Статкевич рассказал о своей стратегии в 2020 году

Лидер белорусской оппозиции, вышедший на свободу политзаключенный Николай Статкевич опубликовал в своем Telegram-канале ответ на вопрос о своей стратегии протестов в 2020 году: — Бывшие активисты «Народнай Грамады», которые сейчас находятся за пределами Беларуси, передали несколько вопросов ко мне, которые больше всего интересуют людей. Отвечу на них здесь. Вот первый из них: — Мы помним пресс-конференцию в Варшаве 27 февраля 2019 года, в которой участвовали вы вместе с Андреем Санниковым и Владимиром Некляевым. На ней вы были объявлены кандидатом в президенты от Белорусского Национального Конгресса на возможных выборах. Позже была поддержана ваша стратегия «кандидатов протеста», которая хорошо сработала в 2020 году. Напомните, в чем суть этой стратегии и как вы оцениваете протесты 2020 года? — Я очень благодарен коллегам по БНК за доверие, надеюсь, что я не подвел, и им не пришлось жалеть о своем решении. Но хотел бы объяснить причины, по которым БНК выбрал эту стратегию. Не правы те, кто говорит, что «старые» не смогли организовать революцию, а появились «новые», которые организовали. Революцию нельзя просто организовать, если общество не готово к переменам. Но её можно направить и возглавить, если люди готовы к ней. Наличие такой готовности ещё Ленин называл «революционной ситуацией», которая включала следующие условия (вспоминайте, вы это знаете): 1) Низы не хотят жить по-старому. 2) Власти не могут управлять по-старому. 3) Обострение сверх обычного противоречий в обществе. Первое условие присутствовало уже где-то в 2017 году. Повышение пенсионного возраста, кризис занятости в регионах, когда каждую ночь десятки маршруток из восточных городов с «гастарбайтерами» выезжали в Москву, и, наконец, декрет о налогах с безработных, позднее названный декретом о «тунеядцах». Социальное напряжение росло, мы это ощущали. Ощущение переросло в уверенность, когда мне позвонил Дмитрий Бондаренко и сообщил, что за последний месяц кардинально выросло количество посещений сайта «Хартия'97» Натальи Радиной, который считался среди белорусов (и сейчас считается) голосом демократии. Поэтому БНК назначил в феврале 2017 года несанкционированный митинг на Октябрьской площади Минска против этого декрета. На него вышли около 5 тысяч человек, а стрим с него на «Радыё «Свабода» посмотрело около двух миллионов человек. После этого стихийные митинги против декрета начались по всей стране. Нам стало очевидно, что белорусы хотят перемен и готовы за них бороться. Второе условие — про «верхи». Управлять по-старому они не смогут, если распадается вертикаль власти. Такое бывает при распаде государства или при саботаже исполнителей. Последнее случается, когда на улицах продолжительное время находится большое количество протестующих (исследователи говорят про 3,5% от населения страны), что убеждает чиновников, что они оказались не на той стороне и вместо денег, должностей, разных благ они могут оказаться в качестве ответчиков за действия властей. Третье условие выполняется само собой, когда циничное бездействие власти во время COVID вызывает негативную реакцию у людей. Но с самого начала возникал вопрос, как собрать людей на продолжительный протест в таком количестве, если любая уличная активность строго и быстро наказывается. По сути, для этого была только одна возможность — собирать людей во время избирательной кампании на пикетах по сбору подписей за выдвижение кандидатов на «выборах», что законами не запрещалось, о чём было даже соответствующее разъяснение конституционного «суда». Испытавать этот подход мы начали осенью 2019 года во время парламентских «выборов». Я объехал десятки городов, где провел встречи, целью которых был поиск региональных организаторов, потенциальных лидеров протеста. Затем мы выдвинули в этих городах путем сбора подписей около 40 кандидатов. Я вошел в инициативные группы по сбору подписей за выдвижение каждого из этих кандидатов. Затем, после предварительных объявлений, мы приезжали на пикет к каждому из кандидатов протеста. Мы работали небольшой командой, в которой кроме меня был заместитель председателя «Народнай Грамады» Валентин Трокский и генсек партии Сергей Спариш. Мы ставили стенды с дерзкими, но юридически корректными плакатами, включали звукоусилительное оборудование и проводили