Политика: Как история наказывала Финляндию за агрессию к России
Исторической точкой отсчета в финской государственности, как ни парадоксально, является момент, который финны воспринимают как завоевание: присоединение Финляндии к России по итогам русско-шведской войны 1808 года. До этого территории нынешней Финляндии входили в состав шведского королевства на правах обычных провинций. И только в 1808 году вошедшие в состав Российской империи земли получили статус Великого княжества Финляндского – в отличие от шведских времен, с широкой автономией. Но вот в чем парадокс: в XIX–XX веках российская власть не раз давала финским землям режим, который по меркам империй выглядел исключительным, – но в критические моменты это не превращалось в устойчивую лояльность со стороны финского населения.
1809–1917: привилегированная автономия в составе империи
На Боргоском (Порвооском) сейме 1809 года Александр I оформил автономный статус Финляндии внутри Российской империи. Это был крупный аванс населению присоединенных территорий. Финляндия сохранила собственные институты управления, правовую традицию и лютеранскую церковь. Это означало и сохранение привычной языковой рамки финляндской элиты: делопроизводство и школа долгие десятилетия держались на шведском, а в университетско-церковной среде еще долго присутствовала латынь как язык академической традиции.
Дальше «особый режим» расширялся: в 1812 году столица Великого княжества была перенесена в Хельсинки, в 1860-е усилилась денежная самостоятельность, указ 1863 года запускал постепенное признание финского языка наряду со шведским, а закон 1878 года оформлял собственные финляндские военные структуры (т.е. после введения в Российской империи всеобщей воинской повинности, жители Финляндии в имперскую армию не призывались).
Самый спорный с точки зрения российской безопасности шаг – присоединение к автономии так называемой «Старой Финляндии» (прежде всего Выборгской губернии), территории, полученной Россией еще в эпоху Петра I и последующих войн. В 1812 году эти земли по решению Александра I были включены в Великое княжество Финляндское.
Стоит обратить внимание и на такой лингвистический момент: когда впервые речь зашла о передаче этих территорий в состав Великого княжества, это воспринималось как «земли, которые в прошлом (в старые времена), можно было отнести к финским», пусть тогда и не было территориального образования с названием Финляндия. А потом, постепенно, в глазах финской элиты словосочетание «Старая Финляндия» стало обозначать «исконные финские земли», по поводу принадлежности которых торг неуместен. Но
для России в этот момент было заложено зерно будущей проблемы: насколько допустимо держать крупнейший город Северо-Запада в зоне прямой сухопутной угрозы.
Можно сравнить передачу «Старой Финляндии» с более поздней административной передачей Крыма в состав УССР: жест, сделанный внутри единого государства, который спустя десятилетия начинает жить как аргумент в совсем другой политической реальности. Именно поэтому тема 1812 года так важна – это предыстория к тому, почему в 1939-м Москва вновь вернулась к вопросу о расстоянии от границы до Ленинграда.
1917–1918: В поисках покровителя и мечтах о «Великой Финляндии»
После Октября большевики, отстаивавшие «право наций на самоопределение», признали суверенитет Финляндии. Полученная независимость почти сразу стала для Финляндии инструментом внешнего «покровительства», прежде всего германского. В 1918 году германские войска заняли Хельсинки, став решающим фактором победы «белых» в гражданской войне на территории Финляндии (а финны, воевавшие на стороне Германии, стали костяком офицерского состава создаваемой финской армии).
Отдельная болезненная тема – судьба российских гарнизонов и русскоязычного населения. Бывший российский генерал шведского происхождения Карл Густав Маннергейм, знавший многих командиров, расквартированных на территории Великого княжества российских частей, договорился об их эвакуации в обмен на передачу ими финскому шюцкору вооружения и снаряжения. Но если выдворение солдат российской армии проходило более или менее мирно, то
в отношении русского гражданского населения были развернуты репрессии.
В ходе Выборгской резни 26 апреля 1918 года было расстреляно от 3 до 5 тысяч человек. Среди расстрелянных были финские красногвардейцы и жители Выборга, не принимавшие участия в военных действиях, считавшие себя нейтральными: рабочие, русские солдаты и офицеры бывшей Русской императорской армии (в основном уже демобилизованные), гражданские лица разных национальностей.
