — делился сын кинодеятелей. — А на следующий день, 22 февраля, ее не стало. Отец увел маму за собой…»
Что вы думаете о столь сильной связи между супругами — является ли это проявлением настоящей любви или чрезмерной зависимостью?