Погром у синагоги в центре Москвы: "НА НОЖИ ПОСАДИМ!"
Кто и зачем устроил погром у синагоги в центре Москвы?
Вечером 21 марта, в тихом Большом Спасоглинищевском переулке, в двух шагах от Кремля, рухнуло наше главное убеждение: «со мной такого не случится».
Группа молодых людей устроила охоту на людей. Не за кошельками. Не за телефонами. Их целью стали старики, просто вышедшие из Хоральной синагоги после молитвы. Критерий отбора — кипа на голове.
Вы только вдумайтесь в это. В центре Москвы, где, кажется, видеокамер больше, чем фонарей, толпа радикалов набросилась на прихожан с криками:
«За кипу ответишь!» и «Что происходит с русским миром?».
Один из нападавших, назвавшийся Максимом, глядя в камеру, обещает мужчине старше 60 лет:
«Посажу на нож».
Очевидцы, которые успели поговорить с пострадавшими сразу после столкновения, уверены: это был не бытовой конфликт и не пьяная драка. Это была спланированная акция устрашения. Агрессия молодых людей имела четкую националистическую подоплеку.
Вы замечали, как в последнее время в обществе разжигают ненависть? Нам постоянно говорят о внешних врагах, но забывают про внутренний мир. Про то, что в многонациональной столице человек имеет право спокойно идти по своим делам, не смотря на то, какой головной убор у него на голове.
Эксперты (историки и правозащитники) бьют тревогу: подобные инциденты — это маркер. Если сегодня под нож обещают посадить человека за религиозный головной убор, завтра под раздачу может попасть любой, кто «не вписывается» в чью-то узкую картину «правильного русского».
Давайте посмотрим правде в глаза. Геополитическая напряженность, которую мы наблюдаем по телевизору, вдруг материализовалась в центре Москвы. Для агрессивно настроенной молодежи любые мировые конфликты стали индульгенцией для проявления звериного оскала. Они решили, что раз «там» война, то «здесь» можно вершить самосуд.
Самое тревожное во всей этой истории — реакция (вернее, ее отсутствие) правоохранительных органов. На момент подготовки материала комментариев от полиции не поступало.
Погромщики, угрожавшие убийством, спокойно покинули место преступления и ушли в сторону станции метро «Китай-город». Как так получилось? Если бы они набросились на болельщиков в футболках «Спартака» или на пенсионерок с авоськами, неужели реакция была бы такой же... вялой?
Здесь кроется главная скрытая проблема, о которой молчат сводки. Мы привыкли, что порядок наводится «по звонку». Но что делать, когда агрессоры чувствуют свою безнаказанность настолько, что представляются по имени и угрожают расправой прямо на камеру?