Еще до полной победы «белых» часть финских элит и офицерской среды увлеклась идеей «Великой Финляндии» – расширения на восток за счет Карелии и сопредельных территорий. 27 февраля 1918 года правительство Финляндии направило ходатайство Германии, чтобы та, как воюющая против России страна, рассматривала Финляндию как союзницу Германии. Финны хотели, чтобы Германия потребовала от России заключить мир с Финляндией, признав присоединение к Финляндии Восточной Карелии. Предложенная финнами будущая граница с Россией должна была проходить по линии Восточное побережье Ладожского озера – Онежское озеро – Белое море.
В ставке Маннергейма был разработан план организации «национальных восстаний в Восточной Карелии» и выделены кадровые военные для создания очагов восстания.
Заключение Брестского мира (3 марта 1918 года) принесло финнам выигрыш в виде обязательства России эвакуировать свои гарнизоны из Финляндии. Но мир обломал и аппетиты финских политиков. 8 марта Вильгельм II заявил, что Германия не будет вести войну за финские интересы, если та перенесет военные действия за пределы Великого княжества Финляндского.
Тем не менее 15 марта генерал Маннергейм подписал приказ о выступлении на завоевание Восточной Карелии трех финских групп вторжения. Он утвердил «план Валлениуса», предусматривающий захват части бывшей территории Российской империи до линии Петсамо (Печенга) – Кольский полуостров – Белое море – Онежское озеро – река Свирь – Ладожское озеро. Маннергейм выдвинул также план ликвидации Петрограда как столицы Советской России и превращения города и прилегающей территории в «свободный город-республику» (подобный статус после Первой мировой войны получил Данциг).
15 мая (почти через два месяца после начала наступления!) было опубликовано решение правительства Финляндии объявить войну Советской России. В Финском сейме поддержка этого решения сопровождалась требованиями предъявить России требования о возмещении ущерба, который может быть покрыт только присоединением к Финляндии Восточной Карелии и Мурманского побережья.
Капитуляция Германии 11 ноября 1918 года заставила финнов переориентироваться на Великобританию. Но Лондону была нужна не Великая Финляндия, а свержение большевиков. Поэтому финны участвовали в наступлении на Петроград совместно с белой армией Юденича.
А английские самолеты с финских аэродромов бомбили Кронштадт и позиции красных. В Карелии и на севере финны тоже предпринимали наступательные действия.
Победа Советской России в гражданской войне позволила усилить нажим на финские позиции и отбросить финские войска к довоенным границам Великого княжества Финляндского. Разгром Юденича и успешное наступление против финнов привели к завершению этой войны Тартуским миром (по которому России все-таки пришлось пойти на некоторые территориальные уступки: согласиться на передачу Финляндии области Петсамо и ряда островов в Баренцевом море, что дало Финляндии выход в арктические воды).
Как вскоре выяснилось, этот мирный договор в глазах финнов не стоил даже затраченных на него бумаги и чернил. Уже в ноябре 1921 г. в советской Карелии снова был организован сепаратистский мятеж, организаторами и ударной силой которого являлись финские военнослужащие (в ходе разгрома мятежа были захвачены документы участвовавших в нем финских офицеров). Разгромить интервентов и мятежников удалось только к февралю 1922 года.
1930–1939: Мираж коллективной безопасности и лицемерие Запада
В 1930-е годы СССР начал активно добиваться разрядки международной напряженности. Внутренней мотивацией было стремление в спокойной обстановке завершить коллективизацию и индустриализацию. Внешней причиной стал разразившийся в октябре 1929 года экономический кризис в США, сказавшийся на большинстве развитых стран. Ну а с 1933 года к этим факторам добавился приход к власти в Германии нацистов.
Последовательно договора о ненападении были заключены с Финляндией (21 января 1932), Эстонией (4 мая 1932), Латвией (5 февраля 1932), Польшей (25 июля 1932), Литвой (4 апреля 1934). До этого подобные договора были заключены с Турцией (17 декабря 1925) и Афганистаном (24 июня 1931). 2 мая 1935 года был заключен договор о взаимопомощи с Францией. Через две недели был заключен аналогичный договор с Чехословакией.
