Россия грозит Европе остановкой поставок газа: что будет с ценами
Россия может прекратить снабжение газом импортеров ЕС в ближайшее время, не дожидаясь вступления в силу полного запрета со стороны Брюсселя. Владимир Путин дал задание правительству разработать схему экспорта «голубого топлива» на более перспективные рынки. И хотя поставки российских энергоресурсов в страны Старого Света далеки от былых значений, жесткое решение Москвы окажется крайне неприятным для потребителей континента, поскольку к концу отопительного сезона газовые цены в Европе достигли максимальных за последнее время отметок. Maksim Konstantinov/Global Look Press тестовый баннер под заглавное изображение
Прощание со Старым Светом
В остановке поставок российского газа в Европу нет никакой политической подоплеки. С 25 марта ЕС намерен снизить закупку углеводородов, а с 2027 года полностью отказаться от импорта «голубого топлива» из нашей страны. Вместе с тем альтернативные сбытовые регионы нуждаются в дополнительных энергоносителях. «Может быть, нам выгоднее прямо сейчас прекратить поставки на европейский рынок и уйти на те рынки, которые открываются, и там закрепиться», — заявил президент Путин, подчеркнув, что поручит правительству совместно с производителями проработать вопрос экспорта газа на перспективные торговые площадки.
Напомним: еще пять лет назад Россия являлась крупнейшим поставщиком природного газа на европейский рынок, экспортируя примерно 140 млрд кубометров по трубопроводам и 15 млрд «кубов» в виде СПГ ежегодно и обеспечивая около трети потребностей континента в «голубом топливе». За прошедшее время позиции нашей страны на торговых площадках Старого Света в результате разного рода недружественных санкций и запретов заметно пошатнулись. По итогам 2025 года объем экспорта в Евросоюз сократился до 38 млрд «кубо»’ (12% рынка ЕС), что тем не менее, данным бельгийского исследовательского института Bruegel, позволило России остаться в тройке лидеров (после Норвегии и США) основных поставщиков газа в Европу.
В октябре прошлого года ЕС принял 19-й пакет антироссийских санкций, ужесточающий ограничения импорта «голубого топлива» из нашей страны. Первый этап вступит в силу 25 апреля 2026 года и коснется долгосрочных контрактов. Полное эмбарго должно заработать с января 2027-го.
В то же время Россия постепенно осваивается на восточных сбытовых рынках. В прошлом году впервые в истории наши газовые поставки в Китай превысили аналогичные экспортные объемы, отправленные в Европу. Поднебесная получила около 40 млрд кубометров по трубопроводу «Сила Сибири», что почти на 25% больше, чем в 2024-м. Одновременно вырос экспорт в Центральную Азию и Закавказье: поставки в Казахстан, Узбекистан и Кыргызстан увеличились более чем на 22%, а в Грузию — на 40%.
Восточный энергетический разворот нашей страны коснулся и сжиженного сырья. Всего в прошлом году Россия экспортировала 31 млн тонн СПГ. Более половины сырья было направлено в страны Азиатско-Тихоокеанского региона (52%). На Европу пришлось 44%, а еще 4% — на прочие направления.
Учитывая ускоренные темпы переориентации российского экспорта, преждевременная остановка снабжения «голубым топливом» стран ЕС рискует оказаться крайне болезненной для потребителей Старого Света. Стоимость газа на европейских биржах на фоне эскалации военного конфликта на Ближнем Востоке достигли максимальных за три года отметок, превысив $700 за тысячу кубометров. Без углеводородов из нашей страны котировки могут подскочить еще на 50% и укрепиться в районе $1 тыс.
Куда потечет «голубое топливо»
О перспективах новой экспортной политики Москвы и грядущих потрясениях газового рынка ЕС «365NEWS» рассказали эксперты: вице-президент Ассоциации экспортеров и импортеров Артур Леер, ведущий аналитик Freedom Finance Global Наталья Мильчакова, финансовый аналитик Игорь Расторгуев и член Совета «Деловая Россия» Андрей Глушкин.
— Заявление Владимира Путина — угроза Европе или справедливая оценка нынешних геополитических и экономических условий?
Леер:
— На протяжении длительного времени Россия придерживается четкой линии: энергоресурсы не рассматриваются как средство политического воздействия. Нефть и газ поставлялись и продолжают поступать тем государствам, которые готовы их приобретать и соблюдать условия сотрудничества.
Слова президента о возможной смене направлений поставок стоит рассматривать как экономический сигнал: на мировом рынке появляются более доходные покупатели и в такой ситуации естественно усиливать взаимодействие с теми регионами, где сотрудничество строится на долгосрочных договоренностях и понятных правилах. Подобная позиция — прагматичный шаг, отражающий текущую конфигурацию мирового энергорынка.
— На какие перспективные сбытовые площадки Россия сможет переориентировать поставки газа?
Мильчакова:
— Сейчас у России есть ряд ключевых партнеров, которые могут спокойно приобрести недопоставленные в Европу объемы газа. Прежде всего, это страны Ближнего Зарубежья (Беларусь, Узбекистан, Кыргызстан), а также Китай, для которого Россия является крупнейшим поставщиком, и Турция, получающая значительные объемы нашего «голубого топлива» по черноморским трубопроводам.
Новыми потребителями российского СПГ могут стать Малайзия, Индонезия и Индия, которой необходимы дополнительные объемы газа для производства минеральных удобрений. Правда, у этой страны пока недостаточно инфраструктуры для приема и переработки сырья. По трубопроводам российский газ пойдет на Восток по маршрутам «Сила Сибири 2» — на запад Китая и «Союз Восток» — в Монголию. Возможно, что со временем Япония и Южная Корея увеличат импорт нашего СПГ с Сахалина.
