Протоиерей Бородин: кремация никак не повлияет на душу покойного

Кремация кажется многим более дешевым, простым и спокойным способом погребения. Почему ее выбирают россияне, как начиналась история крематориев, где их найти в Москве и Подмосковье, а также об отношении православной церкви к таким похоронам — в материале 360.ru.

Кремация в Москве и Подмосковье

Россияне, у которых умер кто-то из близких, все чаще предпочитают кремацию. В 2026 году в Москве эта процедура с поминками и отпеванием обойдется в сумму от 143 тысяч рублей, утверждает Московский справочник ритуальных услуг.

Для жителей Подмосковья общая стоимость кремации в среднем составит 72 тысячи рублей. И москвичи, и жители области могут воспользоваться услугами Митинского, Николо-Архангельского и Хованского государственных крематориев. Также можно обратиться в частное заведение «Каменный цветок» на Домодедовском шоссе.

Выбор в пользу «погребения огнем» обусловлен многими факторами. В числе прочих — нет зависимости от погоды при выкапывании могилы и необходимости приобретать участок на кладбище. И хотя в РПЦ считают нормой погребение умерших в земле, кремацию допускают и не отказывают в отпевании в подобных случаях.

Первый крематорий в СССР

После революции идея сожжения умерших стала элементом новой пролетарской культуры. Регистрация актов смерти перешла от церкви к местным органам советской власти и те в рамках борьбы с религией объявили анахронизмом традиционные похороны, особенно с участием священнослужителей любых конфессий.

Кремация, по существовавшей идее, уравнивала все классы и сословия, при этом не занимая землю под могилы. К тому же была намного дешевле и для государства, и для его граждан. Так что уже в 1920 году по проекту архитектора-конструктивиста Дмитрия Осипова в Петербурге на 14-й линии Васильевского острова открылся первый крематорий.

Кстати, именно Осипов был автором первого советского герба Москвы. Но автор слишком перенасытил композицию: совместил колосья, наковальню, ткацкий челнок, динамо-машину и даже монумент Советской Конституции своего же авторства. К концу 1930-х годов от этой «красоты» отказались.

На тестовой кремации тела 19-летнего красноармейца — процедура и затянулась почти на три часа! — присутствовали поэт Николай Гумилев и художник Юрий Анненков. В последствии для популяризации нового обряда власти разрешили доступ в крематорий всем желающим.

Однако через три месяца новинка схлопнулась: оборудование постоянно ломалось, да и крематорий пожирал топливо как не в себя. Спустя пять лет опыт решили повторить в Москве. В конкурсе победил проект все того же Осипова — он учел предыдущие ошибки, а также предложил использовать недостроенную церковь на Новом Донском кладбище.

Купол заменили двадцатиметровой бетонной башней, а в подвале расположили две немецкие кремационные печи, дезинфекционную камеру, морг, душ для персонала, мастерскую, в которой запаивали урны с прахом и другие служебные кабинеты.

На первом этаже бывшей церкви разместили вестибюль, колумбарий и залы для ожидания и прощания. Из разрушенной после революции лютеранской церкви святого Михаила привезли и установили орган Вильгельма Зауэра, сделанный в 1898 году.

Первый московский крематорий дожил до 1992 года. Потом его закрыли, а здание вернули православной церкви.

Как Церковь относится к кремации

Бог, согласно Библии, сказал Адаму (это имя с древнееврейского переводится как «земля»): «Ты — земля и в землю отойдешь». Во исполнении слов Господа верующих людей стараются хоронить традиционным способом, пояснил 360.ru настоятель храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.

Человеческое тело, рассыпаясь, разлагаясь, становится фактически землей. Но при этом Создатель сможет восстановить человека, тело которого сожжено — это не будет никаким препятствием при воскресении мертвых, заверил священник.

Знаем большое число мучеников, причисленных к лику святых, тела которых были сожжены гонителями или во время казни, или непосредственно для того, чтобы помешать христианам забрать тела для поклонения. Это не является препятствием для того, чтобы они почитались как святые.

Священник напомнил, что в первые годы советского времени, когда борьба со всем церковном была абсолютно тотальной, сожжение тела называли атеистическим отпеванием. Так новая власть старалась противопоставить кремацию молитве об усопшем. Потому у верующих такое погребение долгие годы вызывало категорическое отторжение.

«Но бывают случаи, когда умер, например, пожилой мужчина, а его вдова просто не имеет средств для того, чтобы похоронить его. Кремировать же многократно дешевле. В такой ситуации мне как священнику настаивать и говорить о том, что, мол, вы тяжко согрешите, если его кремируете, сил духа не хватит», — признался Бородин.

Сожженный прах могут отпеть и похоронить на священной земле, уточнил священник. Кремация — это, скорее, грех родственников покойного, если он при жизни не оставлял распоряжений насчет такого вида погребения. При любой возможности лучше хоронить в земле. Но если так сложилось, что человека кремировали, это никак не повлияет на его душу.

Почему вместо похорон выбирают кремацию

За выбором кремации, пояснил клинический психолог Антон Коровин, чаще всего стоит желание защититься от ужаса перед биологической смертью: страха перед погребением, разложением, неприятным запахом и так далее. Играет роль и стремление упростить ритуал прощания: такая быстрая, «чистая» клиническая трансформация снижает уровень посттравматического стресса у родственников.

Это разрыв с якорем травмы — могилой. За ней нужно ухаживать, регулярно возвращаться, что может усиливать травму утраты. Поэтому чаще, пусть и бессознательно, люди выбирают кремацию, чтобы не быть привязанными к месту скорби. Урну можно поставить в колумбарии, развеять прах или же держать дома. Все это может дать некую иллюзию контроля над болью.

Для некоторых людей кремация — выбор в пользу экологии. Конечно, это редко бывает первичной причиной, но отлично работает как социально одобряемое объяснение, добавил психолог. К тому же для многих имеет смысл материальная сторона. Хотя стоимость полного цикла — аренда зала, транспорта, сам процесс, урна — часто выходит не дешевле скромных похорон.

«Традиционные могилы — это связь поколений, „своя земля“. Но современный человек не имеет такой точки привязки. Прах, скажем так, мобилен, его можно взять с собой при перемене места жительства. Это отражает глобальный тренд: мы стали носителями индивидуальной памяти. Могила уже не нужна, достаточно просто мысленного образа», — резюмировал Коровин.