СССР пытался добиться создания действенных механизмов против возможной нацистской агрессии. Но практика показала, что Лондон и Париж не собираются ими руководствоваться.
Мятеж Франко и начало гражданской войны в Испании показали ненадежность Лондона и Парижа. На словах осудив мятеж, они быстро перешли к политике «невмешательства», не только отказавшись предоставлять помощь республиканскому правительству, но и заблокировав поставки уже оплаченных техники и снаряжения. Действенную помощь республиканцам оказал лишь СССР. Но фактически Советскому Союзу пришлось вести в Испании прокси-войну против немецких нацистов и итальянских фашистов при недоброжелательном по отношению к испанцам нейтралитете Лондона и Парижа.
Мюнхенское соглашение (30 сентября 1938 года), отдавшее Гитлеру Чехословакию, показало, что история с Испанией – это не единичный случай, а проявление системной политики Лондона и Парижа. При этом на востоке Япония развернула агрессию против Китая, а на границе с СССР происходили вооруженные инциденты. В этих условиях вопрос о безопасности западных границ СССР приобрел особую актуальность. А значит, и финский вопрос.
1939–1940: Провал попытки договориться «по-хорошему»
К 1939 году Ленинград находился в 30 км от финской границы. Первые недели войны в Европе показали, что германские войска способны преодолеть такое расстояние за полдня. Советскому Союзу уже стало мало бумажного договора о нейтралитете, и Москва предложила Хельсинки две альтернативы.
В одной СССР предлагал в качестве компромисса отодвинуть границу от Ленинграда в обмен на территориальные компенсации. В другой речь шла о совместных оборонных программах или предоставления в аренду на 30 лет участка для строительства советской военно-морской базы на юго-западе Финляндии, на полуострове Ханко у северного фаса входа в Финский залив. Ни по тому, ни по другому направлению продвинуться не удалось.
Выбора у Москвы не оставалось – началась Советско-финская война. После прорыва линии Маннергейма в феврале 1940 года Москва сразу же стала предлагать финнам мирные переговоры. СССР готов был ограничиться нейтрализацией Финляндии (ну и исправлением границы, о котором говорилось на предыдущих переговорах). 12 марта 1940 года был заключен Московский договор, по итогам которого Финляндия потеряла гораздо больше, чем в качестве компромисса ей предлагалось еще несколькими месяцами до этого.
1941–1944: участие Финляндии в войне против СССР и блокада Ленинграда
Но мир в отношениях Советского Союза и Финляндии продлился недолго. Как и в 1921 году, финны показали, что подписание мирных договоров с ними – дело крайне ненадежное. В сентябре 1940 года в ходе визита в Берлин финского генерала Пааво Талвела была достигнута договоренность об участии Финляндии в плане «Барбаросса». Готовя акт агрессии, в Хельсинки распространяли свои планы в том числе на советскую Карелию и на Кольский полуостров.
С самого начала войны бомбардировщики Люфтваффе, наносившие удары по советской территории, использовали финские аэродромы. А ВМС Финляндии начали ставить мины в Финском заливе. 23 июня 1941 года два немецких гидросамолета высадили недалеко от шлюзов Беломорско-Балтийского канала шестнадцать финских диверсантов-добровольцев, одетых в германскую форму. Диверсанты должны были взорвать шлюзы, однако из-за усиленной охраны сделать это им не удалось.
К сентябрю войска Маннергейма вышли к старой советско-финской границе у Ленинграда и были остановлены на рубеже реки Сестра на Карельском перешейке, примерно в 30-40 км от центра города. Те финские войска, что продвигались к северу от Ладожского озера, взяли в сентябре 1941 года Петрозаводск, перерезав Кировскую (Мурманскую) железную дорогу. К декабрю они вышли к реке Свирь, создав сплошной фронт от Ладожского озера до Онежского и полностью закрыв северное полукольцо блокады.