Расторгуев:
— Главным ориентиром восточной энергетической переориентации России является Китай: трубопровод «Сила Сибири» уже вышел на проектные 38 млрд в год, а его дальневосточное ответвление к началу 2027-го добавит еще 10 млрд кубометров зарубежных поставок. В свою очередь, канал ‘Сила Сибири — 2» обещает увеличить экспорт в этом направлении еще на 50 млрд кубометров. Впрочем, хотя меморандум по этому трубопроводу уже подписан, без конкретики по финансированию и ценам проект, реализация которого займет не менее пяти лет, остается лишь декларацией намерений.
Среди уже достигнутых результатов стоит отметить рост экспорта в Центральную Азию — в Казахстан, Узбекистан и Киргизию, а также увеличение поставок СПГ в Индию и Турцию. По прогнозу Reksoft Consulting, рынок сжиженного газа в государствах Юго-Восточной Азии (АСЕАН) к 2030 году расширится в 2,4 раза — до 53,5 млн тонн в год, а главными драйверами роста станут Вьетнам и Филиппины. Проблема в том, что развитие новых отечественных СПГ-мощностей под санкционным давлением идет довольно медленно и, как признал вице-премьер Александр Новак, планы по утроению производства сжиженного сырья будут пересмотрены.
Глушкин:
— Переориентация идет медленнее, чем хотелось. Суммарный экспорт в Азию уже превосходит оставшиеся европейские поставки по объемам, но не по выручке. Китай расплачивается за российский газ с привязкой к нефтяным котировкам, которые хотя и растут, но в итоге дают более низкую стоимость «голубого топлива», чем биржевые спотовые цены метана. Если бы поставляемые в Поднебесную 38 млрд «кубов» продавались по европейским ценам, наша страна получила бы на $5,8 млрд больше.
В свою очередь, развитие мощностей по производству сжиженного топлива (реализация проекта «Балтийский СПГ» и расширение «Арктик СПГ — 2») требует многолетних инвестиций и тормозится санкциями на оборудование. В связи с этим, восстановления полных объемов экспорта российского газа стоит ожидать не раньше 2030-2032 годов.
— Сколько инвестиций потребуется и в какие сроки можно будет решить поставленные задачи?
Мильчакова:
— Строительство новых газопроводов в азиатском направлении может обойтись России примерно в $13-14 млрд. Часть расходов могут взять на себя китайские партнеры. Отечественным производителям сжиженных углеводородов придется расширять мощности перерабатывающих заводов и наращивать собственный флот ледоколов-газовозов, так как значительная часть СПГ с арктических проектов будет направляться на Восток по Северному морскому пути. На эти цели уйдет также порядка $12-15 млрд
— Какие убытки рискует понести Россия в связи с резкой остановкой поставок газа в Европу? Можно ли рассчитывать на потенциальное увеличение прибыли в будущем?
Мильчакова:
— Многое будет зависеть от стоимости газа на мировом рынке. Чем дороже он будет стоить, тем менее болезненным станет отказ от европейского рынка для российских поставщиков. Когда «Газпром» по сути за один день остался без «Северных потоков», компании очень быстро, в течение года, удалось перенаправить часть потоков экспорта в Китай и Ближнее Зарубежье. Отечественные газовые корпорации и в дальнейшем будут использовать накопленный за последние годы успешный опыт.
Расторгуев:
— Оставшиеся европейские поставки принесли России около €12,2 млрд за 11 месяцев 2025 года. Остановка этого канала экспорта немедленно скажется на выручке «Газпрома», который и без того несет убытки с 2023 года. Однако нынешние объемы настолько малы по сравнению с досанкционным уровнем, что сама по себе досрочная остановка не станет катастрофой — большую часть потерь Россия уже зафиксировала. Вопрос в том, как быстро удастся закрепиться на новых рынках? Эксперты Института энергетики и финансов предупреждают, что мировой газовый рынок входит в период профицита, и в ближайшие три-четыре года цены останутся на исторически низких отметках. Так что рост доходов от переориентации — долгосрочная история. Реалистичный горизонт восстановления выручки газовой отрасли до приемлемого уровня — ближе к 2030 году, при условии запуска новых инфраструктурных проектов и благоприятной ценовой конъюнктуры.
Глушкин:
— Краткосрочные потери России от резкого ухода с европейского рынка реальны: оставшийся поставки трубопроводного газа и СПГ в ЕС по планам должны были принести российскому бюджету в 2026 году около 500 млрд рублей экспортных пошлин. Одномоментно возместить такие потери не получится.
— Станет ли остановка поставок российского газа критической потерей для Европы?
Мильчакова:
— Скорее всего, Венгрия и Словакия в любом случае полностью не откажутся от нашего газа. Кроме того, значимым потребителем российского сырья останется не входящая в ЕС Сербия. Соответственно, Россия вряд ли на 100% покинет рынок «голубого топлива» Старого Света
Однако именно сейчас на мировом рынке складывается достаточно затруднительное положение: ситуация вокруг Ормузского пролива и удары по иранской инфраструктуре создали острый дефицит СПГ. Котировки газа на европейских биржах превысили $700 за тысячу кубометров. Риск досрочной потери российского сырья может легко довести цены до $1 тыс и выше
Леер:
— Вариант, при котором Россия одномоментно и полностью покинет европейский газовый рынок, выглядит маловероятным. Подобное решение означает кардинальный пересмотр экономической модели, на которой долгие годы строилась отечественная энергетическая стратегия. Российская позиция традиционно основывается на уважении к заключенным соглашениям — даже с теми государствами, которые занимают жесткую и недружественную позицию в отношениях с нашей страной. Такой же предсказуемости Москва ожидает со стороны всех контрагентов.