Пензенский ОМОН Росгвардии: бои в Чечне, Киркоров и современные будни
0
78
В начале апреля пензенский отряд милиции особого назначения (ОМОН) отмечает сразу две даты: 1-го числа исполнилось 27 лет со дня основания отряда в нашем регионе, а 5 апреля празднуется четырехлетие войск Росгвардии, в структуру которой входит подразделение.
В 1993-м костяк вновь образованного ОМОНа составили представители отдельной роты спецназа, командиром стал Анатолий Левченко. Чтобы попасть в отряд, претенденты сдавали нормативы, напоминавшие ГТО, и с годами «экзамен» становился все сложнее и сложнее.
В числе командированных был Николай Рукавишников — бывший командир пензенского ОМОНа, сегодня — заместитель начальника Управления Росгвардии по Пензенской области.
О том, что пензенских парней отправляют в горячую точку, знали не все.
— Нас проинструктировали, что едем в Новочеркасск. Эту информацию мы и сообщили родным, чтобы не волновались, — вспоминает полковник полиции.
Наши земляки принимали участие во многих значимых операциях, в том числе в предновогодней попытке штурма дворца Дудаева.
И вот колонна БТР в столице Чечни. В полуразрушенном городе с трудом нашли дорогу к дворцу. Там увидели расстрелянные армейские автомобили и тела убитых солдат. У командно-штабной машины еще моргал поворотник.
В этот момент по рации сообщили, что ранен в руку Андрей Кормишин...
Начался обстрел. Казалось, пули летят отовсюду. Отвечали огнем практически вслепую, ведь противник находился в засаде. Вместе со своими бойцами отстреливался и Анатолий Левченко. Ранены были Вадим Горячев, Владимир Нагаев, Владислав Пономарев… Зацепило многих.
Поступила команда вернуться на исходный рубеж: в сумерках боевики могли расстрелять всю колонну бронетехники из гранатометов и огнеметов.
На выезде из города одна из головных машин завязла в колее. Чтобы сберечь драгоценное время, раненых несли на руках туда, где ждал санитарный транспорт, готовый доставить их в полевой госпиталь, за 40 километров от Грозного.
Пострадавших размещали в палатках. А неподалеку лежали тела тех, кому медицинская помощь уже была не нужна...
Тяжелораненого Горячева сразу же отправили в Моздок вертолетом, а Нагаева прооперировали здесь же в новогоднюю ночь. На следующий день его вертолетом отправили во Владикавказ, оттуда — в подмосковное Реутово, а затем — в Центральный госпиталь МВД.
Лишь 5 января бойцу удалось позвонить в Пензу. Тогда родные узнали, где на самом деле находится пензенский ОМОН.
Важно, что даже в горячих точках пензяки не давали волю эмоциям и не забывали, что по ту сторону баррикад такие же люди: если на пути попадались раненые боевики, им оказывали медицинскую помощь.
Первый такой выезд был осенью 1993 года во время московского путча. Как вспоминает майор Владимир Нагаев, первую ночь после приезда они провели у Дома Советов, который к тому времени был сдан оборонявшими его людьми.
Работали по разным направлениям: патрулировали вместе с милицией, проверяли с сотрудниками ГАИ въезжающий в столицу и выезжающий из города транспорт. Главным было не допустить ввоза оружия и боеприпасов.
Отряд Нагаева поставили на въезде в Москву на солнцевском направлении. Дежурили по 15 часов в сутки. Проверять надо было абсолютно все машины. Огнестрельного оружия в салонах не было, а вот газовые пистолеты встречались. Попутно пресекли три попытки ввоза наркотиков.
— Частенько проезжал через наш пост юморист Михаил Евдокимов, ныне покойный. Всегда улыбался, без лишних напоминаний выходил из машины, открывал двери, багажник, капот. Человек понимал, что омоновцы службу несут, а не ради праздного любопытства машины досматривают. Несколько раз пришлось проверять автомобиль Владимира Преснякова. Один раз остановили машину Филиппа Киркорова. Тот спокойно вышел из своего авто, поздоровался и, как нам показалось, даже с любопытством наблюдал за происходящим, — делится воспоминаниями Владимир Викторович.
Зато настоящую истерику закатил полковник МВД, занимавший важный пост в министерстве: кричал, грозил всяческими карами, пугал группой захвата, которая приедет и разоружит пензяков.
Через некоторое время действительно на вишневой «девятке» из Москвы прикатили люди в камуфляже и с автоматами. Один из них подошел к нашим землякам, попросил предъявить удостоверение. Пензенцы ответили тем же, после чего машину все-таки досмотрели и дебошир уехал. А позже выяснилось, что из МВД его уволили.
— Мы обеспечиваем безопасность, не создавая шума и не доставляя проблем простым людям. Много времени бойцы тратят на подготовку — они должны быть всегда в форме. И самое главное — поменьше подвигов. Если операция прошла спокойно, без лишнего героизма, значит, задача выполнена на «отлично»! — подытожил Николай Рукавишников.
На фасадах школ, где учились погибшие бойцы, установлены мемориальные доски, а в честь Дмитрия Мутовкина названа улица в Первомайском районе Пензы.
В 1993-м костяк вновь образованного ОМОНа составили представители отдельной роты спецназа, командиром стал Анатолий Левченко. Чтобы попасть в отряд, претенденты сдавали нормативы, напоминавшие ГТО, и с годами «экзамен» становился все сложнее и сложнее.