В Хельсинки поддерживали план Гитлера полностью уничтожить город. Президент страны Ристо Рюти в октябре 1941 года в разговоре с личным посланником Гитлера Карлом Шнурре говорил, что Финляндия не возражает против того, чтобы Ленинград исчез как крупный населенный пункт и промышленный центр.
Одновременно финны усиливали репрессии против населения оккупированных территорий. В Карелии финны создали четырнадцать концентрационных лагерей и пятнадцать тюрем для гражданского населения, а также свыше тридцати трудовых лагерей и более сорока лагерей для военнопленных. Всего за время финской оккупации Карелии за колючей проволокой там оказались более 24 тысяч человек. В этих лагерях погибло как минимум 8 тыс. мирных жителей (в том числе свыше двух тысяч детей) и свыше 7 тыс. военнопленных.
Финны создали свою версию решения расового вопроса. Если этнические карелы, вепсы, ингерманланды и прочие финно-угры считались достойными того, чтобы стать гражданами «Великой Финляндии», то все остальные – нет. Строились планы дождаться окончательного сокрушения Советского Союза, дабы выслать славянское население Карелии на территорию России, занятую гитлеровцами.
1944: «не добивать до капитуляции» и ставка на нейтралитет
В сентябре 1944 года положение на фронте стало для Финляндии безнадежным. 19 сентября в Москве было подписано перемирие (с обязательством Финляндии выдворить германские войска из Финляндии (они находились на севере в Лапландии).
По итогам Парижского мирного договора 1947 года Хельсинки подтвердил возврат СССР границы 1940 года. Финляндия выплатила СССР репарации в размере 300 млн долларов.
Специальный финский суд, проходивший в Хельсинки с 15 ноября 1945-го по 21 февраля 1946 года, приговорил к тюремному заключению восемь политиков, признанных виновными в разжигании войны: бывших президента Ристо Рюти, премьер-министров Йохана Рангеля и Эдвина Линкомиеса, министров Вяйне Таннера и Аугуста Рамсая. В отличие от Нюрнбергского процесса они были отнесены к разряду «виновников войны», им не предъявлялось обвинений «в военных преступлениях или преступлениях против человечества». Форма и сроки наказаний были значительно более мягкими, чем в других странах, участвовавших в войне на стороне Германии. Три года спустя Рюти, получивший 10 лет тюрьмы, был помилован президентом Юхо Паасикиви. Позднее было принято такое же решение в отношении Таннера.
* * *
Дальше между Россией (СССР) и Финляндией десятилетиями работала прагматическая модель: торговля, кооперация, энергетика, транзит. Финляндия извлекала выгоду из положения «между блоками», получая доступ и к западным рынкам, и к восточным – без прямой конфронтации. Ней тральный статус позволял Финляндии поддерживать взаимопонимание с СССР на высоком уровне. А термин финляндизация вошел в политический лексикон как определение прагматичной политики делового сотрудничества стран с противоположными политическими системами.
После распада СССР в Европе укрепилась иллюзия «конца геополитики», и Финляндия ускорила евроинтеграцию. В результате в политической элите Финляндии получили преобладание деятели, в большей степени ориентирующиеся на мнение Брюсселя, чем на интересы Финляндии как государства.
В 2022 году Финляндия разорвала экономически е отношения с Россией и стала членом НАТО. Экономические потери страны не исчерпываются сокращением экспорта в Россию и страны Средней Азии на 68,9%. Туристическая отрасль Финляндии задыхается без российских туристов. Разрыв сотрудничества в энергетике привел к взрывному росту тарифов, ударившему по всем отраслям.
А будущие политические издержки пока трудно поддаются определению. В 1944 году Финляндия, выйдя из войны, отделалась значительно мягче, чем Германия. Но сегодня, с учетом раскола среди стран Запада, разрушительной силы новых вооружений, явственного стремления Европы развязать новую войну против России, с учетом ожесточенной русофобии, распространенной в элитах Финляндии – Хельсинки рискуют гораздо большим. И какую цену Финляндии придется заплатить за восстановление добрососедских отношений с Россией, вновь покажет лишь суд истории.
Теги: Финляндия , блокада Ленинграда