«Нужно быть опасным»: как Европу охватили «ядерные настроения»
В пятницу вечером президент РФ Владимир Путин созвонился с президентом Ирана. Российский лидер выразил глубокие соболезнования в связи с гибелью аятоллы Али Хаменеи, членов его семьи, представителей военно-политического руководства и мирных жителей — важный акцент — «в результате израильско-американской агрессии». Израильско-американской. Обычно зачинщик идет первым. В Кремле так видят эту ситуацию.
Путин подтвердил принципиальную позицию: немедленное прекращение огня и возвращение к политико-дипломатическому урегулированию. Между тем, есть сценарии, которые сейчас кажутся фантастическими, но держать в голове их необходимо.
Первый — гуманитарный кризис. Если конфликт затянется, если заблокируют Ормузский пролив, если нарушатся поставки продовольствия в страны Залива и в сам Иран. Еще до ударов агентство ЕС по вопросам убежища предупредило: даже если 10% иранцев решат покинуть свою страну — это будет кризис «беспрецедентного масштаба». Это девять миллионов человек. Для сравнения: Европа застонала, когда принимала по полтора-два миллиона человек в год. А ведь беженцы могут пойти и к нам — сухопутным коридором через Азербайджан.
Уйдут иранцы из дома, впрочем, только если станет невыносимо: начнется сухопутная операция США, или гражданская война — Трамп уже подбивает выходить на улицы. Или — самый страшный сценарий — если США, отчаявшись сломить Иран обычными ракетами, применят ядерное оружие. Америка — единственная страна, которая так уже поступала и, надо признать, добилась желаемого эффекта с Японией. В Пентагоне, наверняка, уже есть план — куда бить «ядеркой» в Иране.
Это нормально. Военные обязаны планировать применение всего, что есть в арсенале. Еще в 1945 году, только заполучив бомбу и убедившись в ее силе, Америка разработала план ударов по СССР. А ведь мы тогда еще считались союзниками. К концу 40-х план предполагал удары уже по 70 советским городам. То есть фактически уничтожение государства.
Моральных препятствий уже не оставалось — к тому времени была объявлена холодная война. Сделал это Уинстон Черчилль ровно 80 лет назад — в маленьком американском городке Фултон. Черчилль, заметим, уже не был премьером. Писал мемуары, рисовал акварели… Но президент Трумэн лично пригласил его выступить. Сам сидел в первом ряду и аплодировал. Политический театр…
Черчилль произнес то, что Вашингтон пока не готов был сказать официально. Фултонская речь важна не датой — она сформировала мышление нескольких поколений политиков, военных, аналитиков. Мир разделен на «нас» и на «них». Любое усиление противника — угроза. Любой нейтралитет — подозрителен. Любой диалог — слабость или тактика.
Мышление это заразное. И очень живучее. Советский Союз рухнул. В Москве были готовы поверить. Ельцин говорил о партнерстве — ему кивали, хлопали по плечу. Но окно возможностей оказалось форточкой, из которой потянуло сыростью так и не закончившейся холодной войны. Бомбежка Югославии, расширение НАТО на восток. Дальше и дальше, ближе и ближе к Москве. Оказалось, в холодной войне был просто антракт. И вот он закончился.
Оттого, может быть, так точны на этом новом витке картины из «первого акта» — например, карикатуры Бориса Ефимова — художника «Известий». 1980 год: американский политик с ракетой в зубах нападает на Иран. Ну кто это, если не Трамп? Ефимов, конечно, не был пророком. Он прожил 108 лет и понимал: сюжеты не меняются. Меняются актеры.
Но есть одно, впрочем, важное отличие между первым актом и вторым. В 1949 году ядерным оружием обладали двое — США и СССР. Сейчас клуб расширился и продолжает расширяться. Кажется, каждая страна НАТО хочет хотя бы несколько тактических ядерных бомб.
Франция уже заявляла о готовности делиться боеголовками. К чему это ведет — вопрос не риторический. Тем более в свете новой иранской реальности, когда выяснилось, что американские военные базы никого ни от чего не защищают, а, наоборот, притягивают удары. А уж склад с ядерным оружием словно сам напрашивается стать первой целью со всеми вытекающими последствиями. Тему продолжит корреспондент «Известий» Наталья Оскерко.
Доживающий свой последний президентский срок Макрон призывает европейские страны поскорее присоединиться к его ядерным планам.
«Чтобы быть свободным — нужно быть опасным. А чтобы быть опасным — нужно быть сильным. Увеличение арсенала это подтверждает», — заявил президент Франции Эммануэль Макрон.
