Фридман: Стратегия беларуских властей - «кусаем Израиль, но меньше трогаем Америку»

Политический обозреватель Александр Фридман в комментарии Филину анализирует, как Минск умудряется подмигивать Ирану и вести дела с его противниками, и почему в этом нет противоречий. Александр Фридман. Архивнео фото Беларуские власти демонстрируют удивительную дипломатическую гибкость в отношении войны с Ираном и сопутствующих событий на Ближнем Востоке. Например, Александр Лукашенко поздравил Моджтабу Хаменеи с избранием новым верховным лидером Ирана — «от имени соотечественников и себя лично». При этом топ-чиновники беларуской вертикали высказали поддержку Азербайджану, пострадавшему от иранских дронов. Как сочетаются эти внешнеполитические кульбиты и насколько на сдержанность официального Минска влияют позиции США и Китая? — Поздравление в Иран и поддержка Азербайджана — это спокойно сочетается, — отметил в комментарии Филину Александр Фридман. — Азербайджан ведь тоже поздравил сына Хаменеи. В этой ситуации очень многие занимаются политическими кульбитами. И фактически каждый сидит с калькулятором и рассчитывает, что выгоднее сделать, как не нарушить баланс. У Лукашенко этот баланс, я бы сказал, даже более изящный, чем у других. Он выжидает, никуда не торопится. Сначала они посмотрели, кто вообще будет поздравлять. Как будут реагировать Соединенные Штаты: вдруг вообще сразу уничтожат. Чтобы это не выглядело, что Лукашенко на коротком российском поводке. В ситуации с Азербайджаном — одно другого не исключает. Солидарность-то они проявили, но ведь Иран не обвинили. А тот не признает, что он вообще совершал эти удары. Так что беларуские власти ведут себя очень расчетливо. Шаг вперед — и тут же пытаются уравновесить. Может, Лукашенко эта тема и триггерит, но он сам высказывается не больше, чем нужно, хорошо сдерживается. Это было видно и по соболезнованиям по поводу смерти Али Хаменеи. Такая модель поведения: говорим не больше, чем нужно, минимизируем активность, балансируем, чтобы не наговорить лишнего и не поставить под вопрос все остальные проекты. По мнению аналитика, поведение правителя Беларуси в целом — в парадигме Двенадцатидневной войны, произошедшей в июне 2025 года. Различия только в количестве и качестве пропаганды. Уж кто-кто, а беларуские пропагандисты нынче фонтанируют антисемитизмом — для них это «своего рода проекция, чтобы выразить все, что они чувствуют и думают про американцев и Израиль». — Большинство из них оппортунисты, готовые повторять то, что им скажут. Но есть идейные. Вот они Запад люто ненавидят. Азаренок, Гигин и прочие — для них это воистину звездный час. Под соусом этой войны можно поносить США и Израиль так, как им хотелось бы. Потому что это часть стратегии баланса. Официальные лица не высказываются, но показывают Ирану: мы с вами полностью, весь наш пропагандистский аппарат работает на Иран. И если понадобится, думаю, градус с их стороны можно будет даже поднять. — Одно дело, «кусать» Израиль, а другое — США, особенно в преддверии визита Коула, который ожидается уже на следующей неделе. Это влияет на позицию Минска по Ирану? — Стратегия «кусаем Израиль, но меньше трогаем Америку» — она же не оригинальная. В России абсолютно то же самое. Видимо, даны указания или поставлены акценты таким образом, что с американцами давайте все-таки аккуратнее. Американцы нам могут пригодиться. Мы еще, может, с Трампом мир собираемся делить. А в случае с Лукашенко — он собирается с Трампом вести дела. У американцев же, на мой взгляд, очень простое отношение ко всему этому. Если бы Лукашенко начал выходить и, условно, постоянно огрызаться, кричать, хамить в сторону США — они бы это для себя отметили. А пропаганда, за пределами экспертного сообщества, которое профессионально изучает антисемитизм, никому не интересна. США не воспринимают Лукашенко как самостоятельную фигуру. Это придаток России, он сидит за российско-китайским столом. А если за пределами этой риторики он готов к каким-то соглашениям, готов действовать на стороне американцев — почему, собственно, нет. И это, кстати, не противоречит, как я говорил, интересам России. Лавров ведь на вопрос о санкциях против Америки ответил: нет, никто их не собирается вводить. А если Трамп говорил с Путиным, то почему Лукашенко не может встретиться с Коулом? Иран Ираном, а своя рубашка ближе к телу. — Лукашенко сидит за российско-китайским столом. Но Китай не стал помогать иранскому режиму. Какие выводы для себя (видимо, неприятные) может сделать правитель Беларуси? — Так иранскому режиму никто особо не помогает. Иметь с ним дело очень сложно, это такой партнер ненадежный, своенравный, противоречивый, поэтому неудивительно, что друзей по миру у них практически нет. Для России и Китая это даже не партнер — это попутчик. Он может быть выгоден (Россия получала от него военные технологии, Китай — нефть), но это не тот, за кого ты захочешь впрягаться. Симпатий что в Москве, что в Пекине к этому режиму, думаю, ноль. Но они боятся, что к власти придут те, кто пересмотрит отношения, развернут Иран — и те потеряют своего партнера. Однако если бы Китай хотел вмешаться активнее, он бы вмешался. Да и что делает Россия, непонятно: то ли передает информацию, чтобы Иран наносил удар по американским целям (звучит правдоподобно), то ли нет (потому что это опровергается). Что до страхов Лукашенко по поводу Ирана — не исключаю, что такие есть. Но они иррациональны. Любой диктатор начинает нервничать, когда ликвидируют или арестовывают того, кого он знает лично. Тем более, Лукашенко понимает, что находится на одной оси и с Венесуэлой, и с Ираном, и с Кубой. Это неприятно. Но реальных опасностей для него я не вижу. Раз — в Иране ситуация другая, два — другое значение этого режима, к тому же географически это другой регион и таких проблем, как Иран, он не составляет. В этом смысле опасаться ему особо нечего. Если кто-то и решится Лукашенко заменить или очень сильно ухудшить для него условия жизни — это его «старшие братья» из Москвы. Но в целом, пока у него все под контролем. «Я на коленях стоять не буду». Новые пародии на Лукашенко рвут инстаграм