Обварили и обвинили: 6-летняя девочка получила страшные ожоги в детском саду

10 февраля 2025 года, в детском саду № 233 Березка на Отрадной, 56 случилась беда: помощница воспитателя, несшая в группу кастрюлю с горячим супом, столкнулась с шестилетней воспитанницей недавно вскипевшая жидкость пролилась девочке на грудь и сильно ее обожгла. Позже врачи зафиксируют: ожоги 1 и 2 степени, средний вред здоровью. Через год эта ситуация стала предметом разбирательства Засвияжского районного суда. Управление образования города Ульяновска вышло перед Фемидой с позицией, от которой впадаешь в ступор: в случившемся виновата сама девочка, которая нарушила правила поведения. Лучше бы ветрянка В тот день Ирине Ю., маме шестилетней Лерочки, было очень тревожно. В их садике бушевала ветрянка, а дочь перед уходом показала три небольших прыщика на ноге. Наверное, сейчас осмотрят и домой завернут, подумала мама и с этими мыслями принялась за домашние дела. Когда через пару часов на экране мобильного высветился номер воспитательницы, она не удивилась. Срочно приезжайте, Лера супом облилась. Я, честно говоря, подумала, что она просто испачкалась. Но все равно очень быстро собралась и побежала. Почему-то в голову мысль пришла взять с собой паспорт взяла. Дочка, раздетая по пояс, лежала на детской кроватке и истошно плакала. На груди вздулись огромные, размером с кулак, волдыри. Оправившись от первых эмоций, Ирина спросила, вызвали ли скорую. Нет, не вызвали, вас ждали. Потом, в акте расследования инцидента, руководство садика укажет, что позвонили врачам сразу, но Ирина точно помнит, что вызывали при ней. В отчет попадет еще одна деталь: якобы воспитатели сразу сняли с Леры одежду на самом деле, по словам мамы, сначала они попытались смыть суп с платьишка, и только потом догадались, что горячая жидкость продолжает жечь детскую кожу. Заживет как на собаке Шрамы сейчас Скорая приехала достаточно оперативно, менее чем за полчаса. Поехали в единственное в городе ожоговое отделение в ЦГКБ. Завотделением Сергей Манушин вскрыл волдыри, обработал ожоги, наложил повязку, выписал лекарства, а после велел отправляться домой и на следующий день обратиться в больницу по месту жительства мол, не переживайте, через две недели заживет цитата как на собаке. Рубцов не останется, разве что пигментные пятна. В поликлинику Лера с мамой смогли выбраться только через день девочку рвало, она чувствовала себя очень плохо, а попытки нанести густые мази на обожжённую плоть причиняли сильную боль. Хирург из поликлиники изумился, узнав о лечении, которое прописал его коллега. На его взгляд, дело было гораздо серьезнее, и меры нужно было принимать другие. Мы после узнали, что Манушин по специальности дерматолог и ортопед, а не комбустиолог (специалист по лечению ожогов), рассказывает Ирина. Курс лечения мы поменяли. Заживления через две недели не произошло, прогноз про отсутствие рубцов тоже не оправдался. Даже сейчас, спустя год, после курса интенсивного лечения и реабилитационных процедур в двух специализированных санаториях, последствия ожогов хорошо видны. Полное восстановление, как говорят специалисты, займет годы. Юристы, к которым родители Леры сразу же обратились, рекомендовали документально фиксировать все расходы. На момент подачи иска в суд их накопилось более 260 тысяч. Следствие вели... Со слов Ирины, воспитательница дважды перевела ей по пять тысяч рублей, заведующая детсадом при встрече попыталась дать еще тысячу, но она не приняла. Спустя два дня в образовательном учреждении составили акт о расследовании несчастного случая с воспитанником и пришли к выводу о том, что девочка виновата сама стремительно встала со стула и побежала в приемную, где наткнулась на кастрюлю с супом, которую держала в руках младший воспитатель. Там же тщательно прописали, что сотрудники незамедлительно вызвали скорую и сняли с нее одежду. Как причину несчастного случая указали неосторожность ребенка, особо подчеркнули, что несчастный случай не связан с образовательной деятельностью. Лица, допустившие нарушения закона и подзаконных актов прочерк. Мероприятия по устранению причин беседа с детьми о правилах безопасного поведения в быту и внеплановый инструктаж сотрудников. Подпись: заведующая МБДОУ № 233 О.А. Ермохина. Лера говорит, что все было иначе с места она не срывалась, а отпросилась у воспитателя для того, чтобы отнести в шкафчик игрушку. Причем в деталях рассказывает: мол, спросила именно у второй воспитательницы, потому что она добрая. Оснований не верить дочери у меня нет. Да даже если бы она действительно побежала что это меняет? Мы отдаем детей в сад именно для того, чтобы они могли там безопасно бегать и прыгать. Сама виновата. И не надо было ее так дорого лечить! Акт расследования лег в основу позиции руководства детского сада в суде, в который с иском о защите прав ребенка и родителей обратилась прокуратура. В качестве третьего лица в процесс было привлечено Управление образования города Ульяновска. Любопытно, что и его, и ответчиков представлял одна и та же юрист по фамилии Баулина. Обосновывая отказ от исковых требований, она написала: травму Ю**** В. получила из-за несоблюдения ей правил поведения, данное происшествие классифицируется как несчастный случай. Помощник воспитателя Харченко не могла предусмотреть, что Ю**** В. неожиданно встанет со стульчика и [...] наткнется на младшего воспитателя Харченко. Также ответчик в лице Баулиной посчитал завышенной сумму, потраченную на лечение билеты до Москвы, где Леру приняли в детской городской клинической больнице № 9 имени Г.Н. Сперанского, и обратно, оплата проживания в Москве, расходы на бензин, которые супруги Ю. понесли во время поездки в столицу, проезд по платной дороге и парковка все это не подлежит компенсации, так как (цитата) они были понесены не вынужденно, а по желанию истца. Логика такая: могли бы и здесь лечиться, нечего разъезжать по другим городам. Но в Ульяновске из комбустиологов только ортопед Манушин. В сочинский специализированный санаторий, по мнению юриста, тоже не обязательно было ездить и так бы зажило. А морального ущерба никакого и не было вовсе. На эти доводы судья Засвияжского районного суда Ольга Дорохова отреагировала жесткими риторическими вопросами: а как родителям лечить ребенка в Ульяновске, если у нас нет необходимых специалистов и оборудования? Решение было предсказуемым: траты на лечение компенсировать полностью, девочке за моральный вред один миллион рублей (просили полтора), родителям по 250 тысяч (просили по 500 тысяч). Нездоровая система Блогер Евгений Карманов, который первым опубликовал эту историю в своем канале Слово из кармана, резюмировал: Есть верный принцип: Систему характеризует не ошибка, а реакция на ошибку. Случилось то, что случилось не досмотрели. Бывает. Как реагирует здоровая система? Берет на себя ответственность, вступает в контакт с родителями, обеспечивает лучшее лечение, находит возможности компенсировать ущерб, не доводит дело до суда и уж точно не предпринимает попыток обвинить шестилетнего ребенка. Но то здоровая система. А не наша. Наша она еще и в апелляцию пойдет, будет продолжать доказывать, что девочка сама виновата, а денег на ее лечение было потрачено слишком много. Принцип нашей системы Никогда не сдавайся, позорься до конца!. Обсудить новость можно в нашем телеграм-канале 73online Андрей Арсентьев