Впервые за почти 20 лет Франция увеличивает свой ядерный арсенал и впервые в истории открыто называет союзников, которые укроются под новым «ядерным зонтиком».
«Мы собираемся наладить новое сотрудничество с европейскими странами в рамках этого продвинутого сдерживания. Это позволит им участвовать в учениях или иметь возможность принимать на своей территории развертывание в зависимости от обстоятельств. Это то, что очень выгодно для нас», — поделился министр Европы и иностранных дел Франции Жан-Ноэль Барро.
Совместные учения, поддержка ядерной боеспособности Франции прикрытием и разведкой, использование инфраструктуры стран-партнеров — на таких условиях предлагает сотрудничать Макрон. Грезить о «красной кнопке» вдруг начали те, кто еще несколько лет назад так громко от нее отказывался. О начале ядерного сотрудничества с Францией уже официально объявила Германия. Собственная ядерная бомба будоражит умы и польских политиков.
«Польша не захочет оставаться пассивной в вопросах ядерной безопасности в военном контексте. Мы будем сотрудничать с нашими союзниками, включая Францию, которая сделала конкретное предложение», — сделал заявление премьер-министр Польши Дональд Туск.
Финляндия пока раздумывает, но уже вовсю обсуждает возможность транзита ядерного оружия через свое сухопутное, морское и воздушное пространство. А ведь его запрет у них закреплен законодательно!
Не против еще Нидерланды, Бельгия, Греция, Швеция и Дания… Если верить Макрону, переговоры ведутся и с другими европейскими государствами, так что «французский зонтик» может раскрыться почти над всем Евросоюзом. Как будто все напрочь забыли про Договор о нераспространении ядерного оружия.
«Франция, как страна, обладающая ядерным оружием, обязуется не передавать такое оружие другим странам, и, соответственно, не только оружие, но и его компоненты и технологии, а неядерные страны обязуются не принимать от ядерных такое оружие», — отметил директор центра геополитических исследований института инновационного развития Дмитрий Родионов.
У Франции четвертый по величине ядерный арсенал в мире. С годовым обслуживанием в пять с половиной миллиардов евро. При этом отныне Франция намерена скрывать численность своих боеголовок, что уже само по себе противоречит фундаментальному принципу мировой ядерной политики — прозрачности. На данный момент известно, что у них есть 290 боеголовок. Это только ракеты воздушного и морского базирования. А перспективная ядерная гиперзвуковая — на вооружении появится в лучшем случае через десять лет.
«Нужно учесть, что это уже старое оборудование, старые ракеты… И против них есть уже столько технических средств их обнаружения и уничтожения, даже в воздухе, что говорить о том, что это большой потенциал, угроза для России… Это будет провокация, это не будет начало какого-то удара», — объяснил чрезвычайный полномочный посланник в отставке МИД России Василий Корчмарь.
Но в какие руки все это может попасть? О поддержке французского «ядерного зонтика» заявили министр обороны Дании Троэльс Лунд Поульсен, экономист по образованию, министр иностранных дел Эстонии Маргус Цахкна, который в университете изучал религиоведение. Глава Минобороны Польши Владислав Косиняк-Камыш — вообще, педиатр по образованию.
«Польша находится в тесном контакте с Францией. Это вытекает из соглашений, это вытекает из расширения возможностей и потенциала, связанных с защитой, с использованием ядерных зарядов», — обозначил Владислав Косиняк-Камыш.
На «красную кнопку» хочет нажимать и Мерц, работу которого по опросам не одобряют три четверти населения страны. Туск, который не нравится больше чем половине населения. Про Макрона и говорить нечего, он нравится всего пятой части французов. И для сравнения слова тех, кто, действительно, знаком с обороной и опасностью ядерного оружия. Джо Глентон — ветеран боевых действий в Афганистане, а теперь ярый антивоенный активист.
«Как бывший британский солдат, участвовавший в войнах НАТО, я никогда еще так сильно не беспокоился о будущем человечества. Действующая система, все сильнее толкает нас к войне, и это страшно. Особенно перед лицом угрозы ядерного армагеддона», — подчеркнул ветеран боевых действий в Афганистане Джо Глентон.
И они уже начали готовиться. На этой неделе европейцы официально начали разрабатывать планы эвакуации гражданского населения в случае вооруженного конфликта. Что интересно, эту идею поддержали сразу десять стран.
Еще больше новостей — у Пятого канала в мессенджере MAX.