Искусство оттепели: что читали, слушали и смотрели в 1957 году
Период конца 1950-х и 1960-х получил прозвище «оттепель» с легкой руки Ильи Эренбурга: именно его одноименная повесть 1954 года дала название десятилетию десталинизации, ослабления цензуры, возникновения искусства шестидесятников. Образовалась целая плеяда песенников, режиссеров, писателей, музейщиков и других деятелей искусства, идеи которых наконец смогли реализоваться после тотального контроля сталинского режима. На примере ярких событий культуры Ленинграда 1957 года журнал «НОЖ» совместно с научным консультантом выставки «Долгая счастливая жизнь. Шестидесятым посвящается» KGallery в Петербурге и исполнительным директором фонда Музея Иосифа Бродского Антоном Алексеевским рассматривает, как «оттаивало» советское искусство.
А зима будет большая
Начало оттепели принято связывать с выступлением Никиты Хрущева на XX съезде КПСС с докладом «О культе личности и его последствиях». Ослабевает цензура, из-за которой к концу правления Сталина выходило всего около девяти фильмов в год. В обществе возникает запрос на творчество и саморазвитие, который наконец может быть реализован. Представители профессий, не связанных с искусством, стали заниматься творчеством. Большой подъем переживает поэзия — формируется уникальный жанр авторской песни. Растет интерес к театральному и музыкальному искусству.
На этом фоне в 1957 году Московский фестиваль молодежи и студентов собирает рекордные 34 тыс. участников из 131 страны и открывает небывалую до этого возможность пообщаться со сверстниками из других, закрытых прежде стран.
«В сфере “большой”, государственной культуры также повеяло свежим ветром, — рассказывает исполнительный директор фонда Музея Иосифа Бродского и научный консультант выставки «Долгая счастливая жизнь. Шестидесятым посвящается» KGallery в Петербурге Антон Алексеевский, — не в последнюю очередь потому, что выдающиеся режиссеры, актеры, музыканты, директора музеев почувствовали возможность реализации творческих задумок без чрезмерного идеологического давления, да и запрос зрителя чувствовался явственно».
И псих, и гений
В конце 1956-го и в 1957 году произошло три ярких события, которые контрастно демонстрируют, как менялись общество и его восприятие происходивших вокруг событий.
Так, в октябре 1956-го в московском ГМИИ им. А. С. Пушкина открылась выставка работ Пабло Пикассо. А в декабре того же года она переехала в ленинградский Эрмитаж. Впоследствии Даниил Гранин вспоминал диалоги и реплики, услышанные на вернисаже в культурной столице:
— Пикассо — гений!
— Пикассо — псих!
— Нет, вы скажите, вы можете мне объяснить, что тут нарисовано?
— Искусство нельзя объяснить.
— Но понимать-то надо.
— Каждый вкладывает свое, как в музыке.
— Во всяком случае это интересно.
— Это заставляет думать.
— Это распад искусства.
— Правду писали, что Запад гниет.
— К Пикассо надо привыкнуть, надо подняться от нашего соцреализма.
— Приведите сюда колхозника — разве он что-нибудь поймет?
Прорыв для музейщиков был колоссальный. Как и реакция публики.
Горячие обсуждения выставки продолжились и после вернисажа на площади Искусств. «Дело закончилось вмешательством милиции. Некоторых участников оставили ночевать в отделении. Есть легендарные сведения, что среди задержанных был 16-летний Иосиф Бродский», — рассказывает Антон Алексеевский.
Кино, вино и женское белье
Следующий занимательный случай, иллюстрирующий контраст оттепельных 1960-х и сталинских лет, состоялся в декабре того же 1957-го. В Советский Союз приехал французский певец Ив Монтан с супругой Симоной Синьоре.
Артист выступил в Москве и Ленинграде. Ленинградский концерт состоялся в ДК промкооперации (ныне ДК Ленсовета). Кроме того, в обеденный перерыв он выступил на заводе «Электросила». «Далекий друг», воспетый Марком Бернесом, имел много поклонников в СССР. Многие знали его также как киноактера, а записи песен проникали даже через железный занавес. Публика увидела на сцене свободного человека, который двигался, пританцовывал, подмигивал залу. Это смотрелось непривычно после академической скованности советских певцов.
На приеме в Кремле Монтан высказал Хрущеву свое негативное отношение к событиям в Венгрии. Это вызвало гнев советских чиновников. С тех пор Монтана в СССР не приглашали. Со временем с экранов даже пропали фильмы с его участием.
Вернувшись в Париж, певец откровенно рассказывал о впечатлениях от общения с советскими чиновниками. А еще они с Симоной сделали небольшую выставку женского белья, купленного в Москве. Реакция была разнородная: некоторые посетители смеялись, а кто-то сочувствовал советским женщинам.
Другая эпоха князя Мышкина
В последний день 1957 года, 31 декабря, в ленинградском БДТ состоялась премьера спектакля «Идиот» по роману Ф. М. Достоевского. На роль князя Мышкина Георгий Товстоногов пригласил до этого малоизвестного Иннокентия Смоктуновского. На спектакль ехали со всей страны. Товстоногов писал: «От общения с кристально чистым и неизмеримо добрым человеком — князем Мышкиным — люди сами становятся чище и добрее. Доброта Мышкина побеждает многие низменные чувства окружающих его людей…»
«В русском театре первых оттепельных лет, первых, едва брезжущих надежд главной оказалась трагедия утописта, а не мстителя», — вспоминал критик Борис Зингерман. По словам Анатолия Смелянского, князь Мышкин был не просто новым персонажем, он открывал другую эпоху.
Постановка шла три года до отъезда Смоктуновского в Москву. После этого совершались попытки восстановления спектакля с другим актером в главной роли, но впечатление было совсем другим. «Образ, созданный Смоктуновским и Товстоноговым, остался в памяти видевших спектакль не просто театральным впечатлением, но исполненным почти христианского смысла, утопическим, показывающим путь посреди лжи и лицемерия следующей за оттепелью эпохи», — говорит Антон Алексеевский.
Нас тогда еще не было
В этот период возникает оттепельное кино или так называемая советская новая волна. Одними из наиболее ярких фильмов тех лет стали «Иваново детство» (1962) А. Тарковского, «Тени забытых предков» (1964) и «Цвет граната» (1968) С. Параджанова, «Мольба» (1967) Т. Абуладзе, «Я шагаю по Москве» (1963) Г. Данелии, «Застава Ильича» (1965) и «Июльский дождь» (1966) М. Хуциева.
Сегодня, в 2026-м, нам и нашим современникам это кино кажется актуальным и нужным. Мы тяготеем к этой эстетике и пересматриваем эти фильмы, будто ностальгируем по времени, в котором не жили. Такой парадокс ощущения называется анемойей. Эта тенденция вдохновила петербургскую галерею KGallery на создание выставки «Долгая счастливая жизнь. Шестидесятым посвящается». Она пройдет с 25 марта по 10 мая в корпусе галереи на Фонтанке.
Гости увидят графику Пабло Пикассо, живопись и графику Бориса Мессерера, Рихарда Васми, Евгения Михнова-Войтенко, рисунки Иосифа Бродского, показанные впервые, книжные эскизы Льва Збарского, рукописи и машинопись стихов Геннадия Шпаликова.
На выставке «Долгая счастливая жизнь. Шестидесятым посвящается» гостям предложат представить себя не месте оттепельной молодежи: выйти из импровизированной комнаты в парадную, затем на улицу и позднее добраться до петербургских театров и музеев. Путеводителем для всех неравнодушных станет дневник впечатлений, специально созданный писателем Евгением Водолазкиным.