митинги. Мы «ломали страх» у людей. Кстати, я начал его «ломать» ещё с осени 2015 года, через месяц после освобождения, когда начал проводить в центре Минска несанкционированные акции, потому что за четыре предыдущих года моего заключения там не было ни одной акции «оппозиции». Какое-то политическое кладбище создали… Были попытки со стороны властей помешать нам проводить митинги на пикетах, но уже в 2020 году в заключении, когда ещё были письма от людей со свободы и информация из интернета и региональных газет, я заметил полную зависимость между количеством людей на наших пикетах в конкретных городах, их дерзостью и количеством и настойчивостью участников акций протеста в этих же городах в 2020 году. Мы в БНК одновременно испытывали несколько стратегий на тех «выборах» и помогали друг другу их реализовывать. Например, «Европейская Беларусь», которую возглавляют Андрей Санников и Дмитрий Бондаренко, зарегистрировала своих кандидатов через партию БНФ и использовали отведённое им время на агитацию. А отказ в регистрации выдвинутой сбором подписей Ирины Халип мы использовали для проведения акций протеста в центре Минска. Потом мы применили накопленный опыт в Стратегии возвращения настоящих выборов, принятой БНК перед президентскими выборами 2020 года. Мы готовились, но та сторона тоже искала новые методы борьбы с протестами. Накануне ключевой акции протеста против «декрета о тунеядцах» 25 марта 2017 года были арестованы все её потенциальные лидеры. Например, Евгения Афнагеля взяли на кольцевой автодороге, я находился не дома, чтобы избежать превентивного ареста, но меня вычислили и взяли за день до акции. Владимира Некляева, который, когда стало известно об арестах, прямо направился из Варшавы в Минск, чтобы возглавить акцию, был в Бресте так жёстко задержан ОМОНом, что это чуть не стоило ему жизни. В итоге акция 25 марта не управлялась и была рассеяна властью. Но люди массово вышли и показали, что они готовы к протесту. В 2020 году мы снова применили стратегию кандидатов протеста. Первой акцией 2020 года был несанкционированный митинг на ступенях Дома Правительства 14 мая после подачи на регистрацию моей инициативной группы и части групп кандидатов протеста. Тогда я заявил, что «сегодня мы зажигаем здесь пламя протеста» и призвал людей на первый митинг на пикетах кандидатов протеста 24 мая в Минске, возле Комаровки. После этого митинга стало ясно — Беларусь поднимается. На 31 мая были назначены митинги на пикетах во всех областных городах, на которые вышли десятки тысяч людей. Наши региональные организаторы имели звукоусилительное оборудование, мы отправляли из Минска на такие митинги промоутеров в областные центры. На 7 июня мной заранее были уже анонсированы, кроме Минска и областных центров, митинги примерно в 10 крупнейших районных городах (я старался запустить протест по всей стране, пока на свободе). Когда количество участников митингов начало стремительно расти, власти снова превентивно арестовывали потенциальных лидеров протеста. Сначала административно, как Павла Северинца, меня, Валентина Трокского, Веронику Мищенко, а потом и по уголовным делам. В том числе и руководителя комиссии Рады БНК Евгения Афнагеля, актив «Европейской Беларуси» (других ее лидеров — прим. Charter97.org). Позже были осуждены по уголовным делам руководители комиссий Рады БНК Геннадий Фединич, Василий Береснев, Вацлав Орешко, который до сих пор находится в заключении, генсек «Народнай Грамады» Сергей Спариш. Всё это показывает, что власть прекрасно понимала, кто реально стоит за подготовкой общества к протестам. Но нами уже была проведена колоссальная аналитическая, организационная и агитационная работа, которая, кстати, постоянно освещалась в Сети. Очень важно было транслировать наши акции на всё общество, чтобы направлять его недовольство в русло готовности к протестам. Большую роль в этом сыграли блогеры и независимые журналисты. Самую важную функцию здесь выполнил сайт «Хартия'97» во главе с Натальей Радиной, который вел по сути системное информационное сопровождение наших мероприятий. Также мы широко использовали социальные сети. Поэтому, когда в 2020 году ко мне доходили мнения и заявления о «неожиданности протестов», мне хотелось ответить: «Вы просто не читали мои аккаунты». Они, кстати, и сейчас должны быть доступны, хотя я ими не могу пользоваться.