«Командировка» в Грозный
Уже в первый месяц существования (конец апреля 1993 года) сурские омоновцы отправились в командировку на Северный Кавказ — урегулировать осетино-ингушский межнациональный конфликт. Через два года их направили в Чечню, но там велись уже очень серьезные боевые действия.В числе командированных был Николай Рукавишников — бывший командир пензенского ОМОНа, сегодня — заместитель начальника Управления Росгвардии по Пензенской области.
О том, что пензенских парней отправляют в горячую точку, знали не все.
— Нас проинструктировали, что едем в Новочеркасск. Эту информацию мы и сообщили родным, чтобы не волновались, — вспоминает полковник полиции.
Наши земляки принимали участие во многих значимых операциях, в том числе в предновогодней попытке штурма дворца Дудаева.
Горячая ночка
29 декабря 1994 года группу наших бойцов поездом отправили в Моздок, где обеспечили оружием. На следующий день на «Уралах» они выдвинулись в Грозный.И вот колонна БТР в столице Чечни. В полуразрушенном городе с трудом нашли дорогу к дворцу. Там увидели расстрелянные армейские автомобили и тела убитых солдат. У командно-штабной машины еще моргал поворотник.
В этот момент по рации сообщили, что ранен в руку Андрей Кормишин...
Начался обстрел. Казалось, пули летят отовсюду. Отвечали огнем практически вслепую, ведь противник находился в засаде. Вместе со своими бойцами отстреливался и Анатолий Левченко. Ранены были Вадим Горячев, Владимир Нагаев, Владислав Пономарев… Зацепило многих.
Поступила команда вернуться на исходный рубеж: в сумерках боевики могли расстрелять всю колонну бронетехники из гранатометов и огнеметов.
На выезде из города одна из головных машин завязла в колее. Чтобы сберечь драгоценное время, раненых несли на руках туда, где ждал санитарный транспорт, готовый доставить их в полевой госпиталь, за 40 километров от Грозного.
Пострадавших размещали в палатках. А неподалеку лежали тела тех, кому медицинская помощь уже была не нужна...
Тяжелораненого Горячева сразу же отправили в Моздок вертолетом, а Нагаева прооперировали здесь же в новогоднюю ночь. На следующий день его вертолетом отправили во Владикавказ, оттуда — в подмосковное Реутово, а затем — в Центральный госпиталь МВД.
Лишь 5 января бойцу удалось позвонить в Пензу. Тогда родные узнали, где на самом деле находится пензенский ОМОН.
Важно, что даже в горячих точках пензяки не давали волю эмоциям и не забывали, что по ту сторону баррикад такие же люди: если на пути попадались раненые боевики, им оказывали медицинскую помощь.
У Дома Советов
Конечно, не все командировки связаны с военными действиями. Регулярно наши земляки отправляются на подмогу другим подразделениям во время масштабных культурных и спортивных мероприятий, массовых протестов.Первый такой выезд был осенью 1993 года во время московского путча. Как вспоминает майор Владимир Нагаев, первую ночь после приезда они провели у Дома Советов, который к тому времени был сдан оборонявшими его людьми.
Работали по разным направлениям: патрулировали вместе с милицией, проверяли с сотрудниками ГАИ въезжающий в столицу и выезжающий из города транспорт. Главным было не допустить ввоза оружия и боеприпасов.
Отряд Нагаева поставили на въезде в Москву на солнцевском направлении. Дежурили по 15 часов в сутки. Проверять надо было абсолютно все машины. Огнестрельного оружия в салонах не было, а вот газовые пистолеты встречались. Попутно пресекли три попытки ввоза наркотиков.
Звездопад
А сколько звезд повстречали!— Частенько проезжал через наш пост юморист Михаил Евдокимов, ныне покойный. Всегда улыбался, без лишних напоминаний выходил из машины, открывал двери, багажник, капот. Человек понимал, что омоновцы службу несут, а не ради праздного любопытства машины досматривают. Несколько раз пришлось проверять автомобиль Владимира Преснякова. Один раз остановили машину Филиппа Киркорова. Тот спокойно вышел из своего авто, поздоровался и, как нам показалось, даже с любопытством наблюдал за происходящим, — делится воспоминаниями Владимир Викторович.
Зато настоящую истерику закатил полковник МВД, занимавший важный пост в министерстве: кричал, грозил всяческими карами, пугал группой захвата, которая приедет и разоружит пензяков.
Через некоторое время действительно на вишневой «девятке» из Москвы прикатили люди в камуфляже и с автоматами. Один из них подошел к нашим землякам, попросил предъявить удостоверение. Пензенцы ответили тем же, после чего машину все-таки досмотрели и дебошир уехал. А позже выяснилось, что из МВД его уволили.
День сегодняшний
Основные задачи ОМОНа Росгвардии — обеспечивать безопасность граждан, в том числе и на массовых мероприятиях, помогать правоохранительным органам, когда требуется силовая поддержка.— Мы обеспечиваем безопасность, не создавая шума и не доставляя проблем простым людям. Много времени бойцы тратят на подготовку — они должны быть всегда в форме. И самое главное — поменьше подвигов. Если операция прошла спокойно, без лишнего героизма, значит, задача выполнена на «отлично»! — подытожил Николай Рукавишников.
Память
За мужество и героизм, проявленные при выполнении служебно-боевых задач на территории Северного Кавказа, многие сотрудники отряда получили государственные награды. Трое из них — посмертно.На фасадах школ, где учились погибшие бойцы, установлены мемориальные доски, а в честь Дмитрия Мутовкина названа улица в Первомайском районе